Анжелика - Алекса Корр

сделать курорт, чтобы Рэйнар смог это показать общественности, а потом дать мне право распоряжаться самой своей жизнью и после этого развестись с Вами, так как не хотела попадать под опеку отца… Который тот еще моральный урод, вместе с матушкой… Да там один только Эрик и был нормальным, если уж по-честному… В общем, приехала в Энск, сменив имя, заняла пост наместницы, занялась реализацией своих планов… Думала, Вы тут спокойно свою жизнь устраиваете… В Энске я познакомилась с одним графом… Граф Кайден Орлеанский… Оказывается, у него в Энске была своя газета и он, как выяснилось потом, состоял в связи с Вашей любовницей… План Катрин состоял в том, чтобы Вам отомстить, а Орлеанский имел на Вас зуб за то, что Вы в Академии увели у него какую-то Нинель, которая была его невестой… В тот день, когда Вы приехали, мне показали одну газету, где обсуждалась Ваша жизнь в столице и было упоминание о том, что Вы услали меня, то есть свою жену, подальше, а сами вовсю развлекаетесь с Катрин, посещая с ней в открытую приемы и подарив ей Ваш родовой браслет… А еще то, что она беременная от Вас и что есть какой-то старый закон, по которому Вы имеете право развестись с пустышкой-женой раньше трех лет ради того, чтобы Ваш ребенок с Катрин родился в законном браке… Поэтому, когда Вы нашли меня на берегу, я была … несколько не в себе… Не стала Вас слушать и наговорила Вам обидных слов… И вот тут еще одна ложь… или умолчание о важном, что сути своей не меняет… Я ведь в тот день узнала, что в положении… Но промолчала… Будучи беременной Вашим ребенком…

На этих словах Даниэль вскочил из-за стола и подошел к окну, сжимая кулаки, но я продолжила:

— Я потом успокоилась и даже хотела поговорить с Вами и договориться о том, что малыш будет жить со мной, пообещать Вам, что не буду ни на что претендовать, но Арон, которого я отправила в гостиницу с запиской вернулся обратно с Вашим письмом… И Вы там писали, что будете добиваться развода побыстрее, чтобы ребенок мог при рождении носить фамилию отца… Я же тогда это тоже расценила, как подтверждение слухов о вас со Свирской… А потом махнула на все рукой… Родила… У Вас родилась замечательная дочь, Даниэль, я назвала её Марией, ну или коротко Маша, Машенька… Ей уже четыре месяца, и она сейчас с Вашей мамой в соседней комнате…

Услышав это, герцог быстрым шагом направился в сторону двери, но не успел до неё дойти, как дверь распахнулась и в кабинет решительно вошла герцогиня-мать с Машей на руках:

— Послушайте, извините, что перебиваю, но там около ворот посланник в цветах Императорского дома нарисовался и пока вас не прервали и тебя, Даня, никуда не выдернули, я решила показать тебе дочку и сказать, что это точно твоя дочка, она вылитая Есения в детстве, Анжелика очень хорошая мать и все ваши с ней злоключения из-за козней этой прохиндейки Свирской с графом Орлеанским… так что, давайте уже, миритесь, хватит дуростью маятся… — с этими словами она засунула в руки опешившего папочки малютку, заговорщицки подмигнула мне и с чувством выполненного долга вышла из кабинета, плотно прикрыв за собой дверь и в коридоре раздался её голос, которым она отдавала распоряжение слугам не тревожить герцога, так как он сильно занят.

Услышав её слова, я улыбнулась… Все-таки классная мне свекровь досталась! ...

Но не только это вызвало у меня улыбку умиления, а еще и то, как осторожно и бережно Даниэль держал Машу, как улыбнулся ей, а она протянула свою ручку и схватила папу за нос… Тут же вспомнила слова герцогини-матери, что также делал и сам Даниэль в детстве…

Лицо Даниэля было растерянным, он, осторожно прижимая к себе малышку, вернулся к столу и прислонился к нему, с жадностью рассматривая дочку и гладя её по головке подрагивающей рукой, но потом поднял на меня голову и в его глазах я увидела боль:

— Миледи… я … я могу все понять… Ваши страхи, обиды на меня… но … я не могу понять одного… как … как Вы могли лишить меня права знать, что я стал отцом? … Каким бы Вы повесой меня не считали… Это моя дочь, понимаете? … Она моя наследница… наследница всего, что я имею, черт подери! … А если бы Рэйнар тогда не уперся??? Да я даже представить боюсь, что моя дочь родилась бы не в браке… Да, может у вас там, откуда Вы пришли и в порядке вещей такая ситуация, но тут…

Он не успел договорить, как дверь в кабинет распахнулась и в него вбежал его адъютант Мирон:

— Ваша Светлость, Ваш отряд в сборе, а из императорского Дворца посыльный со срочным донесением… В городе волнения, а Эрика Льерского сильно избили, как сына предателя… Но там ректор взял ситуацию под контроль и с ним все наладится…

Даниэль сразу выпрямился, быстро достал из ящика стола какую-то бумагу, подошел ко мне и передал мне Машу и этот документ. Он уже полностью взял себя в руки:

— Мирон, остаешься сам и возьми самых доверенных людей себе в помощь. Охраняете особняк, и чтобы ни одна мышь не проскочила… Головой отвечаешь за мою дочь, жену, мать и сестру… Выполнять!

Мирон кивнул и выскочил из кабинета, а Даниэль повернулся ко мне:

— Миледи, Вам нельзя выходить на улицу, идите, располагайтесь в покоях, отдыхайте с дороги… Мои люди будут охранять особняк и вам тут ничто не угрожает… Но вскоре вам с дочерью, матушкой и Есенией придется вернуться в Энск. Разумеется, я обеспечу вас охраной… Про Катрин и Орлеанского можете больше не беспокоиться, я разберусь с ними…

— С ней, Даниэль… Он погиб, сначала вытащив нас с герцогиней и Машей из горящего дома, а потом закрыв меня от стрелы, которую выпустил наемник, которого прислала по нашу душу Катрин… Именно он и рассказал мне правду перед смертью… А еще… еще у Катрин от него ребенок…

Даниэль выслушал это, заскрежетал зубами. Костяшки на его сжатых в кулак пальцах побелели, но он быстро взял себя в руки и, проведя по моему лицу ладонью, поцеловал Машу, после чего быстрым шагом направился на выход из кабинета.

Но когда он уже был готов выйти, я окликнула его:

— Даниэль, а что случилось???