Целители не лечат - Мия Ловиз

я, но он мягко перебил:

— Я хочу, чтобы ты была честна. Хотя бы сейчас. Перед собой.

И замолчал.

Мысли в голове взорвались хаотичным роем.

«Что за бред? Как я вообще оказалась в этой ситуации? Почему это происходит со мной — именно сейчас, именно здесь?»

Но сквозь этот шум, сквозь панику и боль, постепенно выделилось одно-единственное чувство. Простое. Пугающе ясное.

Я не хотела быть здесь.

Не с Кейлом.

Как бы сильно он ни притягивал мой взгляд раньше. Как бы правильно всё это ни выглядело.

Моё сердце тянулось в другое место.

К тому, от чьих янтарных глаз оно то замирало, то начинало биться слишком быстро.

К тому, от чьего голоса по коже бежали мурашки, будто он знал моё имя ещё до того, как я сама его услышала.

К дракону, от которого я, кажется, так и не смогла убежать.

Я подняла глаза на Кейла, боясь увидеть в них осуждение или даже ненависть, но он улыбнулся.

— Это ведь всегда был Золотой, верно?

Эмоции наконец выиграли битву над разумом, и на глаза навернулись слёзы. Он прав. Кейл полностью прав. Я закивала, не в силах выдавить хоть звук, а он обнял меня, утешая.

— Так иди к нему, Александра Снежина, — сказал Кейл, стирая влагу с моей щеки. — Ещё утром я понял, что проиграл эту войну. Просто признавать это очень не хотелось.

54 глава. Последний утерянный фрагмент моей памяти… моей души

Осознание пришло, а за ним и внезапное решение. Без плана. Без слов. Просто — как вдох.

Мне нужно было идти. Не потому, что так правильно по каким-то кем-то написанным правилам или логике. А потому, что иначе я бы себя не простила.

Я посмотрела на Кейла и вдруг ясно поняла: он сделал для меня больше, чем был обязан.

— Спасибо тебе, — сказала я тихо.

Он улыбнулся — немного устало, но искренне. Я шагнула ближе и быстро поцеловала его в щёку.

— Береги себя, ладно?

Он кивнул. А я развернулась и почти побежала к выходу из кабинета, где за короткое время всё перевернулось с ног на голову. Распахнула дверь — и тут же врезалась в кого-то.

— Ай! — выдохнула я.

Брина и Лори стояли прямо за порогом. Слишком близко. Слишком внимательно. И по их лицам было ясно — они здесь уже не минуту и слышали всё.

— Лекси, мы… — начала Лори.

— Потом! — выпалила я, уже открывая рот, чтобы объяснить хоть что-то, но не успела.

— Мы нашли! — раздался голос из коридора.

К нам почти бегом подлетели Риан и Роналия.

— Нашли местонахождение Гримнира! — выпалил Риан, едва переводя дыхание.

— Он не снял кулон, — добавила Роналия, поднимая руку с магической меткой.

— Это же отличная новость! — обрадовалась Лори, перенося узор с её руки на карту которую держал Риан.

— А вот и нет, — мрачно сообщила Брина, указывая на неё. — Потому что он… фиг знает где.

Я склонилась над картой. Метка пульсировала далеко за пределами академии. Сердце ухнуло вниз — и тут же взмыло вверх. Видимо зря я так разогналась!

— А с этим мы поможем! — пискнул знакомый голос.

Физзи появилась прямо на полу, среди наших ног, будто просто вынырнула из воздуха. Хвост трубой, глаза сияют.

— Аурон уже ждёт на улице! Мы тебя быстро домчим!

Я ошарашенно оглядела всех разом. Даже не в обиде ни капли за их чрезмерное любопытство, ведь они столько для меня сделали.

— Вы… вы серьёзно?..

— Лекси, — Брина положила руку мне на плечо, — даже не думай нас благодарить. Просто иди за своим драконом.

Горло сжалось, потому пришлось быстро подавить в себе желание разводить сырость. Я быстро обняла всех — по очереди, крепко и искренне.

— Спасибо. Всем.

И, пока этот запал не успел погаснуть, рванула к выходу.

На улице было прохладно. Ночное небо раскинулось над академией, полное звёзд и тихого ветра.

Аурон ждал у ворот.

Он стоял, нетерпеливо перебирая копытами, грива сверкала мягким огнём, а глаза светились янтарным.

— Ну наконец-то, — фыркнул он. — Я уже думал, вы опять будете драматично разговаривать до рассвета.

— Не начинай, — выдохнула я и без колебаний вскочила ему на спину.

— Держись, всадница, — довольно заржал он. — И да, сразу предупреждаю: я не просто огненный конь.

— Я уже заметила…

В следующее мгновение за его спиной развернулись крылья — огненные, огромные, ослепительно красивые. Я ахнула от неожиданности и тепла которым меня сразу окутало.

— Ты… ты пегас⁈

— Вообще-то, — обиделся Аурон, — я дарханский жеребец. А не какой-то там… непонятный зверь.

Он сделал шаг — и земля осталась внизу. Мы не побежали, а полетели. Ветер ударил в лицо, сердце заколотилось, а внутри было только одно — жгучее, яркое, неоспоримое чувство.

Я лечу к нему.

К Илару.

Через минут двадцать, если верить внутренним часам мы начали резко снижаться, тем не менее мягко.

Ветер стих, огненные крылья Аурона сложились, и поместье выросло передо мной во всей своей внушительной, почти вызывающей роскоши. Камень, террасы, свет в окнах — будто кто-то вырвал кусок чужой жизни и воткнул его посреди ночи.

Илар стоял на одной из верхних террас, опираясь на перила, будто чувствовал наше приближение ещё до того, как мы показались в поле зрения. Тёмный силуэт, растрепанные ветром волосы, спокойная, почти отстранённая поза — и это спокойствие почему-то ударило сильнее всего.

Аурон опустился рядом с ним.

— Ну вот, — фыркнул жеребец, — доставил. Дальше без меня. Постарайся не убить его сразу.

— Если что кричи, — добавила Физзи восседая между ушей жеребца.

Я не ответила. Соскочила на камень прежде, чем крылья за его спиной окончательно погасли.

Илар обернулся. Его глаза расширились — совсем чуть-чуть, но я заметила. Он точно не ожидал что вечерним визитёром окажусь я.

— Снежинка? — удивлённо вырвалось у него. — Почему ты здесь?

Я решила действовать, как всегда, инстинктивно. Подошла ближе — и ударила его кулаком в грудь. Не со всей силы. Но достаточно, чтобы он отступил на полшага.

— Я всё знаю!

Он моргнул.

— Ты о чём?..

— О том, — выпалила я, — что ты меня поцеловал!

Слова повисли между нами — громкие, нелепые, совсем не такие, какими должны были быть.

Что простите на милость я вообще такое несу?

Я конечно мчалась сюда без плана и заготовленной речи. А ветер в лицо вообще не способствовал её мысленному написанию, но точно не так нужно было начинать и ни это говорить!

Просто когда я увидела его — всё в голове смешалось. Злость, страх, обида, тоска. Всё, что я