Я спасу тебя, или Десять нелепых смертей Эйрин Миттар - Марина Николаевна Александрова
— Ты имеешь в виду то, помню ли я, что минимум трижды умер на вчерашнем свидании, пока меня не спасла совершенно очаровательная девушка? — последние слова он прошептал мне куда-то в область шеи, начиная покрывать её поцелуями, от чего все мысли о серьёзном разговоре стремительно разбегались.
— О том самом, — засмеялась я, пытаясь увернуться о щекочущих кожу ласк. Ну, или вернее сказать, делая вид, что пытаюсь увернуться.
Ещё какое-то время заняло наше дурачество прежде, чем Терон всё же спросил:
— Как давно это с нами происходит? В который раз я умираю, а ты спасаешь меня?
— М, — ненадолго задумалась я, — из того, что помню я — семь раз.
В этот самый момент я почувствовала с какой силой сжались его руки вокруг меня, точно пытаясь защитить от всего на свете.
— Ты знаешь, почему так происходит?
Испытывая абсолютную эйфорию от одной только мысли, что мне есть с кем поделиться происходящим с нами, я, ничуть не сомневаясь, решила рассказать всё с самого первого «нашего раза». Терон слушал внимательно и не перебивал меня, лишь его объятия, точно барс забывался, становились время от времени настолько крепкими, что было сложно дышать.
— Когда я была ребёнком, то мы с дедушкой кое-что нашли в городском парке, — под конец я решила озвучить самую важную часть своей истории и вытащила из кармана юбки часы, раскрыла ладонь и показала их барсу. — Я видела портрет твоего отца внизу, и он держал в руках точь-в-точь такие же. Все началось в тот самый первый раз, когда мы умирали в дворцовом парке и наша кровь смешалась, а часы лежали аккурат между нами. Мне кажется, что это какой-то артефакт или что-то такое? — встревоженно посмотрела я на Терона, который не сводил глаз с лежащих на моей ладони часов.
— Можно? — попросил он, протянув мне открытую ладонь.
— Я так понимаю, что это твоя фамильная реликвия, почему ты спрашиваешь? — усмехнулась я, аккуратно протянув ему часы.
— Потому, что теперь они твои, — просто пояснил он. — Но ты права, когда-то они принадлежали моей семье на протяжении довольно длительного времени. Даже своя легенда о них есть, — на губах Терона возникла ироничная улыбка и он слегка покачал головой. — Ну, до этого момента я искренне полагал, что это всего лишь легенда. Говорят, много-много веков назад, ещё на заре времён, земли, где сейчас находится Давор, Эвритания и Северные пустоши были населены вовсе не оборотнями, людьми, магами и эльфами. Сюда мы пришли гораздо позже, когда истинные хозяева этих земель ушли в новый мир окончательно разочаровавшись в этом. Тогда эти земли были населены духами природы и стихий, возможно ты слышала о сильфах и семаргах?
— Дедуля читал мне что-то о них в детстве, — задумчиво прикусила я нижнюю губу. — Что-то о принцессе сильфов и принце семаргов…история любви огня и воздуха и как один сжег в своей страсти другую…
— Да, легенда, повествующая о том, как между принцем духов огня и принцессой духов воздуха вспыхнула запретная страсть и принц сжег сильфу, а после сам задохнулся без своей единственной. Говорят, потеряв двух наследников духи решили уйти туда, где время не имеет значения, и даже умершие однажды сумеют воскреснуть. Они покинули наш мир, но кое-что всё же осталось.
На этих словах Терон щелкнул что-то на часах, и крышка циферблата откинулась, обнажая внутренний механизм часов, где среди шестерёнок и прочих миниатюрных механизмов в самом центре расположился удивительный камень. Он был довольно маленьким, но совершенно необычным. Одна половинка прозрачная, как слеза, а другая темно-алая точно кровь.
— Говорят, когда-то мои предки решили основать свою первую шахту по добыче алмазов там, где был найден этот камень. В роду его очень ценили и называли сердцем двух стихий, как ты понимаешь, поговаривали, что это всё, что осталось от любви принца и принцессы — их сердца, сплавленные в одно.
— Ты полагаешь дело в камне? А сами часы совершенно обычные?
— Им больше трёхсот лет и делал их один из лучших эльфийских мастеров, как ты понимаешь, конечно же он был артефактором. Позволь, — он осторожно ссадил меня с колен на диван, поднялся и устремился к одному из стеллажей.
Некоторое время у Терона ушло на то, чтобы найти необходимую книгу, которая больше походила на толстенный альбом с рисунками и описанием к ним.
— Иди ко мне, — позвал он меня к себе, опустив книгу на письменный стол, а сам сел на стул.
Меня же вновь утащили на колени. Терон тут же уткнулся носом мне в шею с удовольствием и жадностью втягивая мой запах. Я же обняла его за плечи и вдохнула аромат его волос. Очень сложно было остановиться и просто перестать дышать друг другом, но нужно всё же взять себя в руки.
— Мои предки не слишком-то уважали и ценили артефакты, в принципе, как и все оборотни. Кто знает, сколько из предметов старины, купленных ими, имеют магические свойства, которые они посчитали неважными? Страшно представить, — хмыкнул он. — Но, вот чего у них не отнять, — начал он, листая книгу, — так это тщеславия и желания иметь подтверждение того, что редкая вещь сделана известным мастером и имеет за собой историю, а стало быть, и цену.
Страницу за страницей он переворачивал листы альбома, на котором были изображены кольца, броши, колье, серьги, курительные трубки, трости, часы, а напротив подробное описание изделия, имя мастера, свойства, первичная стоимость.
— Мой прапрадед очень боялся, что кто-то украдёт у него камень, если он будет хранить его в сейфе, потому он решил заказать часы, в которые будет вложен камень и которые никогда не смогут потеряться, — проказливая улыбка появилась на губах Терона. — Как видишь, я с успехом их потерял, а ты нашла, хотя считается, что не будучи хозяином часов ты пройдёшь мимо и не заметишь, а если вдруг захочешь взять в руки, то непременно передумаешь. Не уверен, что кто-то читал о свойствах артефакта, которые были заложены мастером изначально.
Наконец-то открыв книгу на нужной странице, я
