Евгения Сушкова - О пользе второго имени, или... «Я поеду с вами!» (СИ)

Чувствуя себя больной столетней старухой и испытывая непреодолимое желание закряхтеть, девушка мысленно приказала:

«Алистер, Фланки, а ну-ка быстро слезли с кровати!»

Ал приоткрыл правый глаз и с укором посмотрел на хозяйку. Демонстративно тяжело вздохнув и всем своим видом выражая недовольство, сполз с кровати. Фланки, с точно таким же выражением укоризны на обычно хитрой морде, последовал за вожаком.

«И не надо на меня так смотреть! — возмутилась девушка, наслаждаясь возможностью глубоко вздохнуть и пошевелить ногами. — Если бы полежали на мне еще пару минут, я бы точно не встала!»

Алистер скептически хмыкнул, но Эля заметила, как он бросил короткий оценивающе-обеспокоенный взгляд на выглядывающие из-под одеяла ступни с поджатыми пальчиками.

Девушка осторожно поерзала, пытаясь аккуратно выбраться из постели и не разбудить при этом Джевилл. Маленькая Кошка вечером долго не могла успокоиться, вместе с таррлинами Эля потратила довольно много времени на то, чтобы уложить ее спать. К тому же принцесса чувствовала себя немного виноватой. Совершенно нелогично Эле казалось, что она должна была понять, что Джевилл зовет ее, не дожидаясь появления перепуганного лакея. К тому же младшая принцесса обещала, что появится сразу, стоит только малышке выразить такое желание, а вместо этого девочка почти час пыталась уговорить слуг позвать Эллею. Если бы не созданные Тиеном защитники, основательно напугавшие клыкастую прислугу, вампиры и не подумали бы прервать ее беседу с родственниками, оставив маленькую Кошку одну в незнакомом замке, заплаканную и с испугом ожидающую наступления ночи. Поэтому, когда слегка запыхавшаяся Эля появилась в дверном проеме, Джевилл приклеилась к ней и больше не отлипала. Пришлось приказать принести в покои леди Вилда-Каттер некоторые вещи, которые могли понадобиться принцессе ночью и позже, с наступлением утра.

Из-за разницы во времени и резкого изменения режима Эля чувствовала себя несколько разбитой. Организм младшей принцессы, казалось, сам не понимал, что для него сейчас было наилучшим — проснуться окончательно или еще на пару часов погрузиться в сон, поэтому таррлины приняли решение за хозяйку.

«Хоз-зяи тоже уж-же проснулс-ся», — с невинным видом сообщил Алистер, маленькими шагами продвигаясь обратно к кровати.

«Угу», — замершая у дверей в ванную принцесса проводила его поползновения ленивым взглядом и зевнула. И лишь после этого окончательно осознала, что именно сказал Ал. Тиен! Нужно ведь еще выяснить, что с этим ушастым! Эля надеялась, что эльфу несильно аукнулось его непочтительное отношение к вампирской аристократии. Вопрос о возвращении в теплую кровать отпал сам собой.

Вот только зря она надеялась, что хотя бы в этот день сможет выполнить все, что хотела. Видимо, встреча с ушастым откладывалась на неопределенный срок.

Время в вампирской столице приближалось к полудню, когда окончательно проснувшаяся принцесса аккуратно закрыла за собой дверь в покои Джевилл. Хотя, если девочка не проснулась, когда до странного неуклюжая принцесса собиралась, то и звук захлопывающейся двери не смог бы ее разбудить.

В коридоре ее дожидался лакей. Не тот, который вчера с таким опозданием передал ей просьбу леди Вилда-Каттер, другой. Эллея не была злой или злопамятной, но надеялась, что больше ей никогда не придется увидеть вампира, способного ради каких-то правил приличия закрыть в комнате плачущего ребенка и с безразличным видом выслушивающего ее всхлипывания и мольбы.

И хотя Эля не знала, как в точности все обстояло на самом деле, воображение рисовало ей именно эту картину, услужливо убрав куда-то семь отнюдь не маленьких зубастых зверюг. А то, что вампир все же решился войти в гостиную и был при этом испуган — это уже мелочи жизни и странности вампирского воспитания.

— Ваше высочество, их высочества выразили желание увидеть ваше высочество за трапезой, как только ваше высочество изволит проснуться. Их высочества уже позавтракали, но скоро закончится ежедневное совещание, и будет приказано накрывать на стол для обеда. Ваше высочество будет на нем присутствовать? — спросил лакей тоном, не подразумевающим отказа. В какой-то момент запутавшаяся в высочествах Эллея хотела ответить отрицательно и посмотреть, что же этот любитель заковыристых предложений будет делать в таком случае, но вовремя одумалась. Возможность полюбоваться вытянутым лицом не стоила обеда в обществе Женевьевы и Эйдана. Еще, возможно, Оэна, но про него лучше пока не думать — страшновато как-то. Поэтому, величественно, как ей казалось, кивнув, Эля проплыла мимо лакея, дав себе слово у следующего же встреченного слуги спросить, где обитает Тиен.

Никого из прислуги, как назло, в коридорах не наблюдалось. А вот не совсем приятный сюрприз не замедлил явиться.

Уже практически бесцельно блуждавшая по коридорам принцесса заглянула в очередную комнату, оказавшуюся чем-то средним между музыкальным салоном и семейной столовой, в надежде увидеть там некую остроухую личность. Зайти к себе и дернуть за шнурок, конечно, было бы намного проще, но Эля не искала легких путей. Найти эльфа самой было интересней.

Она и нашла. Правда, совсем не того, кого искала. В комнате, в которую заглянула младшая принцесса, сидели тетя Женевьева и ее брат. Эля пару раз моргнула, искренне полагая, что только что увиденное — не более чем иллюзия.

— Ах, Эля! Доброе утро! — сказала одна из воображаемых фигур голосом тетушки, поднимаясь с кресла, и младшая принцесса мгновенно пришла в себя. Эльфы? Иллюзии? Не о том она думала! А вот сверкающий глазами папа-король — это действительно важно.

— Д-доброе утро, — присела в реверансе Эллея, поспешно натягивая маску спокойствия и пытаясь не выдать смятения. Голос, впрочем, все равно дрогнул, но девушка понадеялась, что родственники, если и заметили, не посчитали это признаком испуга или вины.

Женевьева ловко схватила племянницу за руки, втаскивая в комнату и преувеличенно радостно объясняя:

— А мы с твоим отцом как раз о тебе говорили. Джордан упрямо не верит мне, когда я говорю, что все хорошо и беспокоиться совершенно не о чем. До чего же невозможный человек! Вот именно из-за него я и сбежала в чужую страну, вышла замуж за вампира и отказываюсь возвращаться обратно!

— Дженни, прекрати, — поморщился его величество, — это все равно не поможет. И перестань уже так ненавязчиво закрывать мою дочь собой: я, в отличие от твоих новых сограждан, не кусаюсь.

Эля подавила нервный смешок. Ее отцу это и не нужно. Король Джордан отличался очень спокойным и в чем-то даже невозмутимым нравом, что находило отражение и в политике, и в семейных делах, но иногда становился хуже любого вампира или оборотня. В те моменты, когда рассыпалась маска сдержанности, единственным желанием окружающих оставалось желание превратиться в невидимок. Послам и дипломатам в такие времена не везло больше всех. Теми, кто мог безбоязненно приближаться к королю во время подобных перепадов настроения, были мама и сестры, хотя последние тоже иногда попадали под горячую руку. Но Эля помнила всего два таких случая. Даже близнецы старались вести себя тише и не попадаться отцу на глаза, откладывая шалости и попытки членовредительства до более благоприятных дней. А ведь отец даже голоса не повышал и уж точно не кусался.