Айрин Луна - Танец Пепла

— Красивое имя. Откуда ты? — Я замерла. Рука непроизвольно сжала кружку с молоком так, что заломило пальцы. Хозяин чуть нахмурился, но неожиданно мягко заметил. — Ты прости, что всё расспрашиваю. Ты кушай. Потом расскажешь. — Улыбнулся он, но глаза остались осторожными.

Остаток завтрака прошёл в тишине. После того, как я через силу проглотила хлеб с молоком, в дом снова забежали собаки. Оказавшись перед хозяином, они несколько раз отрывисто гавкнули, и тот, кивнув им в ответ, снова посмотрел на меня.

— Белка и Стрелка истопили баню и приготовили тебе смену одежды. Следуй за ними.

— Благодарю, Беорн. — Чуть поклонилась я, вставая. Уже в дверях, он снова окликнул меня.

— Твои спутники, все как один, выбрали озеро. Ты же, даже не спросила, что такое баня. — Невысказанный вопрос повис в воздухе. Обернувшись, я встретилась со взглядом золотых глаз.

— Я знаю, что такое баня. — Мои губы тронула грустная улыбка. — А берёзовый веник тоже есть? — Беорн покачал головой и, когда я уже шагнула за порог, тихо добавил.

— В Средиземье не растут берёзы.

Следуя за Белкой и Стрелкой, я обогнула дом. Позади «терема» сквозь камыши поблёскивало озеро, со стороны которого доносились громкие мужские голоса и плеск воды. Недалеко от деревянного настила, ведущего к водоёму, стоял ещё один небольшой сруб, куда и поторапливали меня мои сопровождающие. Времени не было даже на то, чтобы толком осмотреться.

Внутри бани витал знакомый аромат тёплого дерева и трав, что заставило губы растянуться в невольной улыбке. Беорн был прав, здесь, действительно, кроме меня никого не было. Скинув свою потрёпанную, грязную одежду и захватив уже приготовленные банные принадлежности, я поспешила скрыться в парилке, где сначала с воодушевлением отмыла и оттёрла себя от «походной копоти», а потом, завернувшись в длинную простыню, просто наслаждалась расслабляющим теплом. Последний раз я была в банном доме, ещё путешествуя с Миртой и её семьёй, хотя те заведения и были больше похожи на купальные дома, наполненные горячим влажным паром. Здесь моё тело, казалось, заново задышало, впитывая как губка, травяной жар.

Тут отдыхала и моя душа. Слёзы непроизвольно катились по щекам, смешивались с каплями воды. Я даже не пыталась их сдержать и наедине с самой собой изливала скорбь по тому, что потеряла. Выплёскивала из себя всю тоску, горечь и разочарование, и эти чувства, как и мои слёзы, под действием целительного тепла превращались в пар. Постепенно я успокаивалась, ощущая себя очистившейся и посвежевшей снаружи и изнутри.

Ещё раз омывшись холодной водой, я завернулась в простыню и вышла в предбанник. Здесь кто-то уже приготовил чистые бельё и вещи. Я неторопливо оделась, и теперь на мне, поверх нижней сорочки, была длинная, льняная рубаха, с расшитыми красным рукавами и подолом. Заплетев волосы в косу и подпоясавшись своим ремнём, ещё раз взглянула на свой наряд. Чем-то он напомнил мне древнерусский костюм. — Хватит ностальгировать. — Встряхнула я головой и вышла на свежий воздух, где, как оказалось, меня уже ждала другая сопровождающая. Рядом с дверью сидела чёрная кошка. Завидев меня, она вышла на дорожку, оглянулась и, призывно мяукнув, неторопливо зашагала к дому. — Похоже, что без присмотра меня здесь не оставят. — Ухмыльнулась я себе и последовала за чёрной мини-пантерой. Когда мы переступили через порог, стало понятно, что настало время обеда. Все участники похода, включая и самого хозяина, уже сидели за трапезой. Кошка подвела меня к единственному свободному стулу во главе стола, напротив Беорна, от чего стало как-то неловко, но «богатырь» решил за меня мои сомнения.

— Садись, девица, садись. Не стесняйся. — Его громкий голос сразу привлёк ко мне внимание присутствующих, которые теперь все как один рассматривали мой наряд. Продлилось это, к счастью, недолго, и внимание мужчин перетянула на себя еда.

После обеда, все участники похода вновь скрылись за дверью, приготавливать снасти и провиант для дальнейшего путешествия. Они всё ещё избегали общения со мной, а я, в свою очередь, была только рада остаться одна. После охватившего меня в горах безумия, в их компании мне было неуютно, и всё казалось, что они как-то странно на меня смотрят. Я только устроилась у окна, когда ко мне подбежали Белка и Стрелка. Они звонко тявкнули, чем заслужили недовольное шипение дремавшей у меня на коленях кошки.

— Иди с ними. — Раздался в дверях голос Беорна. — Они тебе покажут твою спальню и снимут мерки.

— Снимут мерки? — Я не понимающе уставилась на собак.

— У тебя нет одежды для дальнейшего путешествия, а они что-нибудь придумают. Знаешь какие они у меня рукодельные?

— Благодарю, но не стоит беспокоиться. У меня есть ещё… — Но Беорн прервал меня на полуслове.

— Не придумывай. Иди с ними. Или, думаешь, я не вижу, что ты одета с гномьего плеча. — Поняв, что спорить было бесполезно, я отправилась за верными друзьями человека. Животные проводили меня в просторную спальню, с высокой кроватью и небольшим камином. Тут уже были разложены отрезы ткани, кожи и швейные принадлежности. Я устроилась с кошкой на широкой кровати и теперь с интересом наблюдала за ними. Всё это действо очень напоминало мне странную версию Алисы в стране чудес.

Время текло очень медленно, но покидать общество четвероногих и выходить к гномам и Гендальфу мне сейчас не хотелось. Перед взором периодически вспыхивали образы из моего мира, из-за чего на глаза наворачивались слёзы, но той исступляющей боли уже не было. Казалось, что мою душу обкололи новокаином. А если говорить на чистоту, то я уже давно догадывалась, что обратного пути нет и не будет. Просто никогда не думала, что развязка будет такой.

Из полудрёмы меня однажды вырвал стук в дверь, а после приглушенный голос Беорна.

— Оставь её, волшебник. Ей сейчас нужен покой. Она сама выйдет, когда придёт время. — А потом — звук удаляющихся шагов. Когда я разомкнула веки в следующий раз, за окном уже было темно. В комнате со мной была только кошка, и где-то приглушённо звучала музыка. Пел мужчина, с глубоким, низким, чуть хрипловатым голосом. Но что поразило меня больше всего это была сама песня. Возможно, это был только обман слуха, но я не могла удержаться и тихо вышла из комнаты, ведомая такими знакомыми и родными переливами мелодии.

Просторная комната была окутана полумраком. Единственным источником света был огонь в камине, вокруг которого собрались хозяин и его незваные гости. Скрытая тенями, я стояла, чуть прикрыв глаза и облокотившись на дверной проём. Пел Беорн, а я знала каждую строчку, каждое слово этой песни. Она разливалась по венам, наполняя разум светлыми образами моей прошлой жизни. Откуда гостеприимный хозяин знал слова и мелодию, и почему пел именно эту песню — не известно, но в тот момент я была невыразимо благодарна ему.