Элизабет Нотон - Обольщение

– Подождите, – подняла руку Изадора. – Грифон исчез.

– Он был здесь. Парни нашли его после того, как демоны забрали тебя с того поля. Он рассказал остальным, что произошло возле колонии.

Иза вспомнила тот момент, когда прошла сквозь портал во Фракийском замке и очутилась в окружении демонов. Деметрий был потрясен. В глубине души арголейка знала, что он планировал это не больше, чем она.

– Грифон был ранен. Он не мог ясно мыслить. Я была там. Деметрий пытался нас спасти. Не знаю, что ты имеешь в виду, говоря о его квартире, но...

– Изадора, он много месяцев планировал твое похищение. – При этой ошеломляющей новости Иза переключила внимание на вторую сестру. – В его квартире повсюду твои фотографии. Телескоп на крыше направлен на твои покои. Твои портреты, карты замка. Изадора. – Голос Каллии смягчился. – Он сын Аталанты. Ты сама говорила нам, что он не таков, как все мы думали.

Смятение поднялось в груди Изадоры.

– Я знаю, что говорила вам, но... Боги, мы все связаны родством с теми, с кем не хотели бы. Я должна напоминать вам обеим, какие мерзкие вещи творил наш отец?

Кейси вздохнула.

– Дело не только в этом, Иза. Деметрия осудили из-за предков и доказательств в сочетании с его поведением.

– Что значит «его поведением»?

– Деметрий молчит, – ответила Каллия. – И когда царь допрашивал его, и когда Совет. Он не объясняет, где вы оба были, как ты оказалась у Аталанты и что произошло, пока вы отсутствовали.

Изадора взглянула на свою юбку.

– Почему он просто не скажет им правду? Почему он?..

Краски закружились перед ее глазами, и она увидела себя, стоящую в гардеробной и смотрящую на море нарядов, один тяжелее другого. Она больше не та принцесса. Никакой покорности, застенчивости, и теперь ею не так легко помыкать. Если последняя неделя чему-то и научила Изадору, то именно тому, что она сильна, уверена в себе и имеет значение. А наряды – лишь фасад.

«Вы не можете меня спасти». – «Почему?» – «Потому что в некоторых случаях не стоит прилагать усилия».

У Изы сдавило грудь, и она вдруг поняла, почему Деметрий был к ней так жесток. Много лет он пытался защитить ее от себя – от того, кем себя считал. Но он не похож на Аталанту. Да, в нем кроется что-то темное, но не управляет.

Даже в окружении искушения сильнейшего зла, Деметрий не дошел до точки невозврата. А сейчас, не позволяя Совету, царю и аргонавтам узнать, что в действительности произошло между ними на том острове, он возвращается к старому.

Защищает ее с обычным видом «мне на всех плевать».

– Илитиос, – пробормотала она и, пока жар заливал щеки, протиснулась мимо сестер и направилась к двери. – Это не сработает, идиот. Только не в этот раз.

– Изадора? – спросила Кейси с тревогой в обычно спокойном голосе. – Куда ты собралась?

– В Эребус.

– Он не захочет тебя видеть, – быстро сказала Каллия. – Никого не хочет. Мы уже пытались.

– О, со мной он встретится.

Принцесса схватилась за дверную ручку и потянула.

– Почему ты так уверена? – спросила Кейси.

– Потому что я знаю секрет, неизвестный остальным. Я его суженая. И он может быть какой угодно задницей со всеми остальными, но не со мной. Больше нет.

***

Деметрий открыл глаза, услышав голоса, оторвал голову от холодной каменной стены, у которой пытался поспать, и всмотрелся в темный лестничный пролет, ведущий к охранницкой этажом выше.

Его камера располагалась отдельно в недрах Эребуса, и он не мог контактировать с другими заключенными. Стальные решетки и такой поганый матрас, что аргонавт устроился на полу, прислонившись спиной к стене и поджав колени, в попытке очистить свой разум

Это не помогло. Каждый раз, закрывая глаза, он видел лицо Изадоры, когда она смотрела на него в покоях Аталанты. Страх, отвращение.

Но больше всего боль.

Голоса стали громче – в охранницкой какая-то суматоха. Совет уже назначил ему наказание? Всего несколько часов назад он велел им отвалить. И поскольку ожидал казни в любую минуту, то предпочел бы, чтоб Орфей не тащил сюда его задницу, но теперь конечный результат будет тот же. По крайней мере, Изадора скоро освободится.

При мысли о ней сердце сжалось, но аргонавт проигнорировал это чувство. Аталанта исчезла – еще один плюс, – но она вернется. Деметрий не сомневался, что богиня каким-то образом найдет дорогу с полей Асфоделя, куда загнали ее они с Орфеем, объединив способности, полученные от Медеи. В самом деле, какая ирония, что, так долго боровшись с наследием Медеи, он нуждался в нем, чтобы победить Аталанту. Ирония заключалась и в том, что их с Орфеем работа не так уж отличалась от того, что делали ведьмы, чтобы на тысячи лет запереть Апофиса во Фракийском замке. Деметрия немало удивило, что Орфей оказался отчасти ведьмаком, но сейчас у аргонавта не было ни сил, ни власти, чтобы думать о намерениях этого андраса. Серое вещество узника жег лишь один вопрос: Изадора действительно беременна или это очередная ложь Аталанты?

Голоса затихли, и на лестнице послышались шаги. Деметрий встал, старательно держа руки за спиной, прижав их к холодным камням и ожидая своей судьбы.

Первым спустился стражник, но при нем не было палача. Вслед за стражником вплыло видение в зеленовато-голубом шелке, осветившее всю камеру и показавшееся дуновением свежего воздуха в этом темном подземелье. Горло Деметрия сжалось, когда с последней ступеньки сошла Изадора.

Суженая больше не выглядела бледной и грязной. Одетая в платье из голубого шелка с широким воротником, обнажавшее плечи, она выглядела царицей, коей скоро станет. Расширенные рукава придавали ее рукам более чем изящный вид. Затянутый корсаж напоминал Деметрию, что он мог обхватить руками ее ребра, а юбка «колоколом» заставляла задуматься о сокровищах, под нею скрытых.

Шоколадные глаза принцессы поймали и удержали его взгляд. Деметрий не двинулся с места, лишь безумно пытался успокоить грохочущее сердце.

– Оставь нас, – велела она охраннику.

– Я... – Тот запнулся. – Царь приказал не оставлять заключенного без присмотра с посетителями.

Изадора сердито посмотрела на стражника.

– Смерть моего отца – вопрос нескольких недель, и я стану твоей новой царицей. Если ты сейчас же не оставишь нас, гарантирую, я запомню твое имя. И последствия будут суровы.

– Но царь ясно приказал...

– Сейчас же, – громче приказала Изадора.

Лицо стражника выражало тревогу, но он двинулся к лестнице.

– Я... Я буду наверху. Если вам что-то понадобится...

Он взлетел по лестнице, и его голос затих. И в наступившей тишине Деметрий восхитился решительностью Изадоры.