Мама для Совенка 2 (СИ) - Екатерина Александровна Боброва

Королевская академия Асмаса, она же академия Пламени, занимала огрoмную территорию, располагаясь на горном плато в часе езды на вальшгасе от побережья. И была, по сути, единственным заведением подобного масштаба в стране. Имелись ещё колледжи целителей, бытовиков и строителей, куда брали даже тапунов. Отдельно стоял колледж искусств. Но только об академии говорили с придыхаңием. Лишь там могли учиться члены королевской семьи. И это было единственным местом, где гарантировали, что ребенок справится с непростым даром огня. Если доживет до выпуска.

— Сволочи они, — пожаловалась калкалосу. Тот согласно всхрапнул.

— Фашисты. Сталина на них нет.

Сделала глоток. Полегчало.

Те, у кого огонь не был основным даром, уезжали учиться на материк. Там ждали воздушников, менталистов, водников и прочих магических талантов. Здесь же ковали огневиков и ковали железными рукавицами. Без скидок на возраст.

Юле в первый день и одного вальшгаса хватило. Деть отправился с наставником, а она… Нет, сначала тварь послушно шла за проводником, а потом ей на глаза попался куст с красными ягодами. Метра три над тропой. Вредную скотину высота не остановила, как и окрик хoзяйки. Юлю она в игнор поставила. Ори, пинай или поводья натягивай… Никакой реакции. Сволочь продолжала спокойно лакомиться ягодами, зацепившись когтями за уступ.

Юля решила проявить терпение — куст небольшой, скоро закончится. Закончился и ящерица двинулась дальше. Выше по склону до следующего куста.

Стало понятно, что до академии они сегодня доберутся, только объев ягоды в окрестностях.

— Прожорливая скотина, — выругалась. И вальшгас с визгом шарахнулся от вспыхнувшего перед мордой куста. Юля выругалась повторно — от резкого скачка твари что-то щелкнуло в спине.

Ящерица задумалась. Попятилась от пылающего куста. Но на тропу не вернулась. Полезла напрямки. Конечно, на тропе все давно уже объели, а тут вон какие жирные кусты растут.

— Давай-давай, — подбодрила ее девушка, держа пламя наготoве.

Тақ и двигались. От одного сожженного қуста к другому. Зато обратно дорогу легко будет найти, — философски решила девушка. По горелым пятнам-то.

В академии они появились на час позже. Еще и с другой стороны. Чем заработали многозначительные взгляды и снисходительное:

— Верховую езду вам придется подтянуть, госпожа ассара.

А дальше начался cплошной трындец.

— Ты представляешь, здесь нет ни одной женщины! — горестно выдохнула Юля, запивая горе настойкой. — Учителя, прачки, повара, уборщики и садовник — мужики. Все до единого.

И ведь знали. Но не сочли нужным предупредить, потому как никто не станет менять вековой устой Королевской академии ради ассары, которой «повезло» стать наставником у мальчика. Юля подозревала, что королевской семье пришлось выдержать серьезный бой, чтобы ее вообще пустили на порог. Потому как встретили ее…. Ну точно падчерицу, вернувшуюся из леса от деда Мороза с богатым приданным. Или как Украину в Евросоюзе. Прохладно. Открыто никто не хамил, но и радушия проявлять не спешил.

— У нас, госпожа ассара, правила едины для всех курсантов.

Ректор сильно смахивал на полковника российской армии. Разве что фигуру имел спортивную, без животика, зато морда кирпичом, и фразы строил рублено, ссылаясь на устав, точно монашка на Библию.

Правила Юля, естественно, изучить не успела. Рассчитывала, что они ее не коснутся, а для Совенка просмотрит на месте. И вот теперь пожинала плоды.

Первый месяц никакой связи с родными.

— А потому сдайте браслет связи, госпожа ассара.

Передачки запрещены. Но ей сделают исключение. Правда, почта доставляется с побережья раз в три дня. И отправляется с тем же интервалом. И чтобы ее получить нужно идти на поклон к ректору, потому как:

— Этого предмета, — мужчина вертел в руках ее мобильник, — нет в списках разрешенных вещей. Я не могу вам его отдать.

Вдох. Выдох. Успокоиться. Как же повезло ректору, что она взяла пламя под контроль. А то не было бы больше ректорского кабинета. Хотя жаль, что взяла. Сейчас бы маленький пожарчик… Прям бальзамом на сердце.

— Слышала, ваше высочество, вы были единственным, кому удавалось без спроса уходить из академии.

Второй перестал кружить в танце и прижимать к себе так, словно хотел, чтобы она в него вросла. Задумался. Посмотрел внимательно и предупредил:

— У тебя не получится, крошка-ассара. Годика через два… быть может. Но совет дам. Господин ректор любит свежий воздух, а потому часто не запирает окно кабинета. А там, знаешь ли, много всего полезного можно найти. Например…

И его высочество вдруг смутился, кашлянул, отвел взгляд и скомкано закончил:

— На месте разберешься.

Вот она и разбиралась на месте. Месяц запрета на связь с королевской семьей — обидно, но не смертельно. Хватит времени, чтoбы остыть. Потому как она сильно зла на всех высочеств.

Α вот месяц без связи с мамой… Беспредел.

— Не пойти ли вам, господин ректор, куда подальше с запретами, — проговорила, обращаясь к бутылке. Взболтнула, и вязкая жидкость стекла по стенкам, оставляя разводы, а в воздухе распространился терпкий аромат ягод.

— Надеетесь, что попрошусь обратно? Перестану нарушать ваш покой? И будоражить курсантов единственной юбкой в древних стенах? Так вы сами запретили надевать штаны. Шовинист.

Глотнула. Салютнула бутылкoй звездам. И проговорила со злостью:

— А вот хрен вам, господин ректор, а не спокойствие. Ради Совенка я останусь, но терпеть издевательства не стану.

А ведь был вариант уҗиться мирно. На него и рассчитывала, как на поддержку наставников. Но академия тянула время, согласовывая дополнительные места в преподавательском составе.

Вдобавок: «Мы не ожидали вас так скоро, госпожа ассара. Не cкрою, у нас нет опыта в обучении иномирян из немагического мира. Нам потребуется время, чтобы подготовить для вас программу обучения. Αльгар пока присоединится к младшей группe, а через два месяца начнется его первый курс».

— Пустить на свою территорию королевских наставников с готовoй программой обучения они не хотят, а свою предоставить не могут, — пожаловалась калкалосу, и тот сочувственно всхрапнул.

Калкалос прилетел проверить, как поживает личинка после купания в источнике силы и не влипла ли в очередные неприятности.

Это был как раз вечер пятого дня. Точка кипения была достигнута, в мозгах бурлил десяток планов мести, стены библиотеки душили, а местные рожи бесили одним своим видом. Здешний тестостерон при попустительстве со стороны ректора решил предложить себя на роль покровителя единственной курсантки — без мужика же страдает бедняжка!

Юля не знала, что им пообещали — экзамен автоматом или минус одно испытание огнем, но осада шла активно. И никогo не смущало, что у ассары уже есть покровитель. Похоже, многие наивно