Кейт Тирнан - Вечная жизнь

Рейна я впервые увидела только за ужином. Он вошел в дверь кухни, держа в руках тяжелую супницу. Все мои чувства мгновенно обострились, я впилась в него глазами, почти ожидая увидеть Рейна длинноволосым, с раскрашенным лицом, в крови.

Он тоже увидел меня, и стиснул зубы. Я представила себе, как он стоит, парализованный ужасом, глядя на огонь, пожирающий его семью и дружину.

Мы помрачнели и отвели глаза, чтобы не смотреть друг на друга. Но вот что интересно — когда я подняла голову, чтобы взять хлеб, то поймала на себе пристальный взгляд Нелл, похожий на два синих лазерных луча. Я не стала обращать на нее внимания.

Рейн сел так, чтобы я не могла его видеть, и за весь ужин не сказал ни слова.

После ужина Анна встала и объявила:

— Я бы хотела поработать с некоторыми из вас, мы будем изучать камни и кристаллы. Рейчел?

— Я с радостью! — отозвалась Рейчел.

— Чарльз?

— Отлично, спасибо, — ответил Чарльз, относя тарелку на столик с грязной посудой.

— Рейн? — вызвала Анна. — И Настасья.

Молчание.

Мы оба ждали, кто первым откажется. И ждали. И жда-а-а-а-а-али.

— Хорошо, — сказала Анна. — Увидимся в оранжерее через десять минут.

— Можно я тоже пойду? — с излишней готовностью воскликнула Нелл. — Я ужасно хочу побольше поработать с камнями.

На миг Анна заколебалась, но потом кивнула:

— Да, конечно.

Нелл просияла.

Я хмуро посмотрела на Ривер. Она ответила мне сочувственным взглядом, однако я видела, что она не хочет, чтобы я отказалась. Тогда я встала и понесла свою тарелку на кухню.

— Ты не концентрируешься, — голос Анны был терпелив. Слишком терпелив.

Я открыла глаза. Я сидела в одном классе с человеком, семья которого погубила мою семью. С человеком, чья семья была убита моей семьей. Мы сидели в одном классе, пытаясь установить связь с камнями.

Разумеется, я села как можно дальше от Рейна. Зато Нелл приклеилась к нему, как липучка. Я до сих пор не могла поверить в то, кто он такой и какую роль сыграл в моей жизни. Все воспоминания и страхи, которые я четыреста лет пыталась спрятать на самом дне памяти, теперь сидели в трех шагах от меня, так сказать, во всей красе. Это было все равно, что лицом к лицу столкнуться с чудовищем из-под кровати, только в тысячу раз страшнее.

Вот кто он такой, этот Рейн: чудовище. Монстр. Этим вечером мой самый страшный кошмар был одет в джинсы и темно-зеленую клетчатую фланелевую рубашку, и пахло от него стиральным порошком и свежим осенним воздухом.

Мы сидели в ряд за длинным столом. Анна выложила на стол черный бархатный мешочек с различными камнями и кристаллами, и мы должны были по очереди, закрыв глаза, запустить руку в мешок и вытащить камень, который, как нам покажется, хочет быть с нами. Да-да, вы не ослышались. Задание звучало именно так. С камнями устанавливается еще более личная связь, чем с металлами, поскольку от того, какой камень ты выбираешь, зависит то, какая магия у тебя получится.

Первым был Чарльз, и он вытащил тигровый глаз (то есть, был избран тигровым глазом).

— О, да! — воскликнул он. — В этом сезоне тигровый глаз снова на пике моды.

Быстро тускнеющий вечерний свет играл на его рыжих волосах, зеленые глаза насмешливо сверкали. Он что-то записал в своей тетрадке в кожаном переплете, и я заметила, что почерк у него очень аккуратный, с легким наклоном вправо.

Рейчел вынула аметист, глубокий фиолетовый цвет которого прекрасно подходил к ее оливковой коже и черным волосам. Даже не улыбнувшись, Рейчел вообще очень редко улыбалась, она положила камень на ладонь и стала внимательно его разглядывать.

— Рейн? Твоя очередь. Освободи свой разум и сконцентрируйся, одновременно, — Анна поднесла ему открытый мешочек.

Сильная ручища Рейна оказалась такой здоровенной, что с трудом пролезла в узкое отверстие мешка. Вот этими самыми длинными пальцами он вчера залез под мой свитер. И этими же руками он ломал дверь в кабинет моего отца, чтобы его ватага могла перебить всех живых в замке.

Оба моих мира, прошлый и настоящий, со страшной силой столкнулись между собой, а я должна была сидеть за столом, сохраняя на лице маску безразличия.

Время шло. Мы все ждали. Рейн закрыл глаза, поэтому я могла бы без помех смотреть на него, пытаясь отыскать в его лице следы былой кровожадности и вчерашнего желания. Но я смотрела в сторону.

Медленно он вытащил из мешка кулак и разжал его. На его ладони лежал темно-зеленый камень с красными искорками внутри.

— Гелиотроп. Иногда его еще называют «кровавик», — сказала Анна, а я подумала: «Подходящий он выбрал себе камушек». — Каковы свойства этого камня? Кто вспомнит?

— Он побуждает... честность, — сказал Рейн, и я вдруг впервые подумала о том, что Нелл до сих пор верит, будто ему двести шестьдесят семь лет. Она ничего о нем не знает, а я знаю. — Цельность. Успокаивает тревоги. Считается, что если приложить гелиотроп к ране, он остановит кровотечение. В старину воины носили амулеты из гелиотропа, чтобы останавливать кровь в бою. — Голос его звучал задумчиво, словно издалека, и он медленно вертел камень в пальцах.

— Очень хорошо, — похвалила Анна. — Настасья? Твоя очередь. — Она протянула мне мешок.

Я сунула руку внутрь и прислушалась к себе. Камень. Камень. Опять камень. Кристалл. Кажется, снова камень. Или кристалл? Да фиг их разберет. Я схватила первый попавшийся камень и вытащила его наружу — необработанный изумруд, формой и цветом напоминающий миндальный орех в кожуре.

— Нет, это не то, — тихо, но строго сказала Анна.

Я посмотрела на нее. Она-то откуда знает?

— Закрой глаза, сосредоточься, сконцентрируйся, — велела Анна. — Это должен быть камень, который ждет именно тебя. Он хочет быть с тобой. Попробуй еще раз.

Пристыженная, я зажмурилась и постаралась очистить сознание от всех мыслей. Глупость полнейшая — как можно прогнать из головы все мысли, если мне нужно думать о камнях и кристаллах? Так, ладно, начнем все сначала — камешек, камешек, камешек, иди к мамочке...

Я бы с удовольствием вытащила из мешка еще один камень на удачу, но мне не хотелось, чтобы Анна снова заставила меня все переделывать. Кстати, как она узнала? И как я должна узнать? Как мне надоела вся эта колдовская чепуха...

Внезапно я почувствовала вибрации. Слабые, еле заметные вибрации под пальцами, нащупавшими что-то интересное. Для проверки я потрогала соседний камень — он был гладкий, холодный и абсолютно неживой. Вернувшись назад, я снова почувствовала, как камень едва заметно дрожит под моим прикосновением. Может, это Анна что-то замутила? Розыгрыш какой-нибудь?