Я спасу тебя, или Десять нелепых смертей Эйрин Миттар - Марина Николаевна Александрова

«Часы двух сердец» мастер Эльвиталь Эорель. Год изготовления 1328 со дня рождения великого Эйвинга короля Священного леса.

На противоположной стороне была указана изначальная стоимость изделия от вида которой мне едва не сделалось дурно и одновременно смешно. Зарплата сто пятьдесят руй⁈ Ха, да у меня в кармане до конца жизни и обратно по столько, если не больше! А также перечень материалов, которые использовал мастер. И лишь в самом конце под строкой «свойства изделия» было указано следующее:

'Взяв за основу окаменевшие сердца сильфа и семарга…

Не вольно зависнув на первой же фразе, я посмотрела на Терона указав на строчку.

— Это что правда вплавленные друг в друга сердца? — почему-то шепотом поинтересовалась я.

Терон выглядел не менее растерянным.

— Эльфы в отличии от нас верят, что сильфы и семарги действительно существовали, как и духи других стихий. Согласно их приданиям, если умирает тот, у кого есть физическое тело, то всё, что от него остаётся — это дух, а если погибает дух, то он обращается в камень или что-то материальное.

Решив, что мой мозг не способен просто принять как данность, что в моих часах впаяны сердца некогда живых пусть и не совсем материальных духов, я продолжила читать.

«Взяв за основу окаменевшие сердца сильфа и семарга я решил, что связать время и истинность, которая встречается лишь среди представителей народа заказчика, будет прекрасным выбором. Часы примут хозяином, как мужчину, так и его истинную пару. Поскольку духи стихий не понимали значения времени, то магическая закольцовка артефакта в теории способна извлечь остаточную энергию сердец, которую приведёт в рабочее состояние посмертный выброс предназначенных и их кровь. Теоретически время для такой пары потеряет границы».

— Эльфы, чтоб их, — всё же кое-как найдясь со словами, пробормотала я.

— Тогда было популярно создавать редкие артефакты, чтобы показать мастерство автора…

— Да какое уж тут мастерство? Ему даже проверить его не на ком было! Еще бы написал, что создал портал в мир духов и сработает он если поймать единорога в полночь, отпилить ему рог проткнуть им часы⁈ Аферист какой-то, — возмущенно выдохнула я.

— Но работают же, — всё же подметил Терон.

Что ж, не могла с ним не согласиться.

В какой-то момент между нами повисла небольшая пауза и я почувствовала, что Терон хочет о чем-то поговорить, но сомневается. Это было мимолётное ощущение, но почему-то не возникло ни толики сомнений, что именно так и есть. Странно. О таком я только читала. Говорят, с годами пары могут понимать друг друга без лишних слов и чувствовать на расстоянии. Пока же это похоже на неясный отблеск, который мелькнул и тут же исчез.

— У меня такое чувство, что ты хочешь о чем-то поговорить, но сомневаешься. Почему? — всё же поинтересовалась я.

Терон взглянул на меня сверху вниз и понимающе улыбнулся.

— Просто не знаю, как ты отнесёшься к тому, что я считаю необходимым сделать, — сказал он, продолжая удерживать мой взгляд.

Честно говоря, наши животные инстинкты играли с нами злую шутку. Хоть и говорили, что в истинных парах не стоит ожидать от партнёра подлости или злого умысла, но, если так подумать, это не многим надёжнее, чем когда-ты идёшь на собеседование во вроде бы нормальную компанию, а потом, как я, оказываешься в каталажке, как участник мошеннической схемы. К тому же в последнее время прилавки наших книжных магазинов наводнили эльфийские романы об истинных парах, где герой мерзавец изменяет или совершает какую-то подлость не осознавая, что перед ним его истинная. Все оборотни знают, что это невозможно, когда пара уже признала друг друга и закрепила связь. Но мама и тётя Элаиз, например, читают их взахлёб с обильным слёзоотделением жалея главных героинь. Волей неволей задумаешься, может и не стоит так уж растворяться в собственных инстинктах? Мы с Тероном не так давно знаем друг друга, он успешный глава рода, у него огромное состояние и влияние в обществе, а я… Эйрин Миттар.

— Я хочу, чтобы о нас пока никто больше не знал, — всё же сказал Терон, а мне на миг стало не по себе. — Не стоит разрывать помолвку и…

Сердце как-то болезненно сжалось, а к щекам устремился жар. Было странное ощущение, как будто мне в лицо плеснули ведро ледяной воды. Я и подумать не могла, что в столь короткий срок стала так уязвима от его отношения ко мне!

— Ты не так поняла, — поспешил заговорить Терон, словно почувствовал изменения во мне. — Как только моя мачеха узнает о тебе, то это поставит под угрозу тебя и всех, кто тебе дорог. Я не могу этого допустить.

Какое-то время я молчала, боясь позволить себе пошевелиться и все мои силы уходили на то, чтобы побороть инстинкты своей животной ипостаси, которая требовала устроить показательный дебош и нашинковать эту библиотеку вместе с барсом в мелкий кубик. Или отправиться прямиком к его мачехе и организовать ей скорое отправление на тот свет и будь, что будет! Забывая о магической составляющей дела, я растворялась в самых агрессивных инстинктах своей ипостаси рискуя сорваться самым позорным и недостойным образом. Очень тяжело, когда внутри тебя есть сразу три части и если разум готов к компромиссам, то сердце болезненно ноет, а звериная ипостась жаждет крови и плевать ей чьей.

— Сейчас король готовит материалы для ареста, как только это произойдёт, то скрывать не будет никакого смысла.

Он попытался приобнять меня и вновь прижать к себе, когда мои руки сжались на его запястьях и легко развели их в стороны.

— Не сейчас, — бросила я, поднимаясь с его колен, — иначе боюсь нам придётся пережить этот день заново.

— Но… — попытался он подняться следом за мной, а я с трудом сдерживаясь толкнула его обратно.

Терон откинулся назад и чуть отъехал на своем стуле по до блеска натёртому паркету, издавая противный скрип.

Я лишь подняла указательный палец вверх, предостерегая его от дальнейших действий, повернулась на каблуках и поспешила покинуть комнату, пока звериное не взяло верх над разумом. Открыв дверь библиотеки, я уже совершенно не сдерживаясь шибанула ею так, что с потолка посыпалась штукатурка, а сама огромная дубовая дверь слетела со столь же внушительных петель и с оглушающим грохотом не рухнула позади меня.

До самого вечера я сидела в выделенных мне покоях