На пороге неба Часть Первая - Елена Федоровна Янук

на сеновал и уютно свернувшуюся тебя под бок! Очень хочу!

— Чего?! — сдавленно пискнула я, сглотнув и подавившись глотком воздуха. Глаза от шока выпучились как у рыбы. Пытаясь прийти в себя, я все-таки резко вынула из волос артефакт-приколку, блокировавшую драконью магию.

Он громко рассмеялся, но звучало это невесело, скорее надрывно.

— Как быстро покраснела! Забавно, в такой крошечной голове такие пошлые мысли. Я хочу на неделю на сеновал, чтобы меня никто не тревожил. И тебя рядом, чтобы выспаться!

Не знаю, возможно ли выразить удивление сильнее, но мои брови поднялись еще выше.

Я выдохнула и иронически отозвалась:

— Вот как… Простите меня, пошлую, учитель! — Я насмешливо поклонилась. — Но у меня немного другие планы, и лежание на сеновале в них не входит. Еще раз прошу прощения, что испортила ваши планы!

Одним жестом растворив гору, я отрясла с себя пыль и, не поворачиваясь к Арминелю, направилась к академии.

— Недотрога… занята она… — проворчал эльф, сзади. — Знал же, что напрямую не выйдет… — уже тише, словно себе пробормотал он.

Мне хотелось резко ему ответить, но я сдержалась, стиснув кулаки. Кажется, мы говорим на разных языках. Мне его точно не понять. Но словно ему не хватило развлечений на вечер, Арминель догнал меня и схватил за руку:

— … да стой же, неугомонная!

На его лице отразилось сожаление.

Я остановилась, выдернула у него свою руку. Минуту в полном замешательстве разглядывала его, потом поджала нижнюю губу.

— Считай это неудавшейся шуткой с моей стороны. Хорошо?

Чтобы не сообщить всем, что думаю о нем и его тупых шутках, а мы стояли довольно близко от ворот академии, где находились стражи, я крепко закрыла рот и подняла на него глаза.

— Я не хочу с тобой ссориться… — в промежутках между словами эльфа слышалось глубокое прерывистое дыхание. Он действительно волнуется? Или это после пробежки?

Впрочем, меня это волновать не должно!

— О, теперь мне гораздо легче, господин Арминель. И понятней! — Я уже не скрывала раздражения, мой голос был пронизан сарказмом.

Уголки губ боевого мага слегка дрогнули в сардонической улыбке, и он отвесил легкий поклон.

— Рад, что повеселил, ученица Айонель.

Я сдержанно улыбнулась в ответ:

— Э… вот и хорошо! Спасибо за прогулку и угощение, приятно расставаться довольными друг другом.

Мы повторно раскланялись и разошлись. Я мысленно шокировано покачала головой, сумасшествие какое-то!

Вообще, что это было?!

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

Твердость характера заставляет людей сопротивляться любви, но в то же время она сообщает этому чувству пылкость и длительность; люди слабые, напротив, легко загораются страстью, но почти никогда не отдаются ей с головой.

Франсуа де Ларошфуко

Айонель

Раннее утро.

Сладко потянувшись, я сползла с кровати и подошла к окну. Сплошной стеной лил дождь. Осень активно стирала краски лета, только густым кронам гигантских сосен, высаженным по периметру забора академии, все было нипочем.

— Умываетесь, хитренькие, — вздохнула я, наблюдая, как красиво стекают по зеленым иголкам холодные капли, — а мне на свет белый смотреть противно…

— Это из-за дождя-то? Было бы о чем переживать, зима не за горами… — позади меня усмехнулась Чериэль, захлопывая дверь.

Я радостно обернулась:

— О, ты пришла! А я и не услышала…

В ее руках был поднос, на котором дымился чайник. Она радостно сообщила:

— Где я сегодня только не была! Даже на рынке выпечку выбирала, вас ведь не выпускают, бедненьких…

На рынке? Но тут меня осенило:

— Слушай… а вас проверяют на выходе?

Она удивленно покачала головой, аккуратно раскладывая плюшки с начинкой по расписанному красными цветами блюду.

Я запрыгала от радости:

— Чери… а ты можешь достать мне такую же пелеринку? Хочу выглядеть как служанка!

Размышляя, на миг она зависла над блюдом с очередной плюшкой в руке, потом отозвалась:

— Пелеринку? Могу, конечно, а если вдруг это откроется, тогда ты скажешь, что идея была твоя.

Я расхохоталась:

— …а ты вообще ничего не знаешь! Отлично, так и сделаем! Когда мы сможем отсюда сбежать?

— Ну… тогда сегодня вечером. Я покажу тебе, где выход для персонала, и вручу свою старую форму, — торжественно пообещала Чери.

Да здравствует свобода!

— Как хорошо, спасибо тебе, Чериэльчик! — ликовала я, пытаясь ее в благодарность поцеловать. Та, теребя край тонкого кружевного фартука, смущенно отступала:

— Да ладно тебе, мелочь такая! Садись лучше чай пить. Через полчаса уроки начнутся.

— Спасибо-спасибо-спасибо… — радостно пела я. Получить почти нормальную возможность выхода из академии — это многого стоило! А еще сегодня у меня новая дисциплина «Минералогия», после вчерашнего «ужина с боевым магом» мне резко захотелось заняться более мирным предметом. Я первым делом зашла к секретарю и разбавила «Минералогией» занятия «Боевой магии».

Все оттого, что меня очень смущали вчерашние события, и видеться с Арминелем вовсе не хотелось.

Да и сама дел натворила. Папа просил драконьей магией не пользоваться. Это опасно демонстрировать всем, кто есть кто на самом деле, а я то и дело хваталась за блокирующий артефакт и теперь чувствовала себя глупой и виноватой.

Пристроившись на край стула — некогда рассиживаться! — я схватила плюшку и придвинула к себе чай. Чериэль уселась рядом и с гордым видом скрестила руки на груди.

— И куда мы пойдем?

Ей явно понравилось мое предложение.

— Куда скажешь… — с полным ртом отозвалась я, торопливо сглотнув кусок плюшки.

— И не скажешь, что девушка из хорошей семьи… — наблюдая за мной, насмешливо отозвалась служанка.

— Семья-то хорошая… а вот девушка, видимо, не очень! — рассмеялась я, покончив с приторной плюшкой. — Все, больше не хочу!

Быстро натянула на себя легкое шелковое платье серого цвета. И помчалась на Минералогию, радуясь, что там все занятия теоретические и на улицу под дождь выходить не надо.

Войдя в кабинет, осмотрелась. Девушки сидели все новые, незнакомые. С ними я еще не встречалась.

Сама аудитория ничем не выделялась, они все тут одинаковые: на светлых деревянных стенах в изящных рамках висели цветочные или растительные зарисовки. Посередине стоял стол учителя, дальше шли приставленные к нему и друг к другу (буквой Т) ученические столы. Вдоль стен были расположены диваны. Если урок состоял из пояснений, его слушали на диванах, если что-то записывали, то за столом.

Я весело поприветствовала присутствующих и села на