Барбара Эрскин - Шепот в песках

– Желаете ли вы, миссис Шелли, чтобы я помогла вам переодеться к ужину? Может, мне прийти позже? – спросила она с акцентом на последнем слове.

– Спасибо, Джейн, пожалуйста, останься. Я хочу переодеться. – Голос Луизы дрожал. Она повернулась к лорду Кастэрсу и указала на дверь. – Уйдите!

Какое-то мгновение он колебался, но затем, улыбнувшись, направился к двери. В узком проходе он обернулся и поднял руку:

– A bientot, дорогая. Очень скоро мы продолжим нашу прелестную беседу.

Луиза закрыла глаза. Ее трясло, когда она увидела что Трис зажигает свечу позади нее и свечи на столе. Очень скоро в каюте стало светло от множества мерцающих огней.

Не говоря ни слова, Трис собрала разбросанные еще утром вещи Луизы и начала складывать их. Потом она взяла кувшин и направилась за горячей водой и свежими полотенцами. Луиза взглянула на свой одежный шкаф. Он был по-прежнему заперт, а маленький изящный ключик надежно спрятан среди наперстков и ниток в коробочке для рукоделия.

Дрожащими руками Луиза достала коробку, где у нее хранились булавки и щетки, распустила длинные каштановые волосы, достала расческу и медленными ритмичными движениями принялась расчесывать волосы, стараясь таким способом избавиться даже от воспоминаний о том, как к ней прикасался руками Кастэрс, глядя на нее холодными глазами.

Когда в каюте снова появилась Трис, Луиза подняла на нее глаза.

– Спасибо, Джейн. – Она прикусила губу, стараясь, чтобы ее голос звучал ровно. – Лорд Кастэрс уже покинул судно?

– Понятия не имею, миссис Шелли. – Трис с грохотом поставила на туалетный столик тяжеленный кувшин, расплескав при этом воду. – Желаете, чтобы я сбегала за ним и привела его к вам?

Луиза пристально посмотрела на нее.

– Ты сама прекрасно знаешь, что я этого не хочу. Этот человек – похотливый грубиян. – Она пыталась сдержать слезы. – Я просто хочу быть уверена, что он ушел.

Наступило долгое молчание, женщина обдумывала слова Луизы. Наконец выражение ее мрачного лица смягчилось.

– Мне кажется, я слышала, что он собирается остаться на ужин, – сообщила она, с неприязнью уставившись на порванную блузку Луизы. – Вашу блузку нужно отдать прачке-гасале, чтобы она ее выстирала и починила. – Она взглянула на Луизу. – Форрестеры просто до смерти желают иметь а друзьях людей из аристократических кругов. Они умрут от злости, если возникнет подозрение, что кто-то из гостей огорчил их дражайшего лорда.

– Пожалуй, ты права. – Луиза, поджав губы, протянула руку за мылом. – Будь добра, полей мне. – Она дрожала, хотя в каюте было очень жарко. – Спасибо. На ужин я надену шелковый костюм. Приготовь мне его, пожалуйста, а потом можешь идти, поможешь леди Форрестер. – Она вдруг резко выпрямилась и посмотрела женщине в глаза. – Пожалуйста, не говори ничего Форрестерам о том, что здесь произошло. Как ты правильно считаешь, они очень расстроятся.

Луиза сама намеревалась поговорить с сэром Джоном об этом инциденте, и как можно скорее. Ей не хотелось, чтобы эта Джейн Трис, всегда с кислой миной, первой распространила слухи. Хотя она почувствовала, что женщина немного оттаяла по отношению к ней, Луиза подозревала, что та не может беспристрастно и без своих домыслов рассказать о произошедшем. Трис наконец вышла из каюты и закрыла за собой дверь.

Луиза села на табурет и устало посмотрела на свое отражение в зеркале. На нее смотрела женщина с пышной округлой грудью, которую прикрывал надетый на тело корсет с глубоким вырезом и лентами. У нее была тонкая талия и длинные пышные волосы, рассыпавшиеся по плечам. Ее лицо, несмотря на то что она носила шляпу с длинными полями и пользовалась зонтиком от солнца, сильно загорело, щеки приобрели непривычный цвет, отчего глаза сделались еще выразительнее и буквально сверкали. Неужели она сама как-то его спровоцировала? Конечно же, нет. Этого не может быть.

Луиза вздрогнула. Она окунула руки в таз и, зажмурившись, ополоснула лицо и шею, при этом слегка намочив волосы. Когда она открыла глаза, она сначала ничего не могла видеть, потому что в глаза попала вода. Когда она вытерла лицо и посмотрела в зеркало, у нее от неожиданности перехватило дыхание. В запотевшем стекле она увидела какую-то фигуру, которая стояла прямо позади нее. Закричав от ужаса, она резко повернулась, но оказалось, что в каюте никого нет. Луиза увидела только тени от фонаря, установленного на топ-мачте судна, стоявшего на якоре неподалеку, и эти тени смешивались с тенями от огня горящих свечей. Крепко сжав в руке полотенце, она огляделась вокруг. Кроме нее, в каюте не было никого. Свет, падающий на шикарные портьеры, делал помещение очень уютным. С усилием восстановив дыхание, Луиза потянулась за расческой. Ей просто показалось, только и всего. Сегодня ночью никакие призраки больше не появятся. Когда она оделась, до ужина оставалось несколько минут, чтобы успокоиться и записать пару строк в дневник.

Потом она пойдет в салон и, если нужно, до конца ужина вытерпит присутствие Роджера Кастэрса и взгляд его наглых жестоких глаз.

Анна поднялась и подошла к туалетному столику, на котором стоял поднос с едой. Она отломила кусочек хлеба, разрезала пополам яйцо, взяла сыр и сделала себе бутерброд. Потом вернулась на кровать. На груди у нее покоился Око Гора, и кожа ее чувствовала тепло, исходящее от золотого кулона. Съев бутерброд, Анна стала вслушиваться в голоса, доносящиеся с палубы. Она посмотрела на часы. Уже почти одиннадцать. Остальные пассажиры, наверное, закончили слушать лекцию о новейшей истории Египта, которую им должен был читать Омар. Во всяком случае, лекция была запланирована программой на сегодня. Сейчас, вероятно, все тихо беседуют и выпивают в баре, прежде чем отправиться спать.

Когда Луиза вошла в салон, там, кроме сэра Джона, никого не было. Он торопливо встал.

– Моя дорогая, вы прекрасно выглядите! – Он залюбовался ее вечерним платьем и, словно не в состоянии удержаться, взял ее за руку и поцеловал кончики пальцев. – Луиза, дорогая! Боюсь, я вас разочарую. Роджер был вынужден отправиться к себе. Ему передали записку, что что-то случилось с одним из членов команды, поэтому он должен был срочно вернуться на свое судно. Он просил меня передать мам его извинения за то, что он так неожиданно уехал.

– Я думаю, что он просил простить его не за то, что он отбыл, – язвительно заметила Луиза. Она присела в кресло, стоящее рядом с сэром Джоном. – Августа скоро придет?

Он покачал головой.

– Увы, она слишком переутомилась из-за всех сегодняшних волнений. Она рано отправилась в постель. Я попросил Абдула, чтобы он подал ужин только нам двоим. – Джон потянулся за графином. – Позвольте, я налью вам немного вина, моя дорогая. Давайте выпьем за успешный подъем на водопады и счастливое преодоление последних речных порогов, которое нам предстоит завтра.