Королевская кровь-13. Часть 2 - Ирина Владимировна Котова

столько раз рассказывала, что могу ночью, не просыпаясь, повторить. А ты, — она поколебалась, — расскажешь мне про то, как проходило ваше путешествие с Четом? Он, конечно, мне говорил, но ты же знаешь этих мужчин. Никаких подробностей!

И пока они медленно-медленно бродили по парку, от тени к тени, пока сидели в беседках, отдыхая, пока Алина пила живительную воду из источников в парке и любовалась терновником и малышами-анодари, Света рассказывала ей про ребенка и про то, как дух, вызванный Веем, защитил его, и про бой Чета с богом, и про то, как думала она, что Четери умер, а он долго спал и очнулся слепым.

А принцесса поведала обо всем, что случилось с Четери в Нижнем мире с тех пор, как она увидела его в лесу, когда пряталась в папоротнике. Света слушала с благодарностью — и Алина старалась упоминать все детали, потому что понимала, как ей самой было бы интересно и важно слушать про Макса.

Целебная драконья водичка словно делала ее крепче, и даже в голове стало яснее.

— Иногда мне не верится, что я вышла за него, — пробормотала Светлана, покачав головой. — Он такой один во всем мире.

— В двух мирах, — совершенно искренне сказала Алина. Для нее Макс тоже был исключительным и единственным, но уникальность того, кто сопровождал их, принцесса видела и осознавала.

Малыш захныкал, Света села кормить в беседку, как-то хитро ослабив слинг и развернув его, а Алина тихо уселась напротив, слушая Светлану дальше и размышляя о своем.

Вей Ши призвал духа равновесия на службу с помощью своей крови. Макс говорил, что духи, живущие в дубах, тоже призваны и выращены на его крови. И барон фон Съедентент вчера рассказал, что Макс иногда подкармливал их своей кровью. Могло ли быть так, что в дубах сохранилась информация о его ауре? Как это проверить?

— А еще, — с горечью говорила Светлана, отнимая заснувшего Марка от груди, — он совсем перестал тренироваться. И вообще не улыбается, представляешь? Может, хоть ты его развеселишь… О, Четери, — тихо обрадовалась она, и Алина обернулась.

Чет шел от белеющего вдалеке, за толщей деревьев, дворца, и шел один. Ступал он медленней, чем это было ему свойственно, с едва заметной неуверенностью, но двигался прямо к ним — и Алина почувствовала, поняла в этот момент, что и ее упорство в отказе от помощников, и его — в том, что он, ослепший, все равно пытается жить обычной жизнью, — имеет одну природу. Им обоим нужно встать на ноги.

Он приблизился — и Алина увидела, что седина покрыла его красные волосы, словно припорошила снегом, увидела и неподвижные зеленые глаза с яркой красной полосой поперек. Очень страшно было смотреть на него. Очень.

— Твой огонь, принцесса, сияет так ярко, что я не мог заблудиться, — сказал Четери, подойдя к беседке. Ощупал край перил, поднял ногу, чтобы встать на ступеньку, но запнулся, и только владение телом позволило ему замереть и не упасть. Подошел к едва не вскрикнувшей Светлане, безошибочно поцеловал ее в лоб, погладил сына.

— Родители искали тебя, — сказал он. — Вы хотели сходить искупаться?

— Да, — ответила Света, улыбаясь с тревогой. — Я оставлю вас поговорить, — добавила она, поднимаясь.

— Подожди, — попросил Четери, мягко обняв ее за плечи. — Марк поел?

— Только что, — чуть расслабившись, ответила Светлана. И прижалась к нему на мгновение, словно желая одновременно обрести силу и поддержать, заглядывая ему в лицо с какой-то отчаянной надеждой.

— Тогда давай его мне, — сказал дракон, — тебе нужно отдохнуть.

Алина видела, как на мгновение заколебалась Света, но все же повернулась спиной к Четери, и пока он на ощупь развязывал узел, прикрыла глаза, как безумно уставший человек.

Малыш Чета выглядел совсем крошечным и, одетый в совершенно кукольный комбинезончик и шапочку, лежал в огромных ладонях Чета как в колыбели. Алина смотрела на него, отчего-то чувствуя, как подступают к глазам слезы. Смотрела, как довольно уверенно уже Чет подвязывает слинг и улыбалась сквозь них.

Она никогда не думала о детях, но ведь у них с Максом когда-нибудь мог бы тоже появиться ребенок. Если бы не…

«Никаких „если бы“, Богуславская, — сказала она себе мысленно тем самым голосом. — Никаких сомнений!»

Света, сжав на мгновение руку Алины, поцеловала мужа в щеку и пошла ко дворцу.

А Чет повернулся к Алине, и она встала, обняла его, аккуратно прижалась сбоку, чтобы не задеть малыша. И дракон тоже обнял ее. Ощупал осторожно — тонкие руки, острые плечи, выступающие ребра.

— Ты стала еще мельче, да? — усмехнулся он.

— Почти сносит ветром, — всхлипнула Алина. Подняла голову, глядя ему в глаза. — Как же так, Четери?

Она хотела сказать: «Это же несправедливо! Этого не должно было случиться с тобой!», но заплакала и быстро заморгала, чтобы не ранить его слезами и жалостью. Она за их совместное путешествие на Лортахе так привыкла к тому, что он постоянно в движении, постоянно либо весел, либо свиреп, замечает все вокруг и жадно живет своей жизнью, что ей было не по себе.

— Так бывает, — ответил он, положив ладонь на чуть зашевелившегося ребенка. Четери был живой, горячий, от него веяло все той же мудростью и спокойствием, но казалось, будто огонь его потух, будто растаял азарт, с которым он относился к жизни. Будто его жизнелюбие сменилось безысходностью. — Мне повезло, что у меня тренирован слух и я вижу ауры, а потому ослеп наполовину. Мы все чем-то искалечены, принцесса. Кто-то и вовсе не вернулся с войны.

Она усилием воли остановила слезы, помотала головой. Заставила себя улыбнуться.

— Так странно видеть тебя с ребенком, Четери. Забавно и мило.

Его губы чуть дрогнули, но Света была права — он не улыбался. И это было страшно.

— Для меня еще и поучительно. И отвлекающе. Пройдешься со мной? — предложил Четери, глядя на нее и сквозь нее. Больше всего ее пугал этот остановившийся взгляд.

И когда она потянулась, чтобы взять его под руку, он, то ли услышав, то ли увидев движение ауры, покачал головой. И она поняла, медленно пошла рядом, не касаясь его.

— Ты не ощущаешь его, да? — спросила она то, что глодало ее изнутри.

— Наоборот, ощущаю, — сказал Четери и повертел головой, словно прислушиваясь. — Со всех