Обреченные судьбы - Вероника Дуглас

после покушения на жизнь Саманты десять недель назад.

Судьбы, неужели это было так давно?

Кейден отложил топор и огляделся.

— В любом случае, нам нужно действовать быстро. Если их трое, то, вероятно, их больше. Я закрою портал. Никто не войдет и не выйдет, пока мы не разработаем протокол проверки. Касс, переверни этот город вверх дном. Здесь полно оборотней, так что найди несколько верных волков и вынюхайте всех оставшихся фейри.

Касс хрустнул костяшками пальцев, поднимаясь.

— С удовольствием.

— А как же я? — спросила Мел.

— Поскольку нам некого допрашивать, можешь ли ты что-нибудь узнать по их крови?

Она поджала губы.

— Вряд ли что-то, чего мы уже не знаем. Но я попробую. Потом сожгу тела.

— Хорошо, — Кейден поднял руки, и завеса тени отгородила пространство вокруг нас. — Это должно отвлечь посторонние глаза, пока ты работаешь.

Я опустилась на колени и вытерла меч об одежду ближайшего убийцы, прежде чем вложить его обратно в свои новые ножны.

— А как же я? Я не собираюсь прятаться в своих покоях.

Темный Бог повернулся, сжав челюсти и горя желанием защитить.

— Ты идешь со мной. Я больше не выпущу тебя из виду, маленький волчонок.

5

Саманта

Кейден зашагал по переулку, и я последовала за ним. Стены позади нас были опалены магией и забрызганы кровью. Это выглядело так, словно мы покидали зону боевых действий, и с улицы эхом доносились испуганные голоса прохожих. У Касс и Мел было полно дел, по наведению порядка.

— Ты притягиваешь неприятности, как кошка в течку, — проворчал Кейден.

Я подняла брови.

— Полагаю, именно поэтому ты появился так быстро.

Он остановился и оглянулся, но вместо того, чтобы улыбнуться этой шутке, морщины на его лице напряглись.

— Нет. Я пришел, потому что могу почувствовать, когда тебе страшно или больно. Я был на встрече со старейшинами города, и эти ощущения пронзили меня, как нож. Вот как я узнал, что нужно прийти за тобой.

Я кивнула. Мы никогда открыто не обсуждали это, но я уже поняла, что это было что-то в этом роде. Почти каждый раз, когда я попадала в беду во дворце Аурена или в Шпиле Мечты, Кейден отбрасывал тень на меня мгновениями позже, как будто притягиваемый туда самими моими страданиями.

— Почему мы так связаны?

У меня были свои подозрения, даже если они были невозможны. Мне просто нужно было услышать, как он это скажет.

Кейден открыл рот, чтобы ответить, но затем просто убрал волосы, прилипшие к моей влажной щеке. От его прикосновения по спине пробежала дрожь, а уголки его губ тронула нежная улыбка. Мне показалось, что он сейчас поцелует меня, но он лишь опустил руку.

У меня словно камень упал в живот. Всё то же самое — растущая пропасть между нами. Почему? Что изменилось?

Его мимолетная ласка сделала мою кожу чувствительной, а в груди — неутолённое желание, но теперь моя шея покраснела от смущения. Что было не так? Я посмотрела вниз и увидела свою красную и изодранную одежду.

Я была буквально покрыта кровью с головы до ног. Возможно, из-за этого.

— Судьбы, я отвратительна, — пробормотала я, дотрагиваясь до брызг засохшей крови, которые все еще покрывали мое лицо. Неудивительно, что он передумал меня целовать.

Я отвернулась, но он нежно притянул мой подбородок к себе.

— Нет, Саманта, это не так. Ты потрясающая.

— Вся в крови? — я уставилась на сумасшедшего человека «бога» стоявшего передо мной.

— Это просто показывает то, кем ты являешься: воительницей до мозга костей. И именно поэтому я хочу тебя ещё сильнее.

Его хриплый голос и знакомый запах подтверждали каждое слово. В нём пылало желание — дикое, первобытное, но он изо всех сил его подавлял. А вот у меня не было никаких тормозов. После схватки со смертью адреналин всё ещё пульсировал в венах, и между его ароматом и взглядом, полным огня, я едва удерживалась от того, чтобы не вскарабкаться на него прямо здесь, несмотря на чужую кровь, размазанную по моему лицу.

Я приподняла брови с игривой усмешкой:

— Так вот что тебя заводит? Смотреть, как твоя любовница дерётся за свою жизнь?

Будто я окатила его ледяной водой — улыбка исчезла, а в глазах вспыхнуло какое-то странное, неясное чувство. Он схватил меня за плечо:

— Тебе нужно быть осторожной, маленький волчонок, сейчас больше, чем когда-либо.

— Я осторожна.

Его пальцы сжались почти до боли.

— Недостаточно. Мне нужно, чтобы ты знала это. Мне нужно, чтобы ты чувствовала опасность нутром. Ты не должна терять бдительность. Никогда.

Это было просто из-за погони за убийцами? Моя кровь закипела.

— Я не собираюсь провести остаток своей жизни, шарахаясь каждой тени. Ты говоришь, что я воин. Что ж, я собираюсь драться.

Я боролась с его железной хваткой, но он не отпускал.

— Твоя безопасность превыше всего. Я не могу…

Голос Кейдена прервался, и когда он продолжил, я была уверена, что он собирался сказать что-то совершенно другое.

— Я не смогу защитить тебя, если ты не защитишь себя сама. Понятно?

Он всегда был защитником и собственником, но это было по-другому. Я внимательно изучила озабоченные черты его лица.

— Что происходит? Это только из-за убийц?

Кейден отпустил меня и отступил в сторону.

— Мы расслабились. Убийцы — тому доказательство.

Я была уверена, что не это вывело его из себя. Последние несколько дней он был на взводе. Было что-то еще — что-то изменилось между нами, и он не собирался говорить мне об этом. Несмотря на мое разочарование, я могла сказать, что в данный момент больше ничего от него не добьюсь, поэтому просто кивнула.

— Я буду осторожна. Я обещаю.

Он долго изучал мое лицо, а затем, не говоря ни слова, направился вниз по переулку.

Кейден привел меня на широкую площадь в центре города, где сходились пять улиц. Торговцы установили ярко украшенные прилавки по периметру и продавали все — от пряных орехов до глинтвейна и толстых пальто на зиму. В центре помещения возвышался широкий ступенчатый помост с высокой каменной аркой. Портал заполнял ворота, как мерцающий ртутный бассейн. Несколько членов стражи стояли на страже рядом с ним, проверяя личность и назначение всех тех, кто проходил через него.

Поредевшая толпа с трепетом расступалась перед нами. В разорванной одежде, с кровавой раной в боку и зловещим клинком я, вероятно, сама по себе представляла собой пугающее зрелище. Но Темный Бог Волков — он был чем-то совершенно другим.

Выражение лица Кейдена было неумолимо мрачным, и тени