Дикие надежды - Энжи Собран

И пусть Меррит точно знала, что Дагьер не станет настаивать, ее очень пугала собственная реакция на него и та боль неотвратимости, что разливалась в душе.

— Ты магичила? — окликнул ее спустя несколько минут гнетущей тишины Сейл.

— Нет.

— Ты магичила. — Вершитель догнал ее и взяв за плечи повернул лицом к себе. По телу разлилось предательское тепло.

— Нет, — упрямо буркнула сосредоточенная на том, чтобы скрыть свою реакцию на этого невыносимого мужчину Меррит. — Это Мерт.

— Спрайты приходят лишь за теми, чья магия им нравится.

Она молчала. Не хотела отвечать. Да и не была бы уверена, что смогла б.

— Прости. Я должен был попробовать. Иначе у нас никаких шансов, — от его тихого голоса полного вины, что-то внутри Меррит сжалось, затрепетало и оборвалось с гулким ухом.

— Разве мужчины не сами решают на ком им женится? — встретилась с его проникновенным взглядом Меррит.

— Только приеры.

— Но ты…

— Я должен подчиниться воле императора.

— Расскажи мне все, — попросила Меррит, смиряясь с необратимостью происходящего. Если она забыла про навязанного мужа, это не значит, что и остальные могут решиться забыть про обязанности.

— Ты слышала предсказание о том, что только старая кровь может спасти наш мир? — издалека начал Вершитель.

Меррит кивнула.

— Тормуд загорелся этой идей давно, но приступить к ее осуществлению смог лишь несколько десятилетий спустя.

— Приеры, — поморщилась Меррит.

— Да приеры. Каждый из тех лордов, в чьих венах текла кровь Изначальных (а надо сказать, среди аристократов их безусловное большинство) должен был обеспечить рождение ребенка с кровью приеров.

Меррит кивнула — эту часть истории она знала.

— Но лорды не хотели видеть своими наследниками приеров. И поэтому, чтобы они не взбунтовались, император ограничил все одной ночью.

— Придурок, — вынесла вердикт Меррит, чувствуя, как тело холодит леденящая дрожь — отголосок чувств девушки- приерки, вынужденной провести свою первую ночь с незнакомцем.

Сейл кивнул, соглашаясь:

— Да это было довольно глупое решение и рискованное. Но цель у него была благородная?

— Благородная? — взвилась Меррит. — Что благородного в том, чтобы спасать мир ценой счастья сотен-тысяч других людей?

— Легче пожертвовать одним, чем потерять всех. У всего есть цена, Ди.

Она отвернулась, не желая больше обсуждать императора. Слава Безликому в ее жизнь этот старый иржист, а другого приличного слова девушка просто не могла подобрать, не вмешивается.

Снова повисла тишина. Лишь шорох камешков под ногами. И гулкое эхо их слов громом, разлетающееся в белесой дымке.

— Это он приказал тебе жениться на Рейвен, — подвела итог разговору Меррит. — Почему именно тебе?

— Во мне сильнее всех кровь Изначальных. Только Коул может соперничать. Но у него уже есть какая-то история с браком.

Меррит поморщилась, слышать это невольное подтверждение из уст Дагьера было невыносимо.

— Коул? Расскажи мне про него.

— Да нечего рассказывать. Он тоже Вершитель. Только недавно вернулся из столицы.

— Он когда-нибудь был в Бердене? — осведомилась Меррит.

— В Бердене? Почему тебя это интересует? А впрочем неважно. Нет из всех приеров Риас-Аш-Ана в Бердене был только я. Это тебя успокаивает?

— Нет, — Меррит растерянно мотнула головой. Как же так? Она украдкой бросила взгляд на шагающего рядом Сейла. Может это быть правдой? Но тогда Коул? Она снова мотнула головой, не в силах справится со всеми этими сведениями.

«Безликий, помоги!» — мысленно взмолилась она и ей почудился смех в ответ.

Она обернулась. Все та же белесая дымка вокруг. И пусть она стала немного реже, растаяла в свете двух лун, позволяя видеть тени холмов и деревьев, но все равно оставляла желать лучшего.

— Заночуем здесь, — бросил Дагьер, останавливаясь возле невысоких деревьев. — Нам не стоит выходить из серой зоны обессиленными.

Меррит лишь кивнула. Вдумываться в брошенные им слова не было сил. И едва ее спина, коснулась приготовленного из сухого валежника места ночлега, она провалилась в сон. Тревожный. Беспокойный. Неминуемый.

И уже не слышала, как обнял ее крепче мужчина, кутая в свой плащ, прижал к себе, как убрал, волосы с ее лица, как прильнул губами в быстром поцелуе, наслаждаясь ароматом ее волос.

— Спи, моя Ди… Завтра будет трудный день. Если бы я только мог все изменить.

Голос его сорвался, дрогнул. Лазурный взгляд устремился в безоблачную даль. Если бы он мог хоть что-то изменить, первое, что сделал бы Сейл, это покончил с навязанной помолвкой. Дагьер вздохнул, вновь вжимая губы в макушку.

— Если бы я только мог…

Глава 29

— Что ты там высматриваешь?

Вершитель остановился, позволяя Меррит догнать себя.

— Воду, еду, — пробормотала девушка.

И как только заметил? Ведь с утра доброго слова не сказал, разбудил, нахмурено кинул короткое «идем» и на этом все. Ни улыбки, ни ласкового взгляда. Холодное равнодушие на лице.

Первые пару часов Меррит сверлила взглядом темный затылок, придирчиво провожала широкую спину. А потом разозлилась на себя и принялась вертеть головой по сторонам в безнадежной попытке найти хоть что-то цепляющее взгляд.

— Ты проголодалась?

— Нет, — с удивлением осознала Меррит.

— Хочешь пить? — заглянул ей в глаза Дагьер.

Меррит качнула головой.

— Призрак куда-то запропастился.

Мантикор оставался с ними весь вчерашний день, но сразу после пробуждения Меррит просто исчез из виду, растворившись в белой дымке.

— На охоту убежал. Ему тяжело тут.

Девушка кивнула. Хотя от такого объяснения вопросов меньше не стало. Только больше. Например, почему есть или пить она не хочет, а ноги гудят от усталости, будто она пробиралась по вязкому болоту.

— В эпицентре бурь очень много магической энергии. Она давит, гнетет, уничтожая все живое. Если бы мантикор и дальше оставался с нами, уже скоро нам бы пришлось его нести.

— А как же мы?

— Изначальным это не вредит. Они дети этого