Дженнифер Арментроу - Опал

— Это напоминает мне видео Whitesnake*, - сказал Деймон.

Whitesnake* — британо-американская рок-группа, играющая хард-рок с блюзовыми элементами, созданная в 1977 году.

— А? — я провела рукой по волосам, надеясь на сексуальный вид, а не вид "Моя голова вылезла из машины".

— Если ты начнешь влезать на автомобильные капоты, думаю, я мог бы жениться на тебе.

Я закатила глаза и выпрямилась, еще раз тряхнув головой.

— Готово.

Он уставился на меня. — Ты милая.

— Ты странный. — Я встала и быстро поцеловала его в щеку, прежде чем я балансировала в по колено высокой траве. Каблуки — нехорошая идея.

Лесоруб вышибала появился из ниоткуда, все в том же комбинезоне. Руки размером со ствол были сложены на груди. — Кажется, я сказал вам двоим забыть это место?

Деймон встал передо мной. — Нам нужно увидеть Люка.

— Мне нужно много чего в жизни. Например, я хотел бы найти приличного биржевого маклера, который не потерял бы половину моих денег.

Лааадно. Я откашлялась.

— Мы не задержимся надолго, но, пожалуйста, нам действительно нужно его увидеть.

— Прости, — сказал вышибала.

Деймон склонил голову в сторону.

— Должно быть что-то, что поможет нам убедить тебя.

О, Боже, пожалуйста, скажи мне, что он не…

Вышибала приподнял бровь и стал ждать.

Деймон улыбнулся — этой сексуальной причудой его губ, от которой каждая девчонка в школе спотыкалась о собственные ноги, и я… я захотела залезть под машину.

Прежде, чем я могла умереть от смущения, у вышибалы зазвонил телефон, и он вытащил его из кармана. — Что случилось?

Я воспользовалась моментом, чтобы ударить Деймона локтем.

— Что? сказал он. — Это сработало.

Вышибала рассмеялся. — Я не очень занят. Просто разговариваю с кретином и милой леди.

— Что, прости? — удивлённо спросил Деймон.

Я подавился смешок.

Вышибала оскалился, а потом вздохнул. — Да, они здесь ради тебя. — Пауза. — Конечно. — Он отключил телефон. — Люк увидится с вами. Зайдете и направляйтесь прямо к нему. Никаких танцев сегодня, или что вы двое делали в прошлый раз.

Неловко. Я опустила голову и проскользнул мимо вышибалы. У двери он остановил Деймона. Я посмотрела через плечо.

Вышибала подмигнул Деймону, когда передал ему что-то, что выглядело как визитная карточка. — Вообще ты не мой тип, но я могу сделать исключение. — Мой рот открылся.

Деймон взял карточку с улыбкой, а затем открыл дверь. — Я же говорил, — сказал он мне.

Я отказалась ему отвечать, вместо этого сосредотачиваясь на клубе. Ничего не изменилось с прошлого раза. Танцпол был переполнен. Клетки свисали с потолка, покачиваясь от движений внутри. Люди танцевали под тяжелый ритм. Другой, странный мир был спрятан в эпицентре нормальной жизни. И это место странным образом все еще было заманчиво для меня.

Внизу темного коридора высокий мужчина ждал нас у двери. Пэрис, Лаксен-блондин, которого мы встретили в прошлый раз. Он кивнул Деймону, открыл дверь, а потом отошел в сторону.

Я ожидала увидеть Люка, развалившимся на диване, играющим в приставку, как в прошлый раз, поэтому я была в шоке, когда обнаружила его за столом, стучащим по ноутбуку с сосредоточенным лицом.

Сотни стопок исчезли.

Люк даже не поднял глаза.

— Пожалуйста, садитесь. — Он махнул на соседний диван, весь такой деловой.

Взглянув на Деймона, я прошла с ним к дивану и села. В углу стояла высокая желтая свеча, от которой распространялся запах персиков по всей комнате. Все это была декорация. Вела ли дверь за столом в другую комнату? Здесь ли жил Люк?

— Слышал, вы, ребята, не далеко ушли на Маунт Везер в прошлый раз. — Он закрыл ноутбук и сложил руки под подбородком.

— Насчет этого, — сказал Деймон, наклонившись вперед. — Ты не знал о щитах оникса?

Парень — маленький мини-магнат, мафия в законе, кем бы он ни был — стал очень тихим. Комнату наполнило напряжение. Я ждала, что что-то взорвется. Надеюсь, не один из нас.

— Я вас предупреждал, что могут быть вещи, о которых я не знаю, — сказал он.

— Даже я не знаю всего о Дедале. Но, думаю, Блейк на правильном пути. Он прав насчет всего того, что заключено в блестящем темно-красном материале. Возможно, мы стали не восприимчивыми к поражению щитами оникса.

— А что, если это не так? — спросила я, ненавидя ледяное чувство проходящее по моим венам.

Аметистовый взгляд Люка был сосредоточен. — Что, если это не так? У меня есть ощущение, что это не остановит вас от попыток. Это риск и у всего есть риск. Вам повезло, что вы выбрались оттуда в прошлый раз до того, как кто-то понял, что произошло. Вы получили еще один шанс. Большинство людей не получают.

Беседовать с этим ребенком было странно, потому что у него были манеры и речь образованного взрослого.

— Ты прав, — сказал я. — Мы все еще собираемся попробовать.

— Но знать, что все в опасности наперед, кажется несправедливым? — Он заправил назад прядь каштановых волос, его ангельское лицо было бесстрастным. — Жизнь несправедлива, детка.

Деймон застыл рядом со мной.

— Почему у меня такое ощущение, будто ты о многом нам недоговариваешь?

Губы Люка образовали полуулыбку. — Во всяком случае, вы пришли сюда не только из-за тех щитов оникса? Давайте ближе к делу.

Раздражение мелькнуло на лице Деймона.

— Нестабильные гибридные напали на Кэт.

— Это то, что делают неуравновешенные люди, гибриды они или нет.

Я подавила резкий ответ. — Да, мы поняли это, но она была моей подругой. Она не давала никаких признаков, что знала что-то о Лаксенах. Она была в порядке, заболела, а потом пришла в мой дом и сошла с ума.

— У тебя не было никаких указаний, ты знал что ЕТ не звонил домой.

Что за надоедливый ребёнок. Я сделала глубокий вздох.

— Я понимаю, но это было совершенно неожиданно.

Люк откинулся на спинку стула, закинув ноги на стол и скрестив их в лодыжках.

— Я не знаю, что сказать вам насчет этого. Ей, возможно, известно о Лаксенах, ей причини ущерб, и некий бедный олух не смог ее исцелить. Или мужчина вытащил ее с улицы, как они делают это временами. И в случае, если вы не знаете каких-то крутых способов пытки и не хотите их применять на сотруднике Дедала, я не знаю, как вы вообще узнаете.

— Я не могу согласиться, — прошепатала я, зная, что это приведет к некой завершенности и справедливости.

Он пожал плечами. — Что с ней случилось? — Любопытство окрасило его тон. У меня перехватило дыхание, когда я сжала руки в кулаки.

— Она больше не…

— Ах, — пробормотал Люк. — Она спонтанно самовозгорелась? — выражение моего лица, должно быть, говорило само за себя, потому что он грустно вздохнул. — Жутко. Сожалею. Своеобразный урок истории для тебя — ты знаешь все эти необъясненные случаи спонтанного воспламенения на протяжении всей истории?