Воспитанная принцем вампиров - Дарси Фэйтон
Натаниэль рванулся вперёд, и Кира зажмурилась, когда охранник ударил его в горло, заставив захрипеть и согнуться от удушья.
Потянулись ещё несколько бесконечных минут. Хенрик двигался внутри неё то быстро, то медленно, будто специально не давал ей забыть о себе ни на секунду.
Внезапно он дёрнул её за волосы вверх, заставляя выпрямиться на коленях и прижимая спиной к своей груди. Другой рукой он мял её грудь, тихо шипя ей на ухо:
— Ты можешь быть наполовину вампиром, Кира, но не обманывайся. Ты волчица до последней капли крови и годишься только на то, чтобы рожать. Как только ты подаришь мне одарённое потомство, унаследовавшее твои способности, я буду пользоваться тобой вот так. — Он медленно двигался в ней. — Каждую ночь. Каждый день. — Он резко толкнулся глубже. — Потому что всё, на что ты годишься, шлюха, — это раздвигать ноги перед своим Хозяином.
Он отпустил её волосы и толкнул вперёд, так что ладони Киры ударились о пол. Потом снова жёстко вбился в неё.
— А когда ты мне надоешь, я отдам тебя своим охранникам. Пусть делают с тобой всё, что захотят.
Слёзы свободно текли по её лицу.
— Знаешь, сколько охранников в Крепости Винтермоу, шлюха?
— Нет, сэр, — прошептала она, принимая очередной грубый толчок.
— Больше четырёхсот.
Она всхлипнула.
— О да. Некоторые из них — обратившиеся вампиры, которые помогли мне захватить Крепость. Их похоть ненасытна, и они никогда не устают трахаться — они уже не совсем живые существа, как тебе хорошо известно. К тому моменту, как все они пройдут через тебя, ты будешь полностью истощена. Хотя… эту ночь ты всё равно не переживёшь. Знаешь почему?
Кира покачала головой. Её «нет, сэр» прозвучало едва слышно, но Хенрик даже не обратил на это внимания.
— Потому что, — сказал он, медленно двигаясь в ней, — именно так умерла твоя мать, Лиддия, Королева вампиров.
Ужас и ярость вспыхнули внутри неё, прожигая насквозь оцепенение, в котором она пыталась спрятаться.
— Да-а. Мои охранники утащили её в конюшню, — продолжил Хенрик, заметно возбуждённый, снова начиная жёстко трахать её. — Пустили по кругу, как кобылу. До утра она ещё протянула. А ты и до рассвета не доживёшь. Ты слабее, чем я думал. В тебе уже ничего не осталось.
Ярость, кипевшая внутри, наконец прорвалась наружу. Кира рванулась вперёд всем телом, но Хенрик держал её слишком крепко. Она едва сумела хоть немного отстраниться, как он снова насадил её на свой член.
Хенрик торжествующе расхохотался, пока она вырывалась и дёргалась, а её крики только добавляли новые отметки на доске.
Толпа тут же подхватила его смех, и издевательский гул эхом покатился по залу.
— Вот она. Вот та сука, которую я ждал, — довольно сказал Хенрик и трижды быстро ударил её по лицу. — Строптивая. Совсем как её мать.
Слёзы, отчаяние, горе… ничего из этого ей сейчас не поможет. Как и попытки сопротивляться. Стало окончательно ясно: никто её не спасёт.
Я не могу сдаться. Не могу.
— Тебе нравится, шлюха? — спросил Хенрик, сжимая её бёдра и направляя член глубже, в самое чувствительное место внутри неё. — Мой сын делал с тобой так?
Давай же, Кира.
Соберись.
Ярость жгла её изнутри, и с огромным трудом она заставила себя выглядеть равнодушной, пока Король вампиров жёстко двигался в ней. Она только пожала плечами.
— Натаниэль делал это лучше.
Хенрик замер.
— Что ты сказала? — тихо спросил он опасным голосом.
— Натаниэль делал это лучше, — повторила Кира. — Вижу, ты стараешься, но я почти ничего не чувствую.
В зале повисла мёртвая тишина. Даже те, кто стоял далеко и не расслышал её слов, мгновенно поняли: сейчас лучше молчать. Стало так тихо, что Кира почти слышала, как у Хенрика пульсирует кровь в висках, пока он наклонялся к её уху.
— Правда?
Кира сдержала нервный глоток, понимая, что он сразу её выдаст. Пытаясь изобразить равнодушие Виктории, она пожала плечами.
— Ага. Но без обид.
Боль вспыхнула в коже головы, когда Хенрик сильнее дёрнул её за волосы. Она ожидала этого. Стиснула зубы, готовясь к удару, пощёчине или новому толчку.
Но Хенрик не ударил её.
Вместо этого он сделал именно то, на что она рассчитывала.
— Сейчас покажу тебе, как это делается, шлюха, — процедил он, вытаскивая из неё член и с отвращением отталкивая её от себя. — Посмотрим, останешься ли ты такой же равнодушной, когда я начну трахать тебя в задницу.
Он схватился за пробку, ногтями впиваясь в чувствительную кожу вокруг неё, и резко выдернул наружу. Пробка отлетела в сторону и с грохотом покатилась по деревянному полу.
Кира судорожно вдохнула, пытаясь нащупать свою магию.
Давай же…
Если она и возвращалась, то Кира пока почти её не чувствовала. Серебро всё ещё отравляло её тело, расползаясь по венам тяжёлым туманом.
Сколько времени понадобится, чтобы магия вернулась?
Минуты?
Часы?
Дни?
Пожалуйста. Пожалуйста, пусть это случится скорее.
Хенрик уже направлял в неё свой член, тяжёлая толстая головка упиралась в её анус. Всё внутри пересохло от страха и боли.
— Я вытер твои соки, — сказал Хенрик, будто прочитав её мысли. — Посмотрим теперь, как мало ты будешь чувствовать, шлюха.
Больше предупреждать он не стал.
Он резко толкнулся внутрь.
Боль разорвала её изнутри, когда он силой вошёл в неё. На этот раз сдержать крик не получилось. Его несмазанный член буквально раздирал её. Хенрик низко зашипел сквозь зубы — ему самому было тяжело проталкиваться глубже, но если для него это было неудобством, то для Киры всё превратилось в настоящий ад.
Она царапала ногтями гладкие доски пола. Боль вытеснила всё остальное, пока мир перед глазами не побелел.
И именно там, в этой ослепляющей агонии, она почувствовала её.
Магию.
Слабый проблеск где-то на краю сознания.
Кира потянулась к нему, выругавшись, когда ощущение снова ускользнуло.
Так близко.
Хенрик тяжело выдохнул, сумев протолкнуть внутрь почти половину длины.
— Чувствуешь теперь, шлюха?
Он наклонился ближе, и Кира опустила голову, лишь бы он не видел её лица.
— Не… ещё, — прорычала она.
Хенрик снова толкнулся глубже, и внутри всё вспыхнуло болью.
— А теперь?
Новый проблеск магии мелькнул в сознании. Кира вцепилась в него, но он оказался слишком слабым и снова рассыпался.
— Не… ещё, — повторила она, сдерживая рыдание.
Хенрик продолжал вколачиваться в неё, проталкиваясь всё глубже.
Пожалуйста. Пусть это закончится.
— Как. Насчёт. Теперь?
Кира рвано вдохнула, но слова застряли в горле.
— Ну? — злорадно протянул Хенрик. —
