Чудеса да и только! - Елена Федоровна Янук

Папа тут вообще не причем! — наблюдая за удивленной реакцией отца на внука, со своего одинокого кресла раздраженно отозвался Андро.

Оль подошла к Иол и, помахав его ладошкой, представила малышу взволнованную бабушку.

— Я всего лишь имела в виду, что папе надо выспаться. Гейб такой же, если не выспался, весь день капризы за капризами, — оправдываясь, отозвалась Ольгерда, наблюдая, как внук и бабушка настороженно знакомятся.

Андро стиснул зубы, но промолчал. В гостиной сгустилось такое напряжение, что я физически ощущал, как оно давит на грудь, затрудняя дыхание. Наблюдая, как между Оль и мужем нарастает конфликт, я с ненавистью смотрел на дракона, который в свою очередь не сводил глаз с их притихшего Гейба, который сидел на руках у мамы.

Иол, словно замороженная, следила со своего кресла за окончательным развалом семьи, даже не пытаясь, остановить снежный ком обид и претензий.

Напряжение нарастало…

— Иол, милая, ты не хочешь нам ничего сказать? — вмешался я, не в состоянии видеть все это.

Все замерли, не сводя глаз с моей сестренки.

— Мне нечего сказать… Перед Андриэлем я виновата, но это был единственный выход в той ситуации. Если бы она повторилась, как бы мне не было больно, я бы все повторила. А сейчас… сейчас мне сказать ему нечего. Я очень виновата, но ему не легче. Ни детства, ни потерянных лет не вернуть.

— А нам с Фиалочкой, после всего произошедшего, насчет Райдера тоже сказать нечего? — холодно поинтересовался я.

Иол печально покачала головой:

— Это уже неважно, он простой человек и никому не опасен, надеюсь, это тебя успокоит? А здесь он потому, что Айонель грозит серьезная опасность.

Лучше бы она промолчала. Я был в бешенстве, и мне было, что ей сказать, но видя, что Иол вот-вот потеряет последние крохи выдержки и расплачется, Фиалочка поспешила на помощь:

— Знаете, я согласна с Дрионом. Уверена, все устали в пути, и хороший сон пойдет на пользу. Завтра встретимся за завтраком и все обговорим. Согласны? Давайте я проведу вас в подготовленные спальни и помогу разобрать вещи. К сожалению, по приказу управляющего апартаменты приготовили только для троих гостей, но мы что-нибудь придумаем.

Не поднимая глаз, Иол поднялась с кресла и, шагнув вперед, сжала ее руку.

— Фиалочка, спасибо…

Оль, помахав всем ладошкой Габриэля, тут же отозвалась:

— К сожалению, при всем желании лечь спать, мы к вам присоединиться не сможем, Гейб только проснулся и у нас впереди несколько часов бодрствования… — Сидящий в кресле, Андриэль, поймал и поцеловал пухлую ручку сына и вновь нахмурился.

— … Но к завтраку мы обязательно поспеем. А пока идем на кухню, ужинать, — криво улыбнулась Оль. И они с малышом и Мартой удалились.

— Я очень рада, что у него есть ты… — вслед Ольгерде прошептала Иол, и поспешила взять у Фиалочки дочку, чтобы пойти за моей супругой наверх.

— Я сейчас вас догоню, — отозвался Райдер и когда шаги женщин стихли, он перевел гневный взгляд на сына. — Ты знаешь, что во многом виноват я, какого тролля матери на нервы действуешь? Она всегда рвалась к тебе и все делала для тебя.

— Никого я не трогаю! Не тебе меня учить, папочка! — с сарказмом отметил Андро. — А ей стоило только приехать и все «мечты» сбылись.

Райдер хмыкнул:

— Сейчас ты договоришься, что мечтал попасть на воспитание в мой замок.

— А что… иногда и мечтал.

— Что совсем в детство впал? Уже забыл, как вырывался из моих объятий так, что замок в щепки разнес?

Андриэль раздраженно прищурился:

— А ты, типо, так изменился, что можно к нормальным людям пускать?

— Ты никогда не был человеком, тем более, нормальным, — отмахнулся дракон. — А насчет матери… Если есть претензии, говори мне, а не трави ее своими обидами!

— С каких это пор ты за нее так переживаешь? — с сарказмом поинтересовался Андриэль.

— С тех самых, с которых понял, что для меня важнее всего…

— И что же ты понял? — желчно не отставал сын.

— Что в жизни есть два счастья, это или мгновенная смерть или длинная любовь. Ни то, ни другое не дается просто так. Вот и думай.

Андриэль наблюдая за тем, как отец подхватывает сундук и идет к лестнице, с легким раздражением спросил:

— А зачем столько охраны взяли с собой?

— Нам обещана месть через Айонку. А твоя мать потери еще одного ребенка не перенесет…

— Что за месть и кем обещана? — начал было Андриэль, но Райдер отсек все расспросы.

— За завтраком скажу, если перед мамой хвостом крутить не будешь, умник.

— Что?

— Что слышал.

Наконец шаги дракона стихли.

Андриэль перевел на меня ошеломленный взгляд.

— Какого тролля тут твориться? — На риторический вопрос племянника никто ответить не мог.

Я был безумно зол на Иол за Райдера, но понимал, что не имею права вмешиваться, так как это ее дело и ее семья. Как и поддерживать племянника в его обиде и раздражении на непутевых родителей. В этой ситуации, все, что я мог, это только молчать, скрывая гнев, и не множить ненависть, которая и без моих стараний кипела в душе Андриэля.

Накормив малыша, из кухни вернулась Ольгерда.

И понеслось…

— Ты знаешь, как я люблю Габриэля, но в подобной ситуации я бы наплевала на себя и отдала бы его, лишь бы спасти от опасности…

Что ответил ей Андриэль, я не услышал, но был рад, что эта молоденькая девочка стала на защиту моей сестры, именно за отказ от ребенка в подобной ситуации, я Иол не осуждал. В отличие от того факта, что Иол, после всего пережитого по его милости, простила негодяя и зачем-то привезла его домой.

Вот этого я понять не мог. И навряд ли когда-нибудь смогу это простить. Будь это кто другой, после подобного я бы искренне презирал его, но Иол… Иол она не такая. Ни слабости, ни глупости в ее поступках никогда не было. Он или обманул ее или разжалобил, что по сути, то же самое. Других путей нет.

Чтобы не смущать молодых спорящих супругов своим присутствием, я извинился и пошел к себе, намереваясь отыскать в комнате сестры Фиалочку и до утра позабыть обо всем.

Глава восемнадцатая

Что победит? Кто победит?

Фиалочка