Хлоя Нейл - Чикагские вампиры. Жестоко укушенная.

Однако она вежливо улыбнулась:

— Привет, Саймон.

— Мэллори, — сказал Саймон и посмотрел на Катчера. — Прошло столько времени.

Катчер остался невозмутимым. Он, явно, не собирался оказывать теплый прием члену Ордена.

— Саймон. Что привело тебя в город?

Саймон указал на Мэллори.

— Мы собираемся совершить экскурсию по местам, где обитают призраки.

Я посмотрела на Мэллори.

— Ты собралась на экскурсию по местам с приведениями?

Да, Мэллори интересовалась оккультизмом. Как-никак она девушка, повернутая на Баффи. Но, когда я просила её пройтись по этим местам, она всегда отказывалась, называя саму идею такой экскурсии «фальшивой модой».

— Саймон, — сказала Мэллори, рассеяно помахав ему рукой, — это Мерит и Джефф. Она вампир, но мы с ней все еще друзья, поскольку я просто балдею от этого, а Джефф — помешанный на компьютерах гений, который работает с Катчером.

Саймон мне улыбнулся, только улыбка вышла вовсе не дружелюбная.

— Так, значит, ты Страж Салливана.

— Я Страж Дома Кадогана, — вежливо исправила его я.

— Ну конечно, — ответил он.

Однако, судя по тону голоса, он не особо согласился с моим уточнением.

— Так вы собираетесь на экскурсию по местам, где обитают призраки? — спросил Джефф. — Это что-то типа магического исследования?

— В некотором роде, — сказал Саймон. — Явления призраков не всегда бабушкины сказки. Некоторые места прямо кишат ими. Сегодня Мэллори должна будет отличить правду от вымысла. Это часть её практических занятий.

Она нахмурилась.

— Сегодня? Я думала, это будет завтра.

— Тебе нужно изменить расписание? У меня есть и другие дела в городе.

Мэллори отмахнулась.

— Нет, все нормально. Это будет на экзамене, так что могу заняться и этим.

— О, Боже, да ты Гарри Поттер, — сказала я, показывая на нее пальцем. — Я знала!

Она закатила глаза и посмотрела на Катчера.

— Думаю, мне стоит привести себя в порядок и идти?

Катчер нахмурился. Ясно, что он не сильно обрадовался, что Мэллори отправляется в город с Саймоном одна. Не знаю, было ли дело только в неприязни по отношению к Ордену или же нет.

Катчер посмотрел на Саймона.

— Не оставишь нас на минутку?

— Конечно, — сказал Саймон. — Я подожду в машине. Приятно познакомится, Джефф. А с тобой, Мерит, нам как-нибудь нужно обязательно поболтать. Буду рад услышать больше о Доме Кадогана.

Я ответила ничего не обещающей улыбкой.

Саймон вышел, а я оглянулась на Мэллори с Катчером.

— Вроде, он достаточно милый.

— Он член Ордена, — сурово сказал Катчер. — Они всегда «достаточно милые», пока не назовут тебя скандалистом и не лишат членства.

— Судя по всему, у ГС и Ордена есть кое-что общее.

Катчер что-то проворчал в знак согласия.

— Саймон…нормальный, — сказала Мэллори. — Но, говоря о ГС, тебе стоит выходить и драться, — она протянула руки, и я шагнула в ее объятия. — Ты же сама сказала мне, — продолжила она, — что поступаешь, как должна. Ты умеешь отличать хорошее от плохого. Полагайся на свои инстинкты, ведь они у тебя хорошо развиты.

— А вдруг я все равно не справлюсь?

Он отклонилась назад, с беспощадным выражением на лице.

— Будешь так считать, то, естественно, ничего не получится. Ты просто должна решить, что сможешь. Ты пойдешь, найдешь Селину Дезалньер и на этот раз надерешь ей задницу.

Будем надеяться.

Когда я вернулась, возле Дома был припаркован лимузин. Ну и как обычно — галдеж протестующих. Двоих или троих я узнала — они ночевали на открытом воздухе ночь за ночью. Заявлять о своей ненависти, явно, оказалось важнее других дел.

Лимузин принадлежал либо Дариусу, либо Тейту, что мне совсем не понравилось. Обстоятельства явно не играли мне ну руку. Я припарковалась возле Дома, при этом перегородив выезд другой машине. Стараясь не шуметь, я на цыпочках прошла мимо кабинета Этана.

Его самого там не было. Однако в центре комнаты, стоял Малик и просматривал бумаги. Дариус сидел в зоне отдыха и разговаривал по мобильному.

Вежливо ему улыбнувшись, я подошла к Малику. Он поднял глаза, когда я приблизилась. Видимо, он заметил, мой усталый вид.

— Что на сей раз?

Я украдкой посмотрела на Дариуса.

— Ввиду распоряжения ГС, я подумала, что сегодня могу быть свободна. Собираюсь поехать на Уличный Фестиваль, и встретится там с друзьями.

Сначала лицо Малика ничего не выражало, а затем появилось понимание.

— Думаю, стоит узнать у Этана, не принести ли ему чего. Ты же знаешь, как он любит жирную пищу. Бедняга все никак не может наесться жареного и приготовленного в кляре.

Малик хитро улыбнулся.

— Еще как любит, Страж. Думаю, ты найдешь его в его апартаментах. Через пару минут они с Дариусом собирались встретиться, но, возможно, я смогу его развлечь, пока вы обсудите меню.

Я кивнула. Он направился к Дариусу, а я — к двери. Должно быть, Дариус закончил разговаривать, поскольку я услышала, как Малик спросил:

— Сир, вам довелось посмотреть участок? В конце лета сады изумительны.

Молодец, подумала я, поднималась на третий этаж, перескакивая через ступеньку.

Я столкнулась с Этаном, как раз когда он выходил в коридор. Не спросив разрешения, я прошла мимо него в его спальню. Когда я развернулась, он так и остался стоять в дверном проеме с поднятыми вверх бровями.

— Малик позаботится о Дариусе. Мне нужно пять минут.

— Что-то чувствую, они не доставят мне удовольствие.

— Весьма вероятно, нет.

Как бы там ни было, он зашел внутрь, закрыл дверь и скрестил руки на груди.

— Сегодня будет веселая ночка, — сказала я.

— Потому что?

— Потому что она может посеять хаос в месте, где очень много людей.

Он опустил руки. На его лице читалась тревога.

— Насколько много?

— Уличный Фестиваль.

Этан закрыл глаза.

— Что с охраной?

— Я.

Его глаза тут же распахнулись. Он открыл рот, чтобы запротестовать, и закрыл его снова.

— Мудрое решение, — похвалила его я, — поскольку я — единственная охрана, которая у тебя сейчас имеется.

— Это ловушка?

— Весьма вероятно. И возможно, такая, которая привлечет к нам внимание общественности. Но я сделаю все возможное, чтобы предотвратить это. В крайнем случае, прослежу, чтобы мы предстали в нужном свете.

В комнате повисла тишина, пока он не вынес вердикт:

— Полагаю, ты мне больше ничего не расскажешь?

— Ради тебя и меня. Два слова, Салливан: правдоподобное отрицание.

— Думаю, ты мне нравилась больше, когда была аспиранткой-ботаником.