Путь менталиста (СИ) - Боброва Екатерина Александровна

Ответом ей был горестный вздох. Юля понимающе улыбнулась. Взрослеть непросто. Понимать, что кроме «хочу» есть еще и «надо». Что кроме желаний появляется ответственность.

- Я попрошу Кайлеса назначить тебе наказание, - подвела она итог тяжелого разговора.

- Он заставит его выбрать самой, - скорбно пожаловалась Майра.

Юля в последний момент поймала улыбку, вспомнив список тех самых наказаний. Впрочем, декан был открыт для любых идей и список регулярно пополнялся. Но почему-то именно выбор наказания девочки считали самым обидным.

- Справедливо. Сама натворила – сама и выбирай, - заметила она.

************

- Думается, ваше выздоровление несколько затянулось, - проговорил Фильярг, окидывая выстроившихся парней взглядом, в котором Юля не без удивления заметила гордость. – Я поговорил с целителями – вам разрешено отправиться по домам. Так чтобы завтра никого из вас здесь не было, понятно?

Четверка парней энергично закивала.

- И гвардию свою, Шестой, распустить. А то Третий начинает нервничать по поводу, гм, вашей активности.

Аль наморщил лоб, мол, какая там активность, но возражать старшему брату не стал. Да и «гвардия» звучало так… Парни аж выше ростом стали. Юля была уверена, что с этой идеей они не перестанут носиться, как минимум до зимних праздников, пока экзамены и праздничные впечатления не перебьют желание быть чем-то большим, чем просто курсантами девятого курса. Или не перебьют? И не войдет ли в историю эта самая гвардия, как поддержка Шестого высочества?

Юля тряхнула головой, прогоняя высокопарные мысли.

- Есть распустить и по домам, - отрапортовал Аль, вытягиваясь по стойке смирно.

- Ес-сть! – смешно передразнил Аля сидящий на руках у Юли Слава. Малыш развивался совершенно по-асмасски и в свои три года не торопился говорить, радуя родных лишь отдельными словами. Хорошо хоть маму стал спокойнее отпускать, не закатывая истерики по поводу ее отсутствия.

- Вольно, - усмехнулся Фильярг, повернулся к Юле, притянул к себе, зарылся носом в волосах и простонал: - Наконец-то этот пепел позади и можно домой.

Юля понимающе улыбнулась. Она и сама скучала по дому – успела уже врасти душой в дворец Четвертого тэората, полюбить обширный парк, выходящий на берег моря, крики морских птиц по утрам, свежий воздух. Даже слуги с их обожанием двойняшек больше не напрягали. Смирилась. Да и как можно плохо относиться к тем, кто так любит ее детей?!

На время болезни Драго и Совенка они всем семейством переселились в академию, а иначе не наездишься… Пусть даже с построенной подъемной дорогой путь сократился в разы и не нужно было больше трястись в седле на вальшгасе, но терять даже час-полтора на перемещение Юле было жаль. Потому они обосновались в корпусе для гостей, заняв целый этаж. Ректор лишь рукой махнул, сказав, что давно подозревал ассару в плане превратить суровое военное учреждение в детский сад, полный беспорядка.

- Собираемся, - подтвердила слова мужа Юля, добавляя для друзей Совенка: - Жду вас всех в гостях в любое время.

И ведь приедут, как только начнут скучать друг без друга.

Это сладкое слово «каникулы»… Посещение бабушки на Земле, где сейчас царит холодная, полная снега зима. Визит Сергея, успевшего стать другом и объектом для подражания у парней. А вот про попойки с высочествами – Второй уже интересовался, где там его лучший друг и покоритель воздуха полетами на тонкой тряпочке – Юля предпочитала не знать. Нервы целее будут. Опять же взрослые люди, хоть и ведут себя порой хуже детей. Конечно же ждали в гости Седьмую и Софрану.

«Хорошо, что дом большой, всем место найдется», - подумала Юля, предвкушая летние вечера на берегу моря в просторной беседке, неспешные беседы под бокал вина и возню детей на песке.

С момента знаменательного сватовства калкалосов прошло уже пару недель. Юля получала регулярные отчеты целителей, в которых между строк сквозила жгучая обида – уникальный пациент, он же объект исследования уже пяти научных работ, теперь азартно гонял всех желающих его вылечить, отвергая любую помощь.

«Крылья разминает и ходит по поляне от рассвета до заката», - докладывали безмолвные.

Юлю серьезно беспокоило то, что крылатая невеста больше не появлялась, но Фильярг успокоил.

- Найти он ее теперь должен. Сам. Ну или догнать. Не знаю точно.

Вот Драго и готовился к погоне, а всех свидетелей подготовки нещадно гонял, чтобы не видели его слабость.

И когда на браслет пришло сообщение: «Есть! Отрыв и зависание на десять счетов», Юля аж пошатнулась от накатившей радости. Сморгнула слезы, прижимая ладонь ко рту. Сердце пело - удалось-таки отвоевать друга у смерти.

- Ну, милая, держись, - пообещала она берегу и волнам, - догонит, даже не сомневайся, и никуда ты от него не денешься.

********

- Слушай, - подскочил вдруг озаренный идеей Шиль, - десятый курс это вроде как юбилей?

Аль посмотрел озадачено. C такой точки зрения учебный год он не рассматривал. Хватало и других забот: начало учебы на факультете менталистики, увеличение количества факультативных предметов, которые преподавали высочествам и маячившее впереди создание духа огня. Вдобавок, никто не отменял еженедельное патрулирование территории академии. Аль и не думал возражать, наоборот, ждал выхода в патруль с нетерпением. Ему нравилось незаметной тенью безмолвного скользить между курсантов, контролировать и пресекать собственный шум – «Курсанты, вы сопите, словно базушцы в брачный период. Вас же за десяток шагов слышно!» - погружаться в окружающие звуки, наблюдать. Он словно разделялся на две части: одна - сканировала внешнее пространство, вторая – ныряла в себя: дыхание, сердечный ритм, ветка под ногами. И мысли подчинялись этому контролю, становясь более упорядоченными.

- И что предлагаешь? – прищурился Аль, поворачиваясь к другу.

- А что он еще может предложить, кроме как наведаться в город на выходные и посетить одно заведение под названием «Огонь сердца», да? – насмешливо уточнил Лунь у медленно краснеющего Шиля.

- И предложу! – запальчиво высказался тот. – Что такого? Кормят там отменно. Музыку по вечерам играют. Чего еще надо?

- И девочки у них симпатичные еду разносят, - поддакнут Лунь, заставив Шиля побагроветь от возмущения. Он открыл было рот, но Аль остановил:

- Прибыли.

Десятый курс в этом году удостоился чести встречать новичков.

Первым высыпали малыши. Кабины подъемной дороги прибывали одна за другой, из них стайками выпархивали испуганные пацаны. Аль вспомнил свой первый день в академии. Передернул плечами, прогоняя накатившую жуть. Пожалуй, он не столько боялся самой учебы или курсантов, сколько переживал за ассару – единственную женщину на тот момент в академии. Ему до огня не хотелось подвести ее плохими оценками, а в случае угрозы он готов был рвать за нее голыми руками. Впрочем – усмехнулся – с тех пор мало что изменилось, разве что теперь Аль был уверен, начни он бой – рядом встанут друзья.

Малышей быстро разобрали курсанты второй и третьей ступени. Десятому курсу в этом году поручили новичков факультета менталистики. На взгляд Аля, нянькой быть проще. С этими же… Как с огнем танцевать.

- Это кто? - нетерпеливо спросил Шиль, прикладывая ладонь к глазам и вглядываясь в выходящих из подъемной кабины людей.

Аль потер озябшие ладони, сунул их подмышки. Зима в Асмасе была хоть и теплой, но влажный климат делал ее жутко промозглой, и он порядком замерз, стоя на ветру в парадной форме.

- Должно быть варайцы, - предположил Аль.

- Нет, - возразил всезнающий Лунь, - рузандцы. Вон даже с багажом строем идут.

И действительно парни с девушками передвигались хорошо сплоченной группой.

- Наших бы не пропустить, - озабоченно произнес Франтех.

Аль внезапно занервничал.

- Все помнят, что к фарсанцам обращаться по фамилии рода, такийцы не терпят никаких шуток с водой и… - начал он, но был перебит Шилем:

- Помним мы все, пусть и не учат нас дипломатии, как тебя, а если что и забудем… - прищур глаз сделался оценивающим, а поза перестала быть расслабленной, - разберемся.