Буря настигнет (СИ) - Орлан Нари

— Да, Келлан… — Я впилась в его предплечье и встретилась взглядом с карими глазами, полными беспокойства. — У нас есть сейф с сумасшедшей суммой. Ее мало для того, что мы запланировали, но мы можем остальное добыть иным способом.

Он свел брови. По лицу пробежала тень.

— Знаешь же, нет ни одной работы, которая бы приносила такой доход, как продажа секретной информации. И ни ты, ни я ничего другого не умеем.

— Ты классный программист. Кроме того, ты создал уйму удивительных вещей… Лейкопластыри, мой смартфон… компьютеры, мебель сама себя собирает, когда надо бежать… А сани…

— На Калинидиксе я никому не нужен! — Крик оглушил, полоснул ножом по сердцу. — Мои разработки тоже! Компании пользуются лишь отходами производства с более развитых планет. Никто не рискнет вкладывать деньги в меня. Наша тупая планета производит только чертов пух и еду!

В воцарившейся тишине звенели отголоски крика. Или в голове гудело. Келлан продолжил мягче:

— Даже если сбежим в другой сектор, устроимся на работу, накопим оставшуюся сумму лет до сорока. Хрен с тем, что в таком возрасте поздновато сваливать с планеты. Но проблема в том, что за двадцать лет обесценятся деньги, добытые сейчас. Сама знаешь, какая быстрая инфляция.

Я обессилела и хлопнулась на нераспечатанную коробку. Перед взором плыло.

— Понимаю, ты устала, дорогая… Давай рискнем и поднимем цену на информацию в два раза, чтобы скорее собрать деньги.

— Хорошо, — просипела я. — Дай мне немного побыть в одиночестве.

Келлан вышел из комнаты, но оставил пульт. Я с трудом поднялась, вытирая слезы, подхватила его и отошла к двери. Палец нажал красную кнопку — и коробки раскрылись. Из них, будто роботы-монстры, полезла мебель. Кровать из кубика разложилась на двуспальный размер, матрац накачался, я расправила на нем постельное белье. К изголовью кровати подъехала тумбочка, из нее выскочили часы и электронная книга.

Без меня Келлан загубит талант. На Калинидиксе ему светит один заработок — продажа устройств богачам. Но зачем толстосумам покупать творения безымянного программиста, когда можно купить надежное устройство из развитых миров?

Кресло расправилось и надулось — я упала в него, смыкая веки. До сих пор колбасило, пульс не унимался. Вновь перед внутренним взором проигрывалось, как Келлан вбежал на кухню и крикнул: «Уходим».

Без вопросов я нажала на холодильнике кнопку утилизации и выбросила спрессованные отходы. Столешницы гармонично собирались в кубы. Я десять секунд понаблюдала, как складывается кухонная утварь, и помчалась в ванную.

Так, комната за комнатой, мы за тринадцать минут выгрузили всю мебель на крышу. И сани. За две минуты укрепили вещи, Келлан пристегнулся, а я села на место водителя перед стеклянной рамой и надела очки со встроенной навигацией.

Вихрь подхватил нас, оторвал от пола и понес в пучину белой метели. Келлан, конечно, жутко не нервничал! Не от него зависело, разобьемся или нет. Я управляла вихрем, что вез сани по небу, как Санта-клауса. Мой просчет — и драгоценное оборудование рухнет с бешеной высоты. Или Келлан. Но у него был складной парашют.

Наверное, я достаточно тренировалась возить сани, поэтому мы успешно добрались до запасной квартиры.

Да, мы убежали. Но нас обнаружили впервые — по наши души отправили настоящих профессионалов.

И они найдут нас снова. Надо торопиться.

Я подхватилась с кресла и на негнущихся ногах поспешила в кабинет к Келлану. Помогу распаковаться. И пора начинать слежку за новым гитаристом группы «Буря настигнет».

Окруженный мониторами, Келлан уже сидел в компьютерном кресле.

— Есть мысль, как быстрее собрать деньги, — сказал, проматывая новости. — Выборы на носу. Явно кто-то из кандидатов замешан в грязных делах. Мы соберем информацию на всех кандидатов и будем продавать ее им друг другу.

У меня кровь отлила от лица.

— Ты понимаешь, что произойдет, если нас раскроют? Лезть в политику очень опасно.

— Не раскроют. Мы шустро соберем деньги и улетим еще до выборов. А кандидаты пускай грызутся и угрожают друг другу компроматом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Следить за пресными дядьками в костюмах скука смертная. За телеведущими, актерами, музыкантами — иное дело. Это обычно шикарные, красивые, харизматичные, подтянутые мужчины. Неужели я наслаждалась, шпионя за ними? Похоже. Не хватало, чтобы о приятной части работы прознал Келлан.

Я нацепила маску безразличия, забрала содовую, которая стояла у мышки, и отпила. Сотни газиков защипали язык.

— Ладно. Но после того как закончим с «Бурей».

— Что тебе мешает параллельно следить за политиками тоже? Или за гитаристом собралась наблюдать круглосуточно? — Келлан обхватил мою талию и притянул к креслу.

— Ничего, что мне иногда нужно спать? Выполнять распоряжения духа? Рисовать?

— Твое рисование не приносит денег. Ты за два года продала три картины.

Как совести хватало тыкать носом меня в лужу и одновременно смотреть мне в глаза любвеобильным взглядом? Я скинула руку с талии.

— Когда мы познакомились, ты расхваливал мое творчество и вторил, что я прослыву известной художницей! — Я со стуком поставила жестянку на стол. — Так бы и случилось, если бы я деньги за три картины вложила в выставку, а не закрыла в сейфе!

— Я констатировал факт. Чтобы скорее улететь с Калинидикса, надо временно отложить увлечения. Я тоже перестану изобретать гаджеты.

Тревога заскребла коготками под грудью. Краски до сих пор не распаковались. Не выкинул ли Келлан их «случайно», пока мы летели? Я присела к коробкам, зарылась в первую, во вторую. Куча деталей, кухонная утварь, полотенца…

— Краски в сейфе.

— Что ты сказал? — Я подскочила к креслу и развернула его за спинку. Рвать и метать, рвать и метать! — Ты сдурел?

Он встал и навис надо мной. Будто испугает ростом.

— Я знал, что ты не захочешь оставить временно рисование. И убедить тебя будет невозможно.

— Ты охренел за последнее время. Просто невыносимо!

— Уж извини, что мне приходится играть роль старшего брата. Кто-то должен брать на себя командование. И ответственность.

Придурок. Возомнил невесть что! Не на таких условиях строились наши отношения раньше. Проучить бы его. Я покосилась на сейф, что стоял в углу, и смиренно склонила взор.

— Ты прав. — Голос вроде звучал тихо и покорно, я старалась. — Схожу в душ, остыну…

Засранец повернулся к компьютерам — я метнулась к сейфу, сграбастала его и рванула прочь из квартиры. Тяжелый, сволочь.

— Беатриса! — громыхнул Келлан за спиной. Тело у него спортивное, но бегал он слегка хуже, чем я. Тем более наверняка догадался, куда меня понесло, и не сразу, психуя, нашел шарф.

На крыше гуляла прекрасная метель. Горячие лучи едва пробивались сквозь нее. Я с наслаждением вдыхала пушистый воздух, пробираясь между пластами солнечных батарей.

— Стой!

Почти догнал. Я поторопилась к краю крыши и за два метра до него обернулась. Келлан выскочил в футболке, обмотав черный шарф вокруг лица.

— Стою, не приближайся! — Я запыхалась. Сердце колотилось бешено, словно после аттракциона.

— Ты не спрыгнешь. — Карие глаза метали молнии. — Пух не даст разбиться.

— Но сейф летать не умеет! — Я подняла его повыше. Руки отваливались. — Знаешь, что я подумала? А ведь я могу забрать сейф и улететь сама! Мне одной тут денег как раз хватит.

— Ты не откроешь сейф!

— Духа позову. Он поможет, если попрошу. Так что, пока! — Я еле изловчилась, удерживая сейф, сложить пальцы двух рук в символ скорости. Келлан ринулся ко мне, но метель закрутилась в вихрь, отрезала путь, унесла меня.

Правда, ненадолго. Спустя полчаса я вернулась. Без сейфа.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Келлан сидел на пушистом полу, белые хлопья полностью облепили, превратив в снежного человека. Ждал. Конечно, телепортироваться с концами я не могу. Всего-навсего на жалких полчаса. Зато тридцать минут достаточно, чтобы спрятать что-нибудь. Например, сейф, набитый деньгами и красками.