Лютик для Лютого. Тайная слабость карателя - Елена Байм

и стоявшего в нерешительности друга Лютого, зачем-то кокетливо стрельнув глазками и присев в реверансе.

Что это? Во мне проснулась женщина или хотелось вывести на эмоции этого бесчувственного и хладнокровного карателя? Я и сама не понимала причин своей спонтанной выходки.

- А девка то ничего, хорошенькая, как она в постели, горяча и вынослива? Поделишься?

Ответа я не услышала, так как зажала уши и стремглав бросилась прочь. Щеки мои пылали румянцем.

По пути чуть не врезалась в жену опекуна, выходящую из гостевой комнаты. Заметив мой растерянный вид, она сразу же пустила шпильки в мой адрес:

- Что, надеялась Лютый заберет тебя отсюда с собой? Да только больно ты ему нужна. С его деньжищами у него таких, как ты, тьфу! – она смачно выплюнула мне под ноги. И вдруг, переменившись в лице, с любопытством прошептала:

– Что-то ты не кричала сегодня ночью, полог тишины поставил?

Я удивленно подняла на нее глаза.

- Не притворяйся дурочкой, мне девки рассказали, какой он садист и извращенец в постели. Любит, чтоб жестко и кричали от боли. Зато деньгами не обижает, а ради этого можно и потерпеть. Рябую вон вчера чуть придушил, а потом такое вытворял, жуть. Вспомню, аж холодок по коже. Зато пять золотых дал. А потом к тебе пошел. Говори, сколько он тебе заплатил?!

Я вспомнила, как смущенно лежала на его горячей груди, как он швырнул передо мной монеты, и внутри стало горько.

- Не ваше дело! – впервые злобно прошипела в ответ и с гордо поднятой головой прошествовала к себе.

Сегодня опекуны ничего не могли мне сделать. Любой синяк, любое прилюдное оскорбление, и я могла потребовать разбирательств и защиты у законника. Потому что со вчерашнего дня я стала совершеннолетней.

Заперевшись в своей комнатке, я уложила платья, чулки и книги в чемодан, спрятала два золотых в лиф, заботливо завернула в платок пару пирожков, что захватила с собой с завтрака, и спустилась вниз навстречу своей новой жизни.

С огромным удовольствием распахнула дверь таверны и вышла на свежий воздух, ощущая свежий пьянящий запах свободы.

Я планировала сесть в попутную телегу и добраться до столицы. А там, уверена, рабочие руки всегда нужны.

План был прост и надежен. Только я не знала, что за мной началась охота...

Мачеха напоследок решила испортить мне жизнь и раструбила всем постояльцам, что я так хорошо удовлетворила этой ночью самого Лютого, что он щедро отсыпал мне золотых. Садясь в телегу, я и не подозревала, что грабители уже поджидают меня у первой развилки.

5. Нападение

Сидя в телеге, я начала нервничать. Примерно в ста метрах от таверны ко мне и двум женщинам подсели двое мужчин. Они весело переговаривались друг с другом, но я то и дело ловила их внимательные взгляды на себе.

На мне было скромное простое платье, полностью закрывающее руки, шею и ноги. Вид после работы в таверне был изможденный и уставший. Поэтому навряд ли я привлекла их как женщина. Значит, дело было в чем-то другом.

Может опекун обиделся на мое самоуправство и нанял их меня проучить, или это обычные бандиты, промышляющие на перевозочном тракте? Кроме двух золотых с меня нечего было брать.

А может кто-то из компании Лютого обиделся, что я лишила их развлечения и задумал отомстить?

Мыслей было много, а какая из них верная, я не могла определить.

Впереди показалась развилка, и телега свернула в сторону леса. Участок дороги был недолгий, метров триста, но глухой и безлюдный. Увидев, как оживились попутчики, нехорошие подозрения шевельнулись внутри.

Мои страхи оказались не беспочвенными. Едва мы скрылись за поворотом, как один из мужчин приставил нож к животу возницы и потребовал остановиться.

Тот мгновенно подчинился и выполнил приказ. Женщины в испуге завизжали, но грабитель постарше прикрикнул на них, предупредив, что если не замолчат, то лично порежет каждую. Ор прекратился.

Улыбнувшись, обнажив гнилые зубы в гадкой улыбке, он подошел к телеге с моей стороны. Я замерла, тщательно пытаясь сдержать повышенное сердцебиение.

Протянув руку, мужчина схватил меня за волосы и резко потянул вниз. Я громко ойкнула от боли, задев при падении травмированный вчера об угол стола бок.

- Езжай! – громко прокричал второй. Но возница испуганно переводил взгляд с одного на другого, и не трогался.

- Кому сказал, езжай, старый пень! – в голосе послышалось раздражение и гнев.

- Нннне мммогу. – прошептал возница, белый как полотно от страха. – Он мне гггголову за нннеее оторвееет, ессли не довезу в целлллости.

Мужчины переглянулись и с недоверием покосились на возницу.

Я, все это время лежавшая на пыльной дороге, согнувшаяся и прижимающая колени к животу, чтобы хоть как-то заглушить боль, попробовала встать. Мое движение заметил старший грабитель.

- Куда собралась, красавица?! – нахально пробасил он, подходя и пиная меня в живот. Я тихонечко завыла от боли.

Хорошо, что колени были согнуты и прижаты, иначе боль была бы в разы нестерпимее. Помню, однажды, сильно напившись, опекун полчаса бил меня ногами, вымещая свою злость, узнав, что жена изменяет ему с постояльцем.

Вот тогда месяц мое тело было похоже на один большой сплошной синяк .А сейчас… сейчас было больно, но терпимо.

- Давай монеты. - прохрипел второй, отвлекаясь от возницы и подходя ко мне.

- Какие монеты? – тихонечко спросила я. Честно, я была готова отдать им два золотых, лишь бы прекратились мои мучения. Но я боялась вытаскивать их из лифа при них, опасаясь, что у них могут возникнуть притязания другого плана. Поэтому решила держаться до последнего и молчать.

- Которые дал тебе Лютый. Говорят, ты так хорошо его ублажила и приласкала этой ночью, что тебя наградили, по-царски.

Так вот в чем дело! Кто-то пустил грязные слухи, и теперь я стала добычей для охотников за легкими деньгами.

- Вы заблуждаетесь, этой ночью Лютый был с другой женщиной, не со мной.

Мужчины переглянулись между собой и в следующий момент я почувствовала обжигающий кожу удар – пощечину.

- Говори, мерзавка, где деньги?!

- В сумке их нет… - раздался разочарованный голос второго.

- Значит, прячет в белье. Раздевайся! – раздался очередной приказ. Я сделала шаг назад, упираясь спиной в телегу и приготовилась отбиваться.

Они навалились вдвоем. Один держал мои руки, а второй – разрывал лиф, шаря своими мерзкими ручищами по моему телу.

- Ааааааа. – закричала я от безысходности. Я