Хранить ее Душу - Опал Рейн

которая дарила ему надежду своей силой и своим желанием.

Мне не следовало уходить!

— Да, я уже как бы это поняла, — она указала рукой на притихшего Мавку. — Я тренировалась с мечом, когда он подошел поговорить. И пока мы болтали, меня сцапал летучий урод. Я бы в любом случае была на улице, и меня бы унесли, если бы не он. Ты должен его благодарить, а не калечить.

Её нижняя губа выпятилась еще сильнее в капризном жесте. Он достаточно ослабил хватку, но всё еще продолжал удерживать его.

— Это правда? — спросил он его.

— Да.

Орфей осмотрел его раны — те, что были старше, были нанесенны им самим. Затем его взгляд упал на Демонов, которые настойчиво звали Рею, как кусок мяса, шипя и завывая. Он остался, чтобы исцелиться. Орфей снова окинул его взглядом. Это случилось всего несколько часов назад.

— Орфей… — произнесла Рея тоном, полным сурового предупреждения, которого он никогда от неё не слышал. — Если ты причинишь ему еще больше вреда, я очень на тебя обижусь. Я тебя не прощу.

С рычанием он резко отшвырнул его, услышав её слова, и смотрел, как тот рухнул на землю от внезапного толчка. Периферия его зрения всё еще была алой. Он притянул её ближе, обхватывая руками, чтобы удержать и защитить на случай, если Мавка решит отомстить Орфею, навредив Рее.

— Не обижайся на меня, — взмолился он. — Видишь? Я отпустил его.

Он не знал, что будет, если она на него обидится, но понимал — ничего хорошего. Она позволяет мне касаться её. Она может перестать. Это причинило бы ему боль.

— Почему ты на улице с ним, когда он ранен? Ты же видела меня, когда я ранен.

Они пытались атаковать всё, что находилось в непосредственной близости.

— Когда это случилось, я была под защитой дома, как и обещала на случай опасности.

Красный свет вспыхнул ярче, и он прижал её к себе еще крепче, наблюдая, как Мавка слабо поднимается на ноги.

— Так он пытался?!

Она снова потянулась и обхватила его морду ладонями, словно её хрупкого тела было достаточно, чтобы удержать его.

— Но сейчас я в безопасности, верно?

Он раздраженно фыркнул, а затем издал короткое рычание, когда она развернулась в его руках лицом к Мавке и попыталась подойти к нему ближе. Орфей удержал её.

— Ты в порядке?

Тот прорычал что-то свое, прежде чем фыркнуть.

— Нормально. Я буду в норме.

Его белые сферы сверкнули красным в сторону Орфея, прежде чем снова стать зелеными. Орфей позволил своим глазам вернуть естественный синий цвет, хотя всё еще не сводил с него настороженного взгляда. Оба начали возвращаться из своих монструозных форм в первоначальные.

— Я принесу бинты, чтобы помочь тебе. — Она начала высвобождаться из его объятий. Послышался её тихий смешок; она пробормотала: — Такими темпами у меня скоро платья закончатся.

— Тебе не нужно его перевязывать, — отрезал Орфей. Мысль о том, что она будет касаться другого, была ему омерзительна.

— Конечно, нужно. — Она покачала головой, и её прелестные волосы рассыпались по плечам. У него возникло дикое желание пригладить их, чтобы другой Мавка не мог ими любоваться, как он сам. — Раз уж ты его ранил, мы должны позаботиться о его ранах.

— Но он сам исцелится.

Орфею на самом деле никогда не требовалась её помощь. Он бы залечил все свои раны в течение суток в любом случае.

— Если я остановлю кровотечение, он поправится быстрее.

Она нахмурилась, глядя на него, и он почувствовал, что снова её расстраивает. Орфею стоило бы объяснить ей, что хотя кровотечение и прекратится, Мавка остается раненым ровно сутки с момента получения травмы, а затем всё исцеляется мгновенно в течение минуты. Это было и благословением, и проклятием.

Он подавил раздраженный вздох и отпустил её, глядя, как она уходит в дом. Затем он резко повернулся к Мавке.

— Ты знал, что меня нет, и всё же остался, чтобы поговорить с ней.

— Почему я не могу говорить с твоим человеком? — Тот в замешательстве склонил голову. — Я не замышляю зла.

— Потому что она моя!

Она была его человеком: чтобы говорить с ней, смотреть на неё, касаться. Никому больше не позволялось владеть ей, особенно другому представителю его вида.

Странник поднял руку и постучал когтем по морде.

— Она не твоя невеста, но она твоя? Я не понимаю.

Впервые с момента прибытия Реи глаза Орфея вспыхнули ярко-зеленым. В его груди зародилось предупреждающее рычание, пылающее собственничеством и злобой.

Её легкие шаги зазвучали на земле, и он повернул голову, наблюдая за её приближением.

— Можешь сесть? — спросила она Мавку, держа в руках полоски разорванной ткани. — Так мне будет проще до тебя дотянуться.

Он тут же исполнил просьбу, ведя себя как дрессированный пес, и подогнул ноги. Когти Орфея впились в ладони, когда тот обнюхал её, пока она обматывала тканью его шею, плечи и грудь — на нем не было одежды.

Она касается другого. Зеленый цвет потемнел, превращаясь в иную эмоцию; ту, которую он не испытывал уже невероятно долго, и которая жгла горло, словно кислота.

По гудению, которое издавал Странник, глядя на Орфея, было ясно: он доволен тем, как близко она к нему находится, касаясь его и обрабатывая раны. Он прекрасно понимал, как сильно это не нравится Орфею.

— Наш череп можно расколоть, Мавка, — пригрозил он со злобой. — Она сказала, что расстроится, если ты убьешь меня.

Рея повернула голову и с хмурым видом оглянулась через плечо, явно не понимая, в какую игру он играет с Орфеем.

— Ты ему угрожаешь?

Он, не стесняясь, ответил:

— Да.

— Ну так перестань. Я делаю это только потому, что ты меня не слушал и ранил его.

Желтый свет радости вспыхнул в сферах Мавки, когда Орфей издал побежденное ворчание. Я хочу раздавить его. Это будет так приятно. Разбить на миллионы крошечных осколков.

Когда она закончила, в его голове вспыхнула идея.

— Рея, — позвал он, чтобы привлечь её внимание.

— Хм? — она обернулась к нему, уперев руки в бока и глядя недовольно.

— Я тоже ранен.

— Что? Где? — Рея сразу подошла ближе, ладонями ощупывая его, проверяя, нет ли ран. Эта мгновенная забота приятно кольнула его внутри. — Я думала, он тебя не задел.

— Эти не от него. — он показал ей голые руки; перчатки он больше не носил — раз Рея принимала его таким, какой он есть, скрываться было незачем. — Я получил их, добывая тебе мёд.

— Ох… тебя покусали пчёлы? — она провела большими пальцами по его ладоням, нащупывая крошечные жала, застрявшие