Шеррилин Кеньон - Ночные объятия

Было здорово снова встретиться с бабушкой!

Та провела вверх и вниз по рукам Саншайн, будто удостоверяясь, что внучка здорова.

— Я так и намеревалась, но позвонила твоя мать и сказала, что у тебя много вопросов о своей прошлой жизни. Так что мне захотелось зайти без предупреждения и удивить тебя.

— Да уж. Но я очень рада тебя видеть.

Бабушка с неодобрением выгнула бровь, заметив Вэйна:

— А Вы?

— Вэйн Катталакис.

Она оглянулась на Саншайн:

— Где этот Тэлон, о котором рассказывала твоя мать?

— Он придет попозже, бабушка.

Она кивнула, достала небольшой медальон из-под блузки и надела его на шею Саншайн.

— Что это?

Бабушка поправила его так, чтобы он был виден любому.

— Держи его поближе к сердцу, малышка. Если тот человек придет еще раз, пусть видит, кто защищает тебя.

— Какой человек? — переспросила Саншайн, уверенная, что бабушка не знает о похищении.

Но она знала.

— Я знаю, что случилось, Санни. И ты это понимаешь.

Черт возьми. Ее бабушка обладала какими-то сверхъестественными силами.

— Не думаю, что твое ожерелье испугает его, бабуля.

— Ты была бы удивлена. Но даже если нет, тогда он заслуживает всего того, что получает. — Бабушка ласково погладила ее по плечу и обернулась к Селене. — Вы практиковали те упражнения, которые я показала вам, миссис Лоренс?

— Да, мэм. Я чувствую, что мои силы растут с каждым днем.

— Хорошо. А сейчас мне лучше вернуться к Старле. Если этот вонючий ублюдок окажется рядом с моей деткой…

— Бабушка! — удивленно выдохнула Саншайн.

Она никогда не слышала, чтобы бабушка употребляла такие выражения.

— Он такой и есть, если накормил мою внучку такой гадостью. Я сварю эту бородавку в масле и скормлю его голову волкам.

Вэйн почувствовал приступ удушья:

— Вы знаете, на самом деле волки не любят головы. Мясо — да, но головы жестковаты для челюстей. Не говоря о том, что, черепа застревают между зубами.

Бабушка испепеляющее посмотрела на него:

— Ты дерзишь мне, мальчик?

— Да.

— Юноша, — надменно произнесла пожилая женщина, — разве мама не научила тебя хорошим манерам?

— Моя мама научила меня только одной вещи, и клянусь, это были не манеры.

— Я вижу. Но у тебя еще будет хороший урок, чтобы научиться.

— И какой?

— Однажды ты окажешься перед необходимостью довериться другому, и совсем не сестре и брату.

Лицо Вэйна окаменело и взгляд стал диким и жестоким.

— Что вы знаете о них?

— Больше, чем тебе хотелось бы. У тебя трудный путь, Вэйн Катталакис. И мне жаль, что я не могу облегчить его. Ты должен пройти эту дорогу один. Только помни, что ты гораздо сильнее, чем думаешь сам.

— Поверьте, леди, моя сила — это вещь, относительно которой я никогда не сомневаюсь.

Та улыбнулась.

— Именно эту удивительную ложь мы всегда говорим другим людям, не так ли?

Женщина повернулась к нему спиной.

— Селена, Саншайн. Будьте обе осторожны. И Саншайн, когда наступит вечер, следуй за своим сердцем. Послушайся моего совета, он не подведет тебя.

— О'кей, бабуль.

Бабушка поцеловала ее в щеку и направилась в направлении улицы Святой Анны.

Когда она исчезла из поля зрения, Саншайн обернулась к Вэйну. Он выглядел взволнованным.

— Мне жаль. Она проделывает это с большинством людей. Я имею ввиду, говорит то, что

приходит в голову.

Вэйн промолчал. Вместо этого, он скрестил руки на груди и оперся спиной на чугунную изгородь, окружавшую площадь.

Саншайн закончила устанавливать стенд и проверила часы. Оставалось немного времени до прихода Камерона, поэтому она достала альбом и начала в нем что-то машинально черкать.

Прежде чем она поняла это на листе появилось изображение человека, похитившего ее.

Вэйн взглянул на рисунок.

— Проклятие, отличное сходство.

Саншайн застыла:

— Ты знаешь этого парня?

— Ну, да. Конечно, знаю. И Тэлон тоже. Вероятно, и Селена знает его.

— Селена, — она подошла к подруге, — ты знаешь, кто это?

— Конечно. Это — Ашерон.

— Кто такой Ашерон? — спросила она.

Все вокруг нее упоминали это имя, а она до сих пор понятия не имела, кто это.

— Это босс Тэлона. Лучше не объяснишь, — ответил Вэйн.

— Зачем боссу Тэлона похищать меня? Чтобы удержать подальше от него?

Вэйн рассмеялся.

— Не его стиль. Если бы Эш хотел этого, ему стоило только показать в твою сторону, и ты обделалась бы от страха. Кроме того, он возглавил операцию по твоему спасению.

Хорошо, приятно было это узнать.

Только почему он выглядел как ее похититель?

Она нахмурилась еще больше.

— Он был там, когда Тэлон забрал меня у Камулуса?

— Да. И я тоже был там. Разве ты не помнишь?

Саншайн потрясла головой. Она помнила только Тэлона.

— Как хорошо ты знаешь Тэлона и Ашерона? — спросила она Вэйна.

Он пожал плечами.

— С Тэлоном я только что познакомился, а наши с Ашероном пути пересеклись век или два назад.

— Ты тоже бессмертен?

Он отрицательно покачал головой.

— Мы живем намного дольше людей.

— И как долго?

— Около тысячи лет плюс-минус столетие или два.

Ничего себе. Долгая жизнь.

Саншайн не могла представить, на что может быть это похоже — иметь столько времени, чтобы планировать свое будущее. Что-то внутри подсказывало, что долгая жизнь может быть как благословением, так и проклятием, особенно, если ты живешь один.

Она наблюдала за Вэйном, пока тот оглядывал толпу вокруг них. Эти глаза цвета зеленого орешника, казалось, охватывали все.

— Почему ты так открыто обсуждаешь это, а Тэлон не может ничего рассказать мне?

Он пожал плечами:

— Я не клялся хранить тайну. Кроме того, за последние несколько дней ты видела достаточно сверхъестественного дерьма, так что знание обо мне — наименьшая проблема. И потом, допустим, ты отважишься рассказать, что на самом деле я волк, претендующий быть человеком.

Он замолк и дьявольски усмехнулся.

— Я в два раза больше собаки, скажешь ты, — медленно произнес Вэйн. — И это, моя дорогая, поможет тебе оказаться запертой в резиновой комнате[64].

Она нисколько в этом не сомневалась. Это объясняло, почему он чувствовал такую свободу, говоря о своих «особенностях».

— Ты и правда — волк?

Он кивнул.

— Тогда как ты можешь становиться человеком?

— У нас другая порода, отличная от людей. Моя раса была создана около девяти тысяч лет назад, когда мой дед решил сохранить жизнь своим сыновьям, при помощи магии соединив их ДНК с несколькими отобранными животными. Вот так мы и произошли. Один сын произвел двух полукровок — одного с сердцем человека, другого с сердцем животного. Мой род идет от линии животного.