Сердца мира - Анна Цой

что-то листал в… обычном мобильном телефоне. Он меня пугает. Причем настолько, что если бы он рассказал мне об элементах адронного коллайдера, я бы послушала и не удивилась бы не капли.

Прошла мимо, но меня остановили и усадили рядом. И вот сижу я, дёргаю ножкой от нервов, а Князь берет и отбирает у меня все.

– Слишком открыто.

Отдает все консультанту и вновь утыкается в телефон. Мы переглядываемся с девушкой в фирменной футболке, и на меня сочувственно смотрит. Ну вот, дождалась сочувствия даже от незнакомого человека!

Я тяжело вздохнула и подскочила на ноги, придумав страшную месть.

Вольтеру очень не понравилась смена дислокации, но он стерпел и потащился за мной уже разговаривая с кем-то по телефону по-английски. А я шла в самый дорогой магазин, который знала. Ценник там был конский, так что я схватила пару брюк и рубашек, длинную юбку и обязательно купальник, не зря же я углядела бассейн у дома. Все это стоило примерно столько же, сколько тот джип, что ждал нас на парковке. Месть не свершилась, потому как Князь просто подошёл к кассе, щелкнул карточкой и потратил на меня в пять раз больше, чем за всю жизнь детский дом.

Я в смятении переоделась в новую одежду. Каверзная улыбка не покидала мое лицо все то время, как мы покупали игровую приставку, кучу книг, которые я скорей всего не прочитаю, и огромное количество всяких мелочей, которые тащил появившийся откуда-то человек.

В общем, я была в нирване, нирвана была во мне.

Вольтер выдержал полтора часа, по истечению которых меня молча схватили за руку и посадили в машину.

Первые ночь и день пролетели мимолетно. Настолько хорошего настроения у меня не было очень давно. Словно в сердце вернулась весна, начали распускаться нежно-розовые цветы сакуры и сирень, что заполняла ярким запахом мое настроение.

Вольтер уехал, что-то сказав про встречу, а я была предоставлена самой себе. Я перебрала покупки, настроила игровую приставку в просторной гостиной у плазмы и скачала пару игр. Раньше мы с Барсиком часто ходили в анти-кафе и порой часами играли в файтинги или шутеры. Сейчас же на экране запускалась достаточно популярная игра, в которую я обыгрывала всех и всегда.

Через час стало немного скучно, но неожиданно послышался шуршание колес по подъездной аллее, и в дом влетела Марконтьяр. Не услышать ее было просто невозможно, потому как шум шагов тут же сменился ее уже привычным:

– Белка! БЕЛКА! Б.Е.Л.К.А!

Кинула в неё чайной ложечкой, оставшейся после недавнего чаепития, лишь бы заткнулась. Девушка ловко поймала предмет и подлетела, снеся меня с дивана на пол. Вильгельм пришёл, когда мы уже катались по полу и щипали друг друга за что попало.

– Дети, – хмыкнул папа, все так же смотря на нашу перепалку.

В проходе показался Барсик и с тут же зажегшейся на его лице улыбкой бросился нас разнимать. Но почему-то умнее ничего не придумал, как упасть на нас сверху. За что тут же получил. Теперь нас стало трое пищащих и щипающихся.

– Вот получу вторую ипостась, и вы у меня получите! – орала Мао, на что мы лишь хохотали и переглядывались.

Это был тот момент, что давал вновь почувствовать себя маленькой девочкой без предсказаний, видений, войны и Королевы. Это был момент беззаботного счастья, которое могло утечь в канализацию в любую секунду. Момент возвращения в детство, что закончилось сломанной душой и разорванным сердцем.

– Ужин подан, Лорд Асгард! Господин просил передать, что задержится на некоторое время, – произнесла служанка и поклонилась папе.

Мы все так же перепираясь, прошли в столовую, где был накрыт длинный стол. Есть не хотелось, хотя здесь, наконец, была адекватная еда. Я лениво поковырялась в тарелке с лазаньей и ушла наверх, чувствуя, насколько устала за пролетевший за секунду день.

Решив принять ванну, занесла туда всю ту кучу масочек, скрабов и солей, замаскировала немного горячую воду фиолетовой пеной, легла и закрыла глаза. Шуршащие пузырьки пены щекотали кожу, а мозг впервые за продолжительное время получил расслабление. Я, наконец, поняла насколько устала и как сильно была опустошена внутри. Сложно потерять что-то сродни смыслу жизни и остаться наплаву. Я даже не знаю, как это удалось мне.

Однако, стоило мне чуть-чуть расслабиться, как послышался щелчок открываемой двери, и в проеме показалась ехидная вольтеровская ха… лицо. Естественно сопровождалось оно и всеми остальными присущими ему частями, потому я не особо обрадовалась.  Хорошо хоть пена все нужное скрывала. Он, блин, уже второй раз так ко мне врывается! Не скажу, что испытываю особое смущение при этом, все-таки если жила в Доме, где закрытых дверей априори не существует, стеснение искореняется как таковое.

Но Князь решил пойти в своей наглости дальше, поэтому начал раздеваться. На пол опустились пиджак, затем шелковая рубашка. Глаза мои округлились, потому как мужчина с все той же улыбкой направился ко мне. К моему счастью брюки остались на месте, а значит нехороших целей он не преследовал. Хотя, какие здесь могут быть «нехорошие» цели?

– Не скажу, что я против, но… может все же не стоит?! – прошептала я, чувствуя, что никто меня слушать не будет.

Так и произошло – Вольтер как был в брюках, сел ко мне в ванну, расплескав на пол немного воды, и произнёс:

– Это моя комната. И мне удивительно сильно хочется принять ванну.

Сидим, смотрим друг на друга. Я пассивно–зло, он же ехидно и с потемневшим взглядом. Мысли уже давно ушагали в понятном направлении, так что сидела я красная и была на грани возгорания. Надеюсь, что мой вид мужчина списал на горячую водичку.

Хорошо хоть ванна глубокая и длинная, да и пены много. Хотя… Собрала всю свою наглость в кучу и встала на ноги, прикрыв руками все, что нужно было прикрывать. Подошла ближе, чувствуя, как еще сильнее горят щеки. И села ему на колени, прижавшись и обхватив своими бёдрами его. Затем наклонилась и уткнулась носом в шею, потому как стыд никуда не делся.

Вольтер окаменел и кажется не дышал.

– Провоцируешь? – хриплый шепот над ухом и легкое прикосновение к мочке.

Улыбнулась и потерлась носом о его ключицу.

– А ты?

Феликс тяжело вздохнул, немного расслабился и прижал меня к себе, обняв руками. На спине тут же стал выводить какие-то символы, что было щекотно и как-то… волнительно. Я бы даже сказала, что сама поза таковой являлась.

– Ты же понимаешь, что мы не… – начал было мужчина.

Но я тут же села прямо и