Соня Сэнь - Кошки не плачут

— Умничка, — выдохнула Урсула и вновь… исчезла.

— Это называется — «мерцать», — донесся до слуха вкрадчивый голос. — Умеешь так?

— Умею ТАК, гадина! — реакция тела вновь опередила мысль: я поймала когтистую руку прямо перед своим лицом. Сжала, резко крутанула, выворачивая — вампирша с воплем боли перекувыркнулась в воздухе и шлепнулась спиной на асфальт. Я склонилась над противницей:

— Ну как, дорогуша? Надеюсь, я не сломала тебе ноготок?

— Сука! — выдохнули ядовито-алые губы.

Две длинные стройные ножки с такой страшной силой залепили каблуками мне в живот, что на миг мне показалось, будто внутренности смяло в одну кровавую лепешку. Меня отшвырнуло к ограде, впечатало лопатками в решетку. Дыхание со свистом вырвалось из груди, чтобы вернуться в нее лишь через пару минут острой боли. И после этого тело мое скрутил страшный спазм, вынудивший добрую половину выпитой крови выплеснуться из желудка на землю и частично — на меня.

— Шеба!!! — отчаянный звонкий крик заставил меня повернуть голову к Лолли. Глупый мальчишка бросился ко мне, расставив руки — словно это могло остановить Урсулу.

— Храбрый ты мой кретин, — простонала я, кое-как отлипая от решетки. С сожалением рванула на себе безнадежно запачканную кровью куртку, шарф — и швырнула на землю. Теперь ничто не стесняло движений. Походя скользнула ладонью по животу — две кровоточившие вмятины на коже стремительно затягивались. Спасибо и на этом.

— Уйди, малыш. — я бесцеремонно оттолкнула загородившего меня Лолли. Тот пытался сопротивляться, но я отвесила ему хорошего тумака, от которого парень отлетел к ограде, да так и остался сидеть на тротуаре.

Урсула стояла напротив, поигрывая ремешком куртки, и насмешливо скалилась. Белые клыки чуть мерцали в свете звезд. В стороне за развитием событий с большим интересом наблюдал Линн Зейн, а дальше, во тьме, угадывалось шевеление его незримой свиты. Стоит ему пальцем шевельнуть — и они кинутся на меня всем скопом, чтобы скрутить и уволочь в Ночной Город. А хренушки!

— Робкие вы мои, — ухмыльнулась я вызывающе, — не стесняйтесь, меня на всех хватит! Ножи, клыки, когти — арсенал богатый. Жаль, только меча своего не прихватила — вот бы потеха была!

— Что ж… это можно устроить. — холодно ответила вампирша. Не оборачиваясь, щелкнула пальцами — и из мрака соткался высокий стройный кровосос с роскошной шевелюрой огненно-рыжего цвета. В каждой руке он сжимал по длинному вампирскому мечу. Зеленые полумесяцы глаз мерцали так знакомо…

— Фэйт, — выдохнула я пораженно. Руки опустились сами собой, жажда крови мгновенно сменилась какой-то растерянностью и болью. Я смотрела на старшего брата новыми глазами, и сердце исходило кровью — пять лет я ненавидела единственного человека, оставшегося от моей некогда счастливой семьи. Не зная истины… Я уже толком и не помнила, кто пустил слух о предательстве Фэйта. Кажется, кто-то из окружения Арка, да и кровососы что-то такое болтали… Потом и я, и Каратель пытались найти Фэйта, вернуть его домой, но тот неизменно избегал встреч. Он уже слишком привык к жизни вампира…

— Ну, привет тебе, сестренка. — он прищурился, рассеянно поскреб когтем кончик носа. — Вот ты и с нами, как я и хотел. Одна большая семья, да?

— Фэйт… — я проглотила ком в горле, заторопилась, боясь не успеть сказать всего, что хотела: — Фэйт, прости меня, я не знала! Мне лишь вчера открыли правду о тебе и Урсуле… Я напрасно тебя обвиняла в предательстве! А они… они — не твоя семья, не говори так. Твоя семья — я и Арк, помнишь? Все еще можно исправить…

— Как, Шеба? Поздно. Я — вампир. Да и с чего ты взяла, что мне нужны перемены? Я на своем месте. С возлюбленной и сыном. Со своим Кланом и Лордами. Бессмертный, сильный, богатый, вечно молодой. Меня все устраивает, если ты не заметила!

— Это не счастье, — тихо произнесла я.

— Что же это? И что можешь предложить мне ты? Жалкое существование среди людишек? Питание синтетикой — кормом для униженных законом вампиров? Людские смешные развлечения, радости и горести? Посмотри на себя, Шеба! Ты сама стала вампиром. Неужели ты всерьез полагаешь, что тебе позволят остаться среди людей, что ничего не изменится?

— Довольно трепа, милый, — резко прервала его Урсула. — Малышка хотела сражаться. Думаю, ты для нее — вполне достойный противник. Со мной ей драться неинтересно.

— Не буду я биться с братом! — звонко выкрикнула я.

— Тогда тебя просто скрутят, как овцу, и потащат в Ночной Город, — невозмутимо пожала плечами вампирша. — Нам же лучше.

— Фэйт, — повернулась я к Рыжему Демону, — ты что, будешь со мной драться?

— Почему нет? — усмехнулся он.

Одно едва уловимое движение рукой — и лезвие меча глубоко вошло в ствол дерева рядом со мной. Не отрывая взгляда от моего лица, Фэйт небрежно сбросил кожаный плащ, крутанул своим мечом, словно поторапливая меня. Я нерешительно оглянулась на дерево — клинок так и манил, одновременно пугая. Господи, что же делать?…

Господь на этот мысленный вопрос отреагировал весьма своеобразно. Зловещую тишину ночи неожиданно вспорола серия выстрелов, послышались испуганные и злобные вопли вампиров, Линн вдруг схватился за ногу, осел и быстренько отполз за ближайший куст. Урсула одним изящным движением оттолкнулась от земли и буквально вспорхнула на ветку дерева. Лолли перемахнул через ограду и скрылся в глубине парка. Фэйт отскочил — и как раз вовремя: мимо него в мою сторону вихрем промчался некто огромный, страшный, стреляющий налево и направо с двух рук. Огнестрельное оружие — весьма эффективное средство в борьбе с нечистью. Вампиры им практически никогда не пользуются, предпочитая благородную сталь вкупе с собственными клыками и когтями. Поэтому ответных выстрелов в незнакомца не последовало…

Компания зубастиков разбежалась, кто куда — одна я осталась стоять на месте с отвисшей челюстью и вытаращенными глазами. Правда, оцепенение прошло почти мгновенно — я даже успела выдернуть из дерева меч и занести его над горлом незнакомца, когда он оказался рядом. Тот молниеносно сунул обе пушки в поясную кобуру, выдернул из моей руки меч, точно зубочистку, отшвырнул, сгреб меня в охапку, забросил на могучее плечо и буквально метровыми скачками понесся прочь от кладбища. Мозги у меня, видимо, после обращения стали соображать куда как оперативнее, так что я передумала сопротивляться: во-первых, этот чудак распугал вампиров и этим меня выручил, во-вторых, он явно был оборотнем… Об этом говорили и горящие лунным светом желтые глаза, и проступившая на лице шерсть, и заострившиеся уши, и когти… и запах. От этого парня пахло лесом, кровью и охотой — но совсем не так, как от Вика. Было в нем что-то… чужое.