Керрелин Спаркс - Вампиры в большом городе

— Я знала, — принцесса Джоанна удовлетворенно закивала головой, — Он — вампир.

Дарси вжалась в свой стул. Что Остин творил? Ему надо было покинуть шоу, он сказал ей, что сделает это. Внезапно она поняла. Он собирался остаться, он хотел еще одну ночь. С ней.

Остин опустил кушетку на пол:

— Что-нибудь еще?

— Нет, улыбнулась мария Консуэла, — Это было великолепно. Gracias.

Остин вышел из комнаты. Черт возьми. Дарси заскрипела зубами. Как он смог это провернуть?

— Последний конкурсант, — объявил Грегори, — Отто из Дюссельдорфа.

Слава Богу. Дарси надеялась, что этот мужик Отто покрутит стол на пальце, как баскетбольный мяч.

Если кто-то и смог бы побороть Остина, то только он.

— Йа, Отто приходить. — Он прошелся по комнате и попозировал перед камерами. Материал его пиджака натянулся, обтягивая его мускулы. — Ах. Отто должен снять пиджак, а то он порватьься на маленький кусочки.

Он состроил глазки в камеру, пока снимал пиджак.

— Йа, дамы любить большой мускул.

— О, Боже, — Мария Консуэла упала в кресло, — вы такой сильный.

— Йа, хотеть видеть, какой я сильный? — он обошел ее кресло, — Отто поднять тебя высоко ф фоздух.

— Святая Мария, — Мария Консуэла сжала подлокотники, — Вы уверены?

— Йа. Не бояться. Вы легкий как перо, — Отто схватил кресло за подлокотники и резко выпрямился, заставив Марию Консуэлу завизжать от страха.

— Видеть? Это легко, — он начал опускать кресло, когда вдруг взвизгнул, — Аааа! — кресло накренилось, и Мария Консуэло выпала из него на пол. Ее крик прекратился, когда кресло свалилось ей на голову.

— Ааааа! — продолжал кричать Отто, — Я сломать ноготь! Ноготь вывернуться!

Грегори кинулся вперед и снял с Марии Консуэлы кресло:

— Ты в порядке?

— Нет! — она встала на ноги и уставилась на Отто, — Ты, неуклюжий дурак! Меня так не оскорбляли со времен испанской инквизиции!

— Но Отто больно, — Отто взял больной палей в рот и начал его сосать.

Глаз у Дарси стал дергаться. Невероятное случилось.

Отто из Дюссельдорфа провалил тест на силу и выносливость.

Трусиха. Она избегала его. Остин стоял на лестнице, наблюдая, как в фойе входили дамы. Дарси нигде не было видно.

Грегори вышел в центр фойе:

— Добро пожаловать на еще одну церемонию с орхидеями на шоу Самый сексуальный мужчина на Земле. Сегодня нас покинут двое мужчин, останутся тоже двое. Эти двое будут сражаться за титул и приз в ПЯТЬ миллионов долларов!

Операторы поспешили заснять выражения лиц всех присутствующих. Мария Консуэла присоединилась к Грегори в центре, а ее руках было два черных цветка.

— Ты готова? — спросил Грегори. Когда она кивнула, он продолжил. — Кто нас покинет? Мы узнаем это совсем скоро, но сначала несколько слов о нашем спонсоре «Смешанной Кухни от Роматек». — он сделал паузу, потом начал говорить снова, — Мы вернулись на наше шоу. И Мария Консуэла готова вручить черные орхидеи.

Та кивнула:

— Первый цветок для Гарта из Колорадо.

— Это было понятно, — проворчал Гаррет. Он спустился по лестнице и взял цветок, потом поднялся обратно и всат рядом с Остином, — Думаю, ты следующий, — прошептал он другу.

Остин задержал дыхание.

— Вторая орхидея предназначена для Отто из Дюссельдорфа, — Мария Консуэла со злостью наблюдала за немецким вампиром, пока тот спускался по лестнице.

Когда Остин вернулся на лестницу, он окинул взглядом Роберто и Остина, его массивные плечи опустились:

— Дас ист ужасно. Отто победили два женский мужчины.

— Пошли, — Остин направился в восточное крыло с Гарретом. Пока Гаррет брал свои сумки, Остин прошел в свою комнату, чтобы понаблюдать за происходящим в портретной комнате.

Дамы вскрикнули, когда фонарик высветил клыки на портрете Отто, затем облегченно вздохнули, когда узнали, что Гаррет был смертным.

— Мы сделали это! — произнесла одна из них. — Мы избавились от последнего смертного!

Остин вздрогнул. Дарси наверное была в ярости. Он должен был убедить ее, что не произошло ничего страшного. Он все еще мог проиграть Роберто в финальном раунде.

Он проводил Гаррета вниз и помог закинуть его багаж в лимузин. Отто уже был внутри и тихо ворчал себе под нос. Лимузин уехал. Остин сразу направился прямо на крышу к домику у бассейна. Он постучал. Нет ответа. Он нажал на дверь. Она не была закрыта, поэтому он вошел.

— Дарси, ты здесь? — главная комната была пуста. Спальня тоже. Он вернулся на кухню и налил себе холодной воды в стакан. Затем прошел к дивану и креслам, где поставил стакан на кофейный столик. Там уже было три пустых стакана и почти пустая бутылка. Он поднял бутылку и принюхался. Опачки! Он увидел перевернутое кресло. Итак, Дарси напилась после того, как отвергла его. Он медленно улыбнулся.

Распахнулась входная дверь и Остин обернулся.

Рот у Дарси раскрылся.

— Привет, любимая. — он поднял бутылку. — не хочешь опять напиться?

Ее взгляд метнулся к бутылке:

— Мне вчера было достаточно.

— Странно, — он поставил бутылку, — А мне нет.

Она вздрогнула, потом медленно закрыла дверь.

Остин сел на кушетку:

— Ну и как, помогло?

Она осторожно к нему приблизилась:

— Что помогло?

— Помог ли тебе алкоголь забыть то, что ты любишь меня?

В ее глазах мелькнула боль, она села на край кушетки:

— Ничто не заставит меня забыть это, — лицо ее потемнело, — Еще я помню, что ты пообещал уйти с шоу.

— Я не мог уйти. Пока не поговорю с тобой.

— Прислал бы телеграмму, — в глазах засветилась злость. — Хочешь, чтобы меня уволили? Это произойдет, если ты выиграешь.

— Я не выиграю. Завтра вечером я буду грубым и несносным.

— Съемок не будет ближайшие два дня. Завтра в эфир выйдет второй эпизод шоу. Ты не увидишь меня до пятницы, тогда мы будем снимать финал. И ты должен проиграть.

— Я проиграю, поверь.

— Поверить? Не заставляй меня смеяться, Адам.

— Я никогда не врал тебе о своих чувствах.

Она сузила глаза:

— Как ты это сделал? Как ты смог поднять кушетку одной рукой?

Он уставился на перевернутое кресло. Медленно оно поднялось в воздухе и опустилось на пол в правильном положении.

Дарси посмотрела на кресло, потом на Остина, потом опять на кресло:

— Как?

— Телекинез.

— Боже мой, сколько у тебя силы?

Он пожал плечами:

— Я себя чувствую беспомощным, когда дело касается тебя. Я хочу провести всю жизнь с тобой, а ты выбрасываешь меня так, как будто я пустое место.

— Ты думаешь, мне легко это сделать? — она провела по голове руками, — У меня ужасная головная боль.