Злодейка на полставки или драконий переполох - Анита Жарова

влажные пряди.

Чуть вздрагиваю от прикосновения. Глаза закрыты, только ресницы дрожат.

Дрова все так же потрескивают в камине, наполняя помещение теплом. Но главным источником жара является он.

Он закутывает меня во что-то мягкое, похоже одеяло и опускает на подушки.

Сам устраивается у огня, сев на шкуру медведя.

Приоткрыв веки, наблюдаю за ним. Смотрю, как теплый свет от огня играет и вырисовывает узоры на его рельефной спине.

Замечаю, что в руках мужчина крутит перо.

Чуть приподнявшись, обращаю внимание на его задумчивость. Даже хмурость.

— Александр? — закутавшись в мягкое одеяло, спускаю ноги с дивана.

По плечам мужчины проходит напряжение. Он поворачивается на пол оборота.

— Тебе надо отдохнуть, Уинтер.

Бегло оцениваю свое состояние. В целом, я не чувствую себя уставшей. Скорее наоборот. После близости энергия бьет ключом. Правда, волнение и переживания тоже дают о себе знать.

— Ты сказал, что у нас есть время до рассвета. Что произойдет?

Мужчина полностью поворачивается ко мне.

— Все закончится, Уинтер, — улыбается он.

Глава 45

Слова Александра и его улыбка явно призваны успокоить, но отчего мне становится так тревожно?

— Александр, если я скажу, что у меня есть еще один секрет, ты будешь злиться?

Зевая и в полудреме, осторожно подвожу его к тому, что я попаданка. В целом, я нахожусь одной ногой в мире Морфея и туго соображаю.

Но мне так не хочется, чтобы между нами были недосказанности.

Я не знаю, что ждет меня на рассвете. Вдруг очередная тайна окажется фатальной.

Сквозь сонную пелену и полуопущенные ресницы, замечаю, как Александр поднимается и приближается ко мне.

Опустившись на корточки, он кладет свою руку мне на бедро. И внезапно прижимается своим лбом к моему.

— Мне все равно, кто ты, Уинтер. Проблема не в тебе. Мне жаль, что так произошло. Я это исправлю.

Его голос звучит так уверенно и многообещающе, что я чувствую, как моя кровь снова бурлит в венах, разнося по телу приятное будоражащее тепло.

— Спи, Уинтер.

Хрипловатый шепот действует на меня усыпляюще, окончательно лишая возможности противостоять усталости.

Последнее, что запоминаю, как дракон переворачивает мою руку запястьем вверх и задумчиво изучает метку истинности.

Крепкое беспамятство обрывается с первыми лучами рассвета. Мягкий свет робко пробивается через щели между окнами и полоской падает на лицо.

Я потягиваюсь, переворачиваюсь на другой бок.

Провожу рукой по постели и открываю глаза.

Кровать?

Точно помню, что засыпала на диване в гостиной.

Еще смутно припоминаю, что Александр так и не ложился. По-моему, он продолжил сидеть у огня и рассматривать перо.

Ч-черт! Рассвет!

Подпрыгиваю, мгновенно приняв сидячее положение.

Потираю веки и осматриваюсь.

В просторной светлой спальне пусто.

Укутавшись в одеяло, спускаюсь в гостиную. Огонь по-прежнему горит в камине и туда явно недавно подкинули свежих поленьев.

— Александр? — зову его, но в ответ тишина.

Он ушел.

Оседаю на диван и только в этот момент замечаю оставленную записку.

Одна короткая фраза с просьбой оставаться на месте.

Без подписи.

Хотя и так понятно, кто ее написал.

Может быть он в чем-то и прав и мне действительно не стоит покидать дом.

Александр обещал, что здесь я буду в безопасности.

Но необъяснимое внутреннее чутье считает иначе.

Обращаю внимание на свои разбросанные по полу вещи, включая подвязку у камина и чувствую, как краска густо заливает мое лицо.

Воспоминания о прошлой ночи, проведенной с драконом, видимо будут еще долго заставлять меня краснеть.

Невольно улыбаюсь, прижав ладонь к щеке. Кожа пылает, словно прижгли огнем.

Параллельно ко мне возвращаются тревоги.

И я внезапно для себя замечаю, что пера нет.

Александр ушел и забрал его с собой?

Или…

Заглядываю под диван. Прохожу по комнате, осматриваюсь.

Артефакта точно нет.

Снова падаю на диван, задумчиво смотря на огонь и в этот момент улавливаю торжественную барабанную дробь, доносимую откуда-то издалека.

Похоже из центра города.

Точно… сегодня же торжество по случаю признания престола наследника.

Проклятие!

Если в планах советника захватить власть и избавиться от Александра, как потенциального старшего, пусть и незаконнорожденного, наследника — это идеальный момент.

В книжной версии как раз именно Александр и получил признание императора.

Это и был счастливый финал Фло, стать невестой будущего правителя.

Так должно было быть в книге. Но видимо это все же была не конечная точка событий.

Что, если советник, чувствуя опасность, поменяет историю и избавится от Александра раньше, раз все пошло не по плану?

От этой мысли все внутри меня сжимается и холодеет.

Вскочив, отбрасываю одеяло и начинаю лихорадочно одеваться.

Дрожащими руками пытаюсь застегнуть застежки и пуговицы. Они даже поддаются не сразу.

Плеснув себе в стакан воды, быстро осушаю его и тяну на себя дверь.

Прости, Александр, я уважаю твою просьбу, но я не могу поступить иначе.

Просто не могу.

Может от меня и немного толку, но я знаю эту книгу. Читала много раз и очень надеюсь, что мои знания помогут.

Бегу в центр города по пустым рассветным улицам.

Вспоминаю каждую строчку из «травницы для черного дракона». Сопоставляю, что изменилось и высчитываю, что еще можно изменить.

Город и вправду пуст.

Неудивительно, ведь большинство людей собрались в центре, чтобы занять лучшие места перед началом торжества, где уже сейчас проходит репетиция.

Каждый мой шаг отдает гулким эхом. Расстояние до центра кажется бесконечным, хоть тайное убежище дракона и находится недалеко.

От быстрого бега сердце безумно трепыхается в груди. Барабаны и музыка звучат все громче. Я приближаюсь.

Поворачиваю и запыхавшись, останавливаюсь.

Взгляд упирается в знакомую статную фигуру. Он близко. Мой дракон.

— Александр? — выдыхаю себе под нос, прижавшись к углу дома, откуда открывается отличный обзор на центральную площадь.

Вот только сам вид заставляет меня замереть на месте с опущенной челюстью.

На площади действительно много людей. Присутствуют украшения, подготовленные к торжеству.

Один нюанс…

В центре лобное место словно подготовили для суда или казни.

Вижу Хорста, стоящего со связанными руками на выставленной конструкции и деревянную трибуну, заполненную отнюдь не нарядными знатными гостями.

Нет, на трибуне восседает судебная коллегия.

Рядом замечаю и самого советника. Он в том же плаще, что я видела на нем в толпе вчера, только капюшон скинут. Мужчина прижимает к груди хорошо знакомый мне переплет проклятой книженции.

Я сильно вздрагиваю и сжимаю кулаки.

Лихорадочно окидываю взглядом многочисленных стражей правопорядка и сотрудников департамента внутренних дел.

Да их тут рой. Неужели император предпочел суд