Лесная жена - Марина Богданович

От его слов мне стало еще больше не по себе. Судя по его рассказу «чернота» — та еще гадость, если даже крепким авалорцам от нее плохо. И выходит, что каким-то образом они вымут ее из них и запихнут в меня. Ну что-ж, надежды на долгую счастливую жизнь у меня и так не было, хотя умирать в муках от этой их черноты все же не хочется.

- А другие наши девушки, которых привозят сюда, тоже Ашим? - Осмелилась я задать еще один вопрос.

Мужчина не выказал никакого раздражения, лишь кивнул в ответ и едва заметно улыбнулся.

Вот и стало понятно, почему мы здесь: избавлять авалорских мужиков от местной гадости. Если мне страшно, то могу представить, каково другим девушкам. Если б артефакт на них не среагировал, они бы смогли прожить долгую жизнь на нашей родине, а теперь нам всем придется разделить одну незавидную судьбу.

Признаюсь, по дороге сюда, пользуясь заботой и добрым отношением со стороны авалорцев, я в глубине души надеялась, что нам не причинят здесь вреда. Но, видно, выбора у них нет. Наверное, они бы сами умирали от этой черноты, если бы не отдавали ее нам.

- Ну что стоишь? - Обратился врач к Саору, которого я теперь заметила стоящим возле двери, - иди найди кого-нибудь, кому нужна услуга Ашим.

Наверное, мой страх и тревожные думы не уталились от авалорца, так как Саор вместо того, чтобы выйти, подошел к кровати, на которой я лежала и присел рядом со мной на корточки.

- Ну и чего ты испугалась, трусишка? Разве тебя кто-то уже успел обидеть? - Спросил он совсем теплым голосом.

- Нет, просто... я боюсь черноты, что бы это ни было. Скажите, это больно? Избавлять вас от нее?

- Не умеют наши лекари нормально с больными разговаривать, - все еще улыбаясь, сказал Саор, кинув укорительный взгляд на, оказывается, лекаря.

- Для Ашим чернота не страшна, и им не больно ее поглощать. А в твоем случае это еще и лекарство. Лекарь как раз говорил мне об этом перед тем, как ты проснулась. Сейчас я пойду найду кого-то, кому нужно уже сейчас избавиться от черноты, и мы проверим, станешь ли ты себя чувствовать лучше.

Я ничего не понимала. Наверное, он перепутал слова лучше и хуже. Все же — чужой язык. О чем и спросила Саора.

- Ахаха, малышка, я все верно сказал. Так что прекращай волноваться за зря, а то снова в обморок хлопнешься. Вот увидишь, тут ничего нет страшного.

Мне ничего не оставалось, как поверить ему или сделать вид, что поверила. Ага-ага. Огромных мужиков эта их чернота косит, а хрупким девушкам она все равно, что лекарство. Но ведь и не убежишь никуда, а потому оставалось смиренно ждать своей участи.

- Пить хочешь? - Спросил меня лекарь после небольшой паузы, когда мы с ним остались вдвоем.

Я отрицательно замотала головой. Пить совсем не хотелось, а вот плакать — это да. Но я держалась из последних сил. Наивная дура, думала, Саор меня жалеет, а он просто вез меня, как скотину на убой. И даже сейчас улыбался и врал в глаза, наверное, чтобы я не закатила истерику и не доставляла проблем. И это понимание ранило больше всего.

Может, если бы я во время нашего последнего разговора разглядела в его взгляде хоть каплю сочувствия, которое я видела при первой нашей встрече, мне сейчас было бы немного легче принять свою незавидную долю.

Дальше лекарь просто молча сидел на табурете подле моей кровати. Стерег, наверное. А я отвернулась лицом к стене и зажмурилась, пытаясь хоть как-то успокоиться.

Лекарские пальцы снова прижались к моему запястью. Через несколько мнговений они исчезли, а потом он встал и пошел греметь какими-то бутыльками.

- Ита, повернись, давай выпьем успокоительные капли, что-то ты разволновалась, пульс частит.

Я не понимала, что такое «пульс», но еще больше не понимала, почему его удивляет, что я в такой ситуации разволновалась.

Однако, капли я выпила. Если это средство действительно поможет мне хоть немного успокоиться, то отказываться будет глупо. Да и убивать меня раньше времени им невыгодно, так что яда я не опасалась. С другой стороны, может, яд оказался бы получше той черноты, которой они собираются меня пичкать.

Мне не пришлось слишком долго терзаться разными предположениями, так как вскоре я снова услышала скрип отворяющейся двери и в комнату вошел Саор в компании незнакомого авалорца.

Одного взгляда в его черные, как уголь, глаза мне было достаточно, чтобы мое сердце пропустило удар от ужаса.

- О, Пресветлая, прими мою душу.

Глава 8.

Ита

Мужчина подле Саора был примерно такого же крепкого телосложения и высокого роста, но его глаза, полностью затянутые черной пеленой, заставляли меня усомниться в том, что передо мной стоит человек, а не монстр. Хотя выражение его лица не было агрессивным.

Выйдя из ступора, я села на кровати, попятившись назад и забившись в угол.

- Тебе нечего бояться, Ита, - спокойно сказал врач, - избавлять от черноты совсем не больно. Ты не почувствуешь ничего, кроме прохлады.

Я лишь краем уха слышала его слова, не в силах оторвать взгляд от незнакомца у двери, который, видя мою реакцию, не торопился приближаться. Лицо его было спокойным, не выдающим никаких эмоций.

- Еще скажите, что вы ей ничего не объяснили и придется здесь возиться?! У меня работа ждет! - Выразил он свое недовольство. - Вечером я и так собирался идти к Ашим!

- Объяснили, - ответил ему Саор, как мне показалось, немного холодно, - просто ей здесь все непривычно.

- Ну что ты опять за старое, Ита? - Сказал он почти ласково, подходя ко мне и садясь на край моей кровати. - Это совсем не страшно. Можешь даже закрыть глаза. Хочешь?

Я замотала головой. Опасность нужно встречать с открытыми глазами, как бы не хотелось зажмурится.

- Ну и отличненько. Дамир в отличной физической форме, есть на что посмотреть, - подмигнул мне Саор, но я ничего не поняла.

Точнее, не понимала ближайшие пару мгновений, потому что потом, незнакомец подошел к нам и уселся на стул возле моей кровати, который освободил для него лекарь. А затем он спокойно и незовмутимо стянул с себя рубаху.

- О, Пресветлая, что тут творится?!