Лютик для Лютого. Тайная слабость карателя - Елена Байм

вчера была полна решимости покорить столицу, а сегодня просто хочу жить.

Развернув сверток, я приятно удивилась. Платье было хоть и не дорогое, но очень добротное, из плотной мягкой ткани, практически по моей фигуре. Вместе с ним лежала красивая шаль с красочными разноцветными узорами, а под ней – теплые розовые панталоны.

Увидев их, я покраснела и смутилась. Неужели все-таки это был не сон, и Лютый приходил ночью ко мне в комнату и лежал рядом со мной, в одной кровати? И видел меня в хлопковой простой сорочке?

От такого предположения мое сердце учащенно забилось. Последние два года я копила деньги на побег, поэтому имела в своем гардеробе лишь два платья, экономя на дорогущем белье. Все равно платье длинное, не просвечивает, никто и не догадается, что под ним ничего, кроме сорочки нет.

Я и не предполагала, что могу оказаться в одной постели с незнакомым мужчиной.

Ошарашенная этой новостью, я подошла к кровати, сдернула одеяло и внимательно осмотрела простынь. Никаких следов близости не было. Я выдохнула.

Значит, приснилось. Вряд ли лежа рядом со мной, бандит не воспользовался моим беспомощным пьяным состоянием и не взял меня, мою невинность. Я видела, какими похотливыми и омерзительными становятся мужчины, когда пьют. А Лютый вчера пил вместе со мной. И он был не просто человек, а преступник, зрелый мужчина, двадцать лет просидевший в остроге, без женщин…

Я подошла к зеркалу, скинула сорочку. На меня смотрела изможденная худющая совершеннолетняя девушка, с копной некогда красивых длинных волос, цвета пшеницы. Красивое лицо, пухлые губы, этого не было заметно за усталым видом и выпирающими от постоянного недоедания скулах.

А еще шрамы. Я повернулась спиной, она вся была испещрена зажившими, но навсегда оставшимися следами от ремня опекуна и его ботинок. А бок, которым я пару раз ударилась, и в который меня пнул грабитель, на него смотреть было тошно. Большое черно-синее пятно.

Я дотронулась и тут же скорчилась от боли. Я знала, что есть лечебная мазь, но где ее взять.

После того случая с опекуном я слегла и сутки не могла ходить. Обеспокоенная мачеха, что осталась без так полезных в уборке комнат рук, принесла мне мазь и уже на следующий день я чувствовала себя вполне сносно и могла наводить порядок после постояльцев.

Не желаю мучить себя грустными воспоминаниями, я взяла переданное мне платье и надела. На удивление, оно село на мне очень хорошо.

Распустила и заново заплела косы. Расчески не было, пришлось распутывать волосы руками. Но они были послушные и много времени прическа не заняла.

После вчерашней настойки мое лицо выглядело слегка припухшим, но это и к лучшему, отвадит мужские взгляды. Глядишь, и каратель не позарится.

Надев изумительно мягкие и приятные к телу панталоны, набросив сверху цветастую шаль, я вышла из номера, в надежде отыскать, где остановился Лютый и сказать ему спасибо за вчерашнее спасение и за новое платье. И заодно выведать про мое будущее, чего он хочет.

Прошла по коридору, никого не было, народ словно вымер, решила вернуться обратно к себе, от греха подальше. Вдруг дверь одного номера отворилась, и из нее вышел Меченый.

Я сначала испугалась, а потом присела в приветственном поклоне.

- И тебе доброго. Красавица, ты как? – добродушно спросил он, подходя ближе.

- Благодарю, в порядке. Не подскажите, где я могу найти Лютого? Хотела поблагодарить за вчерашнее. – зачем-то пояснила я.

Меченый растерялся и внимательно на меня посмотрел.

- Так ты только что вышла из его спальни…

- Нет, вы верно ошиблись, мой номер – вот, - и я показала пальчиком на свою дверь. Почему-то мне не хотелось, чтобы этот отзывчивый мужчина думал обо мне плохо, как о чей-то подстилке.

Меченый перевел взгляд на меня, на дверь, опять на меня и задумчиво потер подбородок.

- Значит Лютый ночью не приходил? – он хитро прищурился, ожидая от меня ответ, при этом его голос звучал так, будто он собирался раскрыть важную чужую тайну.

7. Грязная тайна

Обращение к моим дорогим читателям (по итогам развернувшейся после этой главы жаркой дискуссии):

"В процессе ни одна продажная женщина не пострадала. Свечку никуда никому не вставляли!)))"

Я замолчала. Не хватало, чтобы из-за меня возникли проблемы у Лютого. И у меня тоже.

- Не знаю. – прошептала я, пожимая плечами. – Я вчера переволновалась, много выпила, проснулась только сейчас, никого рядом нет, ничего не помню.

- Аааааа…- разочарованно протянул Меченый. – Может в зал спустился, поесть? Тебе тоже бы не помешало.

Тут из других комнат тоже начали выходить бывшие каторжники, с которыми я имела неосторожность познакомиться ранее, разглядывая меня и Меченого с любопытством и и многозначительными ухмылками.

Я поспешила скрыться из их вида, быстро спускаясь вниз, пытаясь унять нахлынувшие омерзительные воспоминания и заставить перестать дрожать руки.

В трапезной Лютого не было. Сидело несколько мужчин, не обративших на меня никакого внимания, и пара женщин в ожидании богатых постояльцев, пришедших за плотскими развлечениями.

Как я уже убедилась, на втором этаже, где находились комнаты постояльцев и моя в том числе, Лютого тоже не было. Оставались закрытые комнаты на первом этаже, используемые для уединения с доступными женщинами за деньги.

Я понимала, что каратель скорее всего там, но это точно не то место, где следовало мне с ним встречаться и говорить спасибо. Еще в скрытом под видом таверны доме утех жены моего опекуна я насмотрелась на последствия того, что творилось в подобных местах. И этих знаний мне хватило за глаза.

Несмотря на то, что очень сильно хотелось есть, я поспешила к себе. Денег у меня не было, а просить записать на счет Лютого было бы верх наглости, я на такое не могла отважиться.

И только я ступила на первую ступеньку, как из комнаты, находящейся ближе всего к лестнице, донеслись стоны, а затем и женские крики:

- Лютый, пощади, прошу, не могу больше… пощади…

Сначала я хотела убежать, но любопытство и желание помочь страдающей женщине пересилило страх. Вдруг он взял ее силой, а никто не отважился прийти на помощь. Я по себе знала, насколько это страшно.