Путь менталиста (СИ) - Боброва Екатерина Александровна

Аль проследил за его взглядом.

- Даже не думай, - прошипел разозлено, - и все эти разговоры о реванше за проигрыш забудь до следующих игр.

Выдохнул. Нет, он с ними точно с ума сойдет. И о чем только думал дядя Кайлес, разрешая прием иностранных студентов? Это ведь не просто парни из Рузанды, а победители первых игр Огня. Половина курсантов спит и видит, как поставить рузандцев на место, вторая всем сердцем желает помочь первой, но не может ввиду юного возраста.

Аль искренне посочувствовала кураторам рузандцев. Это ж между двух огней…

- Лучше признавайся, что за кожу ты вчера притащил в комнату? – решил он отвлечь друга от воинственных мыслей. – Воняет же…

- Так это, - смутился Шиль, почесал кончик носа, - четыре месяца, как его нет. Скоро должен вернуться и не один. Я тут подумал. Девчонки шьют игрушки. Только они неправильные шьют. Страшилища какие-то. Малыши увидят, испугаются.

Аль вскинул бровь. Видел он эти «страшилища». Не такие уж и страшные. На пожевать и потискать сойдет. А что еще нужно малышам калкалоса? Никто и не знал, что им нужно, но все дружно озаботились подготовкой подарков.

- Вот я и решил мяч сделать. Кожаный. Чтоб не сразу разгрызли. Только с набивкой не придумал.

Аль осмотрел задумавшиеся лица друзей… Покачал головой. Помешательство какое-то. И ведь никто даже мысли не допускал, что подарки не пригодятся.

В начале осени Драго покинул Асмас и с тех пор ничего о нем не было слышно. Перед отлетом он пообещал довести мастерство полетов до прежнего уровня. Как подозревал Аль, такое восстановление займет время. А потом еще даму сердца найти. Догнать. Уговорить. Для народа, который живет долго и спешить не любит… Шиль с десяток мячей успеет сшить.

- Госпожа ассара ничего нового не передавала? – с надеждой поинтересовался Лунь.

Аль покачал головой. Они переживали. Они все переживали за Драго.

- Мог бы и здесь тренироваться, - проворчал Шиль, - мы были бы только рады.

Удивительно, но в академии вряд ли сейчас нашелся бы кто-то против присутствия калкалоса. Вот осенью каждый полет сопровождался одобрительными возгласами:

- Смотри, сегодня уже выше поднялся.

- Маневр заложил и только раз сбился.

Даже наставники и те не ругались на нарушение строя, когда весь идущий в столовую отряд останавливался, чтобы проследить за полетом. Так что решение калкалоса покинуть академию расстроило многих.

- Сильный мужчина не любит свидетелей своей слабости, - процитировал дядю Сережу Аль, добавив его же любимое: - Настоящий мужик.

Парни согласно покивали, да, настоящий, но все равно хотелось бы знать, как у него дела.

- А что во дворце говорят о Лифгане? – спросил Луньярд.

Аль пожал плечами.

- Они пытаются договориться. Собирают второе посольство. Только после исчезновения первого – желающих немного.

На материке государства разделились на две части. Кто-то злорадно потирал ладошки, хихикая: «Так им и надо», кто-то остался верен отношениям с Лифганой, рассуждая, что крылатые рано или поздно угомонятся, а дружить с Лифганой все равно придется. Ну а кто-то искал третий путь.

- Запомни, Шестой, в политике друзей не бывает, - учил Пятый, просматривая списки желающих учиться в академии Пламени, - бывает выгодное сотрудничество, нейтралитет, война или мы их ненавидим, но вдарить сейчас не можем, вот и терпим. Все эти государства сейчас спешно пытаются создают свои факультеты менталистики, ищут и перекупают кадры, но они отстают от нас лет на пять. Вот и вынуждены принять наши правила игры. Так что кузену удалось воплотить мечту отца. С этого года факультет менталистики признанное международным сообществом учебное заведение. И так как ты учишься там, то и на тебе лежит ответственность, чтобы не спалить все к пеплу. Понял?

Аль кивнул. Понятно, чего уж там.

- Наши подопечные! - выдернул его из мыслей возглас Франтеха. Курсанты встрепенулись, одернули форму. Нацепили на лица улыбки радушных, но знающих себе цену хозяев.

Такийцы подошли. Парни обменялись оценивающими взглядами.

- Ну что, сухопутные огневушки, знакомы будем, что ль? – шагнул вперед здоровый бугай, с лицом, которому и девица позавидовала бы. Он насмешливо тряхнул гривой волос и, брякнув массивными браслетами, протянул ладонь.

Аль мысленно застонал – началось. Ну почему именно такийцы?! Чем он прогневал Девятиликого?

Аль шлепнул с размаху по протянутой ладони – звук вышел сочным. Потом поклонился.

- И вам попутного ветра, - пожелал, не удержавшись от ехидного вопроса: - Не укачало по дороге?

Бугай бросил на него убийственный взгляд. Заиграл желваками, и Аль в полной мере осознал, что этот год не будет простым. Ни для кого.

Конец четвертой части. Продолжение следует…