Р. Мэтьюсон - Без сожалений (ЛП)

С Изабеллой он казался более расслабленным и счастливым в самом начале, прежде чем позволил своему разочарованию в ее недостатках повлиять на свои суждения. Она понимала, что все они находились в опасности, но поняла бы и даже приняла, если бы Крис уехал на какое-то время, чтобы защитить свою пару. Он собирался жить последующие сто семьдесят лет, если будет осторожен, а может и дольше, если она сможет найти способ обратить его, не убив, и она бы поняла, если бы ему понадобилось несколько лет на то, чтобы уединиться и обезопасить их всех, пока не закончится это глупая война. Нет нужды жертвовать своей жизнью ради них. Она не хотела этого, да и остальные тоже. Они только хотели, чтобы Крис был счастлив, а если он доведет ситуацию до конца, этого не случится.

– Медисон? – позвал нерешительно Ефраим с другой стороны закрытой двери ванной комнаты, заставив ее вздрогнуть. Она терпеть не могла, когда он вот так к ней подкрадывался. С гребаными способностями Стража она должна была бы знать в ту же секунду, когда он шевелился. – Ты голодная?– спросил он, и запах горячей еды защекотал нос, заставив заурчать желудок.

Она уже открыла рот, чтобы послать его, потому что все еще злилась на него, но упрямый Ефраим просто зашел в комнату, не дожидаясь ее ответа. Она сощурила глаза, глядя на него, и заметила жалобное выражение лица, затем глянула на поднос в его руках. И жадно облизала губы, увидев большой кусок запеченного сэндвича с сыром и полную чашку макарон с сыром.

Десять лет назад ради детей Ефраим научился готовить, но смог осилить всего два блюда: макароны с сыром и запеченный сэндвич с сыром, который, если ей не изменяет память, были запредельно вкусными.

– Держи, – сказал он, поставив поднос на кровать возле нее.

– Спасибо, – произнесла она, не в силах оторвать взгляд от еды. Она так хорошо пахла, но была маленькая проблема. Она не могла есть человеческую еду, не имея немного крови в желудке, иначе утром начиналась тошнота.

– Если хочешь я схожу вниз и принесу пакет крови, но я бы предпочел, чтобы ты взяла у меня. Я знаю, что ты на меня злишься, дорогая, и понимаю, но хочу, чтобы ты знала, что мне тоже не нравится, что делает Крис, – тихо объяснил Ефраим.

Впервые с того момента, как Медисон увидела еду, она посмотрела на Ефраима и чуть не заплакала, увидев выражение боли на его лице. Она знала, как сильно он любил Криса и хотел, чтобы тот был счастлив. Зная об этом, она понимала, что он более чем в ужасе от того, что случилось, и почувствовала вину, за то что прибавила ему забот.

– Я возьму у тебя, если ты не против, – согласилась она, чуть улыбнувшись, когда Ефраим с облегчением выдохнул.

Он убрал поднос и, сев спиной к кровати, открыл для нее свои объятия. Медисон обошла его и, усевшись к нему на колени, нежно поцеловала его в губы.

– Извини, что была такой врединой, Ефраим, – сказала она, снова поцеловав его.

Он обхватил руками ее попку, нежно массируя ягодицы, ответил на поцелуй.

– Ты не была врединой, детка. Я понимаю, что ты расстроена. Все мы были.

– Твой сын – идиот, – пробормотала она у его губ

– Знаю, – вздохнул он, – Я отправлюсь за ним через пару часов. Надеюсь втолковать в него кое-что.

– Надеюсь, он послушается.

Он выдавил улыбку.

– Давай подумаем об этом позже, детка.

Медисон хотелось спорить, просить и умолять его о том, чтобы он заставил Криса поступить правильно, но не смогла. Он уже был напряжен, и она не хотела волновать его еще больше. Не специально.

– Хорошо, – неохотно согласилась она.

– Возьми, сколько нужно, – сказал он, наклонив голову набок.

Медисон наклонилась и поцеловала его в шею, затем позволила выскользнуть клыкам и впилась в его шею. Ефраим громко и протяжно застонал, крепче схватив ее ягодицы. Запах его возбуждения секунды спустя достиг ее, и она не смогла его проигнорировать. Они уже несколько дней не занимались любовью, и это была ее вина. Желая помириться, она протянула руку между ними, освободила его член из пижамных штанов и начала медленно гладить.

– Ты не должна этого делать, Медисон, – отрезал он, застонав.

В ответ она ускорила свои движения и сильнее потянула его шею, зная, как ему это нравится. Когда почувствовала, что он затих, она оторвалась от его шеи и склонилась над ним, чтобы взять его в рот.

– Черт, – простонал Ефраим, когда его член набух у нее во рту за секунду до того, как он кончил. Она проглотила все до последней капли и отодвинулась, чтобы облизать головку.

– Иди сюда, – прорычал он, и она подчинилась, более чем готовая к тому, что как знала будет очень длинной ночью, наполненной сексом. Она уже собиралась сесть, когда услышала что-то странное. Ефраим замер под ней, резко повернул голову и обнажил клыки, когда почувствовал запах оборотня в комнате.

– Мама! Папа!

Переводчики: m_red

Редактор: oks9

Глава 29

– Пожалуйста!

– Нет! – отрезал Крис.

– Но я...

– Тебе придется потерпеть.

– Не могу.

– Можешь!

– Не могу, ты, большой придурок, поэтому отвези меня к ближайшей заправке или куда-то, где есть туалет, пока я не написала в штаны!– выпалила Иззи, более чем раздраженная и готовая удавить его собственными руками. Она бы так и сделала, не будь все еще связанной. К счастью, чуть больше трех часов назад она умудрилась сделать так, чтобы ее все еще закованные руки оказались впереди, и даже смогла освободить ноги, по крайней мере, у нее имелся минимальный комфорт. Признаться, ей стало бы еще лучше, если бы она могла посетить ванную, не умирала от голода и не была до тошноты изнурена.

– Ты сказала "написала"? – спросил Крис, прозвучало так, словно он забавлялся, и Боже упаси, если это так, и она увидит хотя бы отсвет улыбки в зеркале заднего вида, Иззи переберется на переднее сиденье и выбьет из него дух.

– Да, – процедила она сквозь стиснутые зубы. – Мне надо пописать, ты, бесчувственный ублюдок!

Он тяжело вздохнул.

– Теперь отстань, ты ранила мои чувства, – сказал он, прозвучало так, будто он еще больше забавлялся, и Иззи поняла, что большего повода надрать ему задницу ей не требуется! Изабелла уже намеревалась так и поступить, но ей напомнили, что уже невмоготу.

– Я не шучу! Мне и правда надо!

– Хорошо, – ответил он и начал останавливать машину.

– Ты какого черта творишь? – спросила она, глядя, как машины проносятся мимо них.

– Останавливаюсь, чтобы ты могла сходить в туалет. Как ты думаешь, что я делаю?

У нее отвалилась челюсть, когда она посмотрела направо и увидела редкий лесок. Господь Всемогущий, да она могла видеть тридцать метров вглубь. Она не собиралась идти писать около шоссе, где каждый может ее видеть.