Новогодний Экспресс. Постарайся простить - Кария Гросс

я повернула голову и увидела пристальный взгляд герцога, который смотрел на меня и на бокал в моей руке.

– Я надеюсь, что наша поездка подарит нам нечто большее, чем сказку! – заметил он.

“Интересно, он это все говорит каждый раз, или речь меняется?”, – подумала я, видя гостей.

– За “Новогодний экспресс”! – вздохнул он, и мы все подняли бокалы.

Пока что атмосфера была какой-то принужденной. “С этими людьми мы проведем две недели!”, – подумала я, глядя на пассажиров.

И тут я увидела даму, которая бежала за поездом. Она все-таки успела. Прямо удивительно. Издали ее можно было принять за молодую, но если рассматривать вблизи, то становилось понятно, что за пестрым макияжем скрывается дама элегантного возраста.

– Ты ее знаешь? – спросила я, глядя на пестрое платье, которое больше напоминало эпатажный концертный наряд.

– Ты что? Не узнала ее? – заметил Ровланд. – Это Мона Серат, некогда прима королевской оперы. Десять лет назад она блистала и сверкала, пока кто-то не подлил ей зелье перед выступлением. Об этом писали во всех газетах! Прямо посреди оперы “Стражи северного ветра”, когда она исполняла партию Глории, у нее внезапно пропал голос. Пришлось срочно закрывать занавес и искать ей замену. Так появилась новая звезда Рельджина Фринберг!

Бокалы менялись, а я пока что стояла с одним бокалом. Я растягивать бокал на целый вечер, поэтому с интересом слушала и смотрела вокруг. Герцог не сводил с меня взгляда. Я же старалась не замечать этого. И даже лишний раз не поворачиваться в его сторону. Внезапно я услышала позади себя женский голос.

– Все мужчины в семьи Вельзер бесстыже красивы и невероятно богаты. Наверное, потому что в их жилах течет древняя кровь дракона. Догадайся, кто будет сниться дамам этой ночью!

Вельзер. Его фамилия Вельзер. Поцелуй и лезвие. Странные ассоциации. Первый слог, словно поцелуй. Второй, словно лезвие.

Я обернулась, видя двух незнакомых дам, которые бросали на герцога Вельзера кокетливые взгляды.

Теперь я надеялась, что взгляд адресовался не мне, а им. Какое мне дело, кто с кем собирается провести это путешествие?

Глава 15

Я решила немного отойти, чтобы не мешает любовно- кокетливой перестрелке и присоединиться к мужу.

И тут я заметила ту самую девушку, с которой не сводил взглядов мой муж.

– Вы не подскажете, кто это? – спросила я, обращаясь к оперной диве.

– Это Ровена Каллимдор, – севшим, чуть охрипшим голосом произнесла Мона Серат. – Поговаривают, что ее отец оставил ее с долгами. Ну еще бы! Все деньги он спустил на эту проклятую Фринберг! А она променяла его уже через месяц.

Ровена. Красивое имя.

Я чувствовала себя немного неловко. Мой муж уже вовсю разговаривал с Бенджамином. Внучка магната в сверкающем платье бегала по ковру и кружилась, словно снежинка. Очень милая девочка.

Я повернулась в сторону герцога, и поняла, что он снова смотрит на меня. Дамы, которые остались возле дивана его ничуть не интересовали.

“А вдруг он – маньяк!”, – подумала я, стараясь делать вид, что не смотрю на него.

“Или ты просто ему понравилась!”, – шепнуло что-то внутри.

Я даже не знала, какая мысль пугала меня больше.

Мой муж украдкой бросал взгляды на Ровену, которая тоже смотрела их сторону.

Меня это ужасно злило.

Я уже не первый раз ловила мужа на том, что он почти не смотрит в мою сторону. Его взгляд перемещается вслед за красавицей, которая о чем-то разговаривала с каким-то мужчиной.

Назло мужу я повернула голову в сторону герцога. Надеюсь, он это заметит!

Я скользнула взглядом по красавцу с бокалом. Он следил за всем, оставаясь в стороне.

Несколько секунд мы пристально смотрели друг на друга. Так пристально, что я даже испугалась. Только я собралась отвести взгляд, как вдруг увидела, как уголки его красивых губ приподнялись в легкой улыбке.

Я должна была улыбнуться в ответ, чтобы дать понять, что игра мне нравится, но я предпочла просто отвести взгляд.

Все зря. Муж как выжигал взглядом красавицу, так даже не повернулся в мою сторону.

Я вздохнула и посмотрела в свой бокал.

Вдруг послышался ужасный детский крик!

Глава 16

– Что случилось? – переполошились все, бросив разговоры.

– А-а-а! Пустите! Я – не Мадлен! Я – Марджорина! – закричала внучка магната, а я увидела страшную картину.

Камилла схватила и крепко прижала к себе испуганного ребенка.

– Мадлен, милая, – шептала Камилла. – Моя Мадлен… Ты меня не узнала? Я – твоя мама!

– Дедушка! – завизжал ребенок.

– Мадлен! Милая моя, – шептала Камилла, гладя руками завитые волосы крохи.

От ужаса сцены у меня чуть не надорвалось сердце.

– Мадам, – послышался мягкий голос начальника поезда, бросившегося спасать ребенка. – Мадам… Отпустите девочку… Вы ее напугали… Это – не ваша Мадлен…

Я видела, как дед следом бросился на выручку, забыв про больную спину. Остальные застыли, не зная, что делать. “Какой ужас!”, – сипло произнесла оперная дива и покачала головой. – “Бедняжка! Если мужа она не любила, то дочка для нее была единственным счастьем. Какая потеря!”.

– Мадам… – слышала я уговоры начальника поезда. Теперь они вдвоем с дедом пытались вызволить из объятий безутешной матери чужого ребенка. Они бережно уводили ее руку, но она крепче цеплялась за Марджорину.

Наконец-то их удалось разнять.

– А где тогда моя Мадлен? – в ужасе прошептала Камилла, а я увидела, как к ней спешит служанка.

Пожалуй, это была единственная служанка на борту.

Рука Камиллы гладила воздух.

– Где моя дочь? Верните мне мою дочь…

– Сейчас, я дам ей лекарство, – торопилась служанка. Она открыла пузырек. Кто-то подал стакан воды. Несколько густых капель упало в воду.

Камиллу усадили в кресло и напоили. Я видела, как красавица тяжело дышит, приходя в себя.

– У нее такое бывает. Она просила, чтобы в ее вагоне не было детей, – заметила служанка с простодушием. – Сейчас ей станет лучше…

– Моя девочка, – шептала Камилла. – Моя милая. Ты ехала к маме… У мамы для тебя был новогодний подарок… Я такую красивую куклу тебе купила… Она просто сказочная… Я сама выбирала ее для тебя…

Но лекарство и впрямь начинало действовать. Взгляд Камиллы прояснялся, а в нем вместо отчаяния сверкнула ненависть.

– Это вы! – в сердцах произнесла она, глядя на