Заключённыий волк - Каролайн Пекхам

Я не могла напасть на охранника. Это означало, что мне придется столкнуться с его гневом.

— Когда я найду тебя, ты будешь молить меня о пощаде! — прорычал он, и мое сердце сбилось с ритма.

Была одна единственная вещь, которая могла спасти меня от его гнева, но она также могла завести его слишком далеко. Хотя в данный момент это был практически единственный выход. Я собиралась по-прежнему мыть пол, пока охотилась здесь, чтобы прикинуться дурочкой и сделать вид, что я продолжаю уборку, но, конечно, этот план рухнул, и я просто оставила вещи для уборки у двери.

Так что у меня была только одна надежда. Одна безумная идея, которой я могла бы прикрыть свое собственное безрассудство.

— Я думала, вам нравится охота, офицер? — дразнящим голосом сказала я, прежде чем повернуться и поспешить прочь от бака, проскользнув в следующий проход с механизмами. Общий гул магии и скрежет шестеренок должен был скрыть звук моего сердцебиения и дыхания даже от его Вампирского слуха, и я надеялась, что вовлечение его в охоту отвлечет его от любых вопросов о том, что я на самом деле задумала.

Глубокий рык эхом отразился от стен, и мое сердце подскочило, когда я проскользнула между двумя огромными машинами и прошла через дверной проем, который выходил в массивное складское помещение, заваленное припасами — от подносов из столовой до одеял и запасных комбинезонов.

— Ты можешь бежать, Двенадцать, но я быстрее тебя! — крикнул Кейн. — И когда я поймаю тебя, ты пожалеешь, что ослушалась меня.

— Ты собираешься отшлепать меня? — отозвалась я, прежде чем нырнуть за гору туалетной бумаги. Я удивилась, что на этикетке не было написано «особо шершавая», потому что создавалось впечатление, будто они из кожи вон лезли, чтобы достать эту ужасную вещь, в то время как я подтиралась.

Я затаила дыхание, когда за моим укрытием послышались шаги, и Кейн пронесся мимо, направляясь в конец комнаты.

Я обогнула гору туалетной бумаги и повернула к выходу, сорвавшись на бег, как раз когда позади меня раздалось низкое рычание.

Я снова бросилась в комнату, заполненную машинами, и проскочила вправо, прижавшись спиной к огромному генератору, который гудел от мощности.

В следующую секунду из-за угла выскочил Кейн и бросился на меня с оскаленными клыками.

Мой кулак взметнулся инстинктивно, и я ударила его прямо в челюсть, разбив при этом губу.

Мы оба застыли на полсекунды, когда шок от того, что я только что сделала, прошел через нас, а затем он снова бросился ко мне с маниакальной улыбкой на лице.

Он поймал меня за талию и с глубоким рыком развернул меня спиной к генератору.

— Думаешь, ты сможешь отбиться от меня, Двенадцать? — промурлыкал он, его глаза горели азартом охоты.

— Похоже, вы хотите, чтобы я попробовала, сэр, — ответила я, напряжение скручивалось в моих мышцах при одной мысли об этом.

— О, ты можешь попробовать.

Как только слова слетели с его губ, я изо всех сил ударила кулаком в его бок, и после многих лет участия в подпольных боях в клетке ради развлечения это оказалось чертовски сложно.

Он вздрогнул, и я следом за этим нанесла ему резкий удар в подбородок, а затем резко подалась вперед и врезалась плечом в его брюхо.

Он упал, как и ожидалось, но его руки обхватили меня, и он потащил меня за собой.

Как только мы упали на пол, Кейн перевернулся, подмял меня под себя и вцепился в мои длинные волосы.

Он бросился вперед, и я вскрикнула, когда через мгновение его клыки вонзились в мою шею.

Кейн застонал в чистом экстазе, когда моя кровь хлынула ему в рот, и зажал мою левую руку в своей хватке, прижав ее к полу над моей головой, а другой рукой пробежался по всему моему телу.

Я задохнулась, когда его пальцы переместились на мою грудь, и мой сосок затвердел сквозь тонкую одежду. Я выгнула спину и прижалась к его телу сильнее, и застонала, почувствовав, насколько он тверд между моих бедер.

Это было настолько неправильно по многим причинам, но это было так чертовски приятно, что я даже не могла подумать о том, чтобы прекратить это.

Всегда падка на Альф, Роза.

Я положила руки ему на грудь и начала расстегивать пуговицы, в то время как мое тело пульсировало от чистой потребности.

Кейн застонал в мою шею и вытащил свои клыки из моей плоти, прежде чем откинуться назад и посмотреть на меня сверху вниз.

— Остановись, — прорычал он, когда я расстегнула половину его пуговиц, хотя я могла видеть жар, пылающий в его взгляде. Он хотел этого так же сильно, как и я.

— Вы беспокоитесь о возможных неприятностях, офицер? — поддразнила я. Он прижал меня к полу, пока высасывал мою кровь и сухо трахал меня. Вряд ли у него станет меньше проблем, если он просто поддастся тому, чего жаждало его тело.

— Это у тебя возникнут неприятности, когда я потащу тебя на допрос, чтобы выяснить, какого черта ты здесь делала, — огрызнулся он.

Я откинула голову назад и рассмеялась, а он поднялся на ноги и потащил меня за собой.

— Посмотрим, как долго ты будешь хихикать, когда доктор Квентин возьмется за тебя, — прорычал он.

Я сузила на него глаза, выдергивая руку из его хватки.

— Подумайте еще раз, офицер, — мрачно промурлыкала я. — Потому что если я окажусь на допросе у этого ненормального Циклопа, первое, что я предъявлю, это воспоминания о твоих зубах на моей шее и твоих руках на моем теле. Тогда мы узнаем, что больше всего расстроит Начальницу. Думаешь, ты долго протянешь, когда тебя бросят в общий блок вместе с остальными?

Кейн рыкнул на меня, но его взгляд неуверенно дрогнул, когда он понял, что я держу его на крючке.

— На самом деле, — вздохнула я, протягивая руку, чтобы застегнуть ему пуговицы. — Я почти уверена, что спустилась сюда только потому, что ты мне сказал. Поскольку ты хотел затащить меня туда, где нет камер.

— Ты маленькая сучка, — прорычал он.

Я надулась и потянулась, обхватывая его щеку рукой.

— Я могу быть вашим лучшим другом или вашим худшим кошмаром, офицер, — ласково сказала я. — Мы можем продолжать играть в эти игры, которые вам так нравятся, и я могу держаться далеко, далеко от допросов. Или вы можете потащить меня туда, и я запою, как канарейка. Все просто.

— Ты не хочешь идти против меня, Двенадцать, — пригрозил Кейн, в его глазах кипела ярость.

— Нет, Мейсон. Я уже говорила тебе