Засада для дракона - Тальяна Орлова

в нашей дочери, а потом как отрезало! Обнадеженная бедняжка приехала в столицу, но в ответ получила только презрение и глупые отговорки. Соврал про любовные отношения с какой-то ведьмой, но кто в это поверит? В каком ином случае он начал бы так изворачиваться, не будь у него секрета…

Сат слегка повернул голову, но на меня не посмотрел. Тем не менее я тоже уловила отсылку. Драконица в моем распрекрасном платье доложила отцу о ситуации в такой форме. Или же она ничего подобного не придумывала, тот сам это все нафантазировал. Разница небольшая. Господин Райнус продолжал речь:

– Но хуже того – мы были поражены его высокомерием. На его примере мы поняли, что эйры и не думали уступать свое влияние, за шестьдесят лет ничего не изменилось! Господа, он даже пытался склонить меня к революции и плел, что после чистокровных маги возьмутся за их детей, а потом и до остальных драконов дело дойдет. Как будто я не знаю, что змеи никогда не притесняли другие расы, в отличие от эйров!

Сат молчал, продолжая стоять в неизменной позе. Мне лишь показалось, что его плечи на мгновение напряглись. Главный змей кивнул и повернулся к Унгальду:

– Как вам такое, профессор? Все еще недостаточно? Тогда послушаем следующего.

На этот раз заговорил какой-то молодой маг:

– Мы перехватили его письмо. Сат упоминает одну специалистку в сфере генетики оборотней. Она известна несколькими значимыми открытиями, но в последнее время как будто ничем не занимается. Но мы все здесь не дураки и понимаем – ученые такого уровня не могут заниматься ничем. То есть ее нынешние исследования засекречены от общественности, что само по себе вызывает вопросы.

В этой теме мне мало что было понятно, однако начала прослеживаться какая-то связь с нами… Оформить мысль я не успела, ведь третьим заговорил не кто иной, как Андай – и сам этот факт остановил мне дыхание:

– Я и все мои сокурсники можем это подтвердить, – мой жених говорил твердо, уверенно и громко. Сейчас бы испытать гордость, но я вся сжалась от ужасного предчувствия. – Профессор Дикран собрал здесь самых одаренных змей со всей империи не только для того, чтобы нас учить! Он ставит над нами опыты.

Все его товарищи с факультета согласно закивали, а Малор выкрикнул:

– Зверские опыты! Мы все много часов лежали парализованные! Ни у кого в мире, кроме эйра, не может быть такой силы, поэтому никаких сомнений! Он даже позабыл изобразить удивление, когда снимал с нас это лютое колдовство. Скажите, зачем он это делает, если не ради бунта всех чистокровных? И представьте, как он собирается использовать это оружие, когда обкатает его на обычных студентах?!

Валиса пропищала:

– Ой-ё… Так вот каким кошмаром он, оказывается, занимается!

Я раздраженно зашипела:

– Ты идиотка с провалами в памяти? Это мы их отравили, а не он! Ау, Валиса, есть кто дома?

– Так-то да, – протянула Валиса и вновь повернулась вперед. – Господин Дикран, надо как-то им объяснить, что в этом они ошиблись. А вот что насчет остального?

Ректор молчал. Да и я не спешила его защищать. В той комнате один пункт поняли неверно, остальное извратили. Но откуда мне знать, что в их словах нет ни капли здравого смысла? Я сама давеча наблюдала, в какого гада превращается эйр, если ему что-то нужно.

В облачке пухлый Унгальд всплеснул руками:

– Да ведь и эйры на такое не способны! Лично я о подобном заклинании ни разу не слыхал. Но раз вы собрали сразу столько доказательств и уверены в своей правоте, так идите к его величеству и выкладывайте! Пусть по его повелению организуют расследование и докопаются до истины. Дикрана казнят, если докажут, что все обвинения справедливы. Или окончательно оправдают, тогда по ночам вы будете спать, а не собирать по крупицам его досье. А я умываю руки! – сказав это, профессор ушел из видимости нашей картинки, после чего громко хлопнул дверью.

Но его уход заставил остальных задуматься. Малор с Андаем переглянулись, а их мнение выразил мой жених:

– Цирус, тогда так и поступим? Каждый из нас расскажет в суде обо всем, что произошло. Мы не имеем права допустить очередное массовое кровопролитие. Да и эксперименты над нами – это уже за гранью добра и зла.

Видимо, он назвал по имени главного змея, раз после тот ненадолго опустил голову, погрузившись в размышления. Но потом посмотрел на Андая и неспешно проговорил:

– Нет. Если бы Энрай Светлый был бы таким же щепетильным, то никто из вас и на свет бы не появился. Мы должны следовать примеру нашего славного предка. Император безосновательно уважает Сата Дикрана и не понимает, что ни один из эйров до конца никогда не перестроится. И пока мы будем убеждать его величество начать расследование, эта дурная кровь десять раз сбежит. А тогда не поздоровится уже нашим потомкам. – Он обвел взглядом многочисленных присутствующих и продолжил более эмоционально: – Здесь все знают, что он виновен! Так зачем ждать и кого-то уговаривать?

Господин Райнус выдохнул:

– Не понял… Что вы предлагаете? Тайно его уничтожить? Думаете, это так просто?

Цирус усмехнулся:

– Лично проверил, насколько это сложно. Но выход есть всегда. Вы ведь слышали о заклинании принудительной трансформации? С помощью одного ковена я его здорово усилил – даже эйр не сможет сопротивляться. Будет достаточно обратить его в людном месте, чтобы больше слова не потребовались.

Андай встревожился и вскочил на ноги.

– Подождите, но тогда могут пострадать невинные! Я лично боевую форму эйра своими глазами не видел, но многое о ней слышал.

Предводитель посмотрел на него прямо и тихим уверенным голосом ответил:

– Справедливость не отвоевывается без жертв. Если в процессе умрет хоть один человек, то никто в мире не станет этого ублюдка оправдывать. А когда приговор подпишут Сату Дикрану, то и все остальные эйры окажутся в вечной опале – им больше не светит ни богатств, ни должностей. Любимец императора должен стать первым, с другими тогда пройдет как по маслу.

У меня волосы на затылке дыбом встали. Приятно было видеть, что далеко не все студенты закивали – у большинства побледнели лица, а челюсти отвисли. Главный ведь прямым текстом предлагал подставить невиновного!.. Да вот только по ту сторону облака никто не считал ректора невиновным – им оставалось лишь решить, имеют ли они право выносить ему смертный приговор или лучше дождаться приказа императора. После мучительной паузы они заговорили разом, пытаясь друг друга убедить в своей точке зрения.

– Мда-а-а… – когда я услышала голос Сата, вздрогнула. – А ведь меня предупреждали, что надо уезжать из столицы. И что теперь делать? Никогда не оказываться в людных местах? Так я работаю в таком. Ну хоть вы обе будете знать, что произошло на самом деле, если я вдруг сойду с ума, приму боевую форму и начну убивать людей. И то славно.

Сейчас до меня дошла и подоплека слов Андая «держаться от ректора подальше» – он же в самом прямом смысле это и имел в виду! Они не впервые все это обсуждали, ясно как день, поэтому мой жених просчитывал все возможные варианты. Даже если Сата Дикрана обвинят по закону – желательно в этот момент не числиться в узком кругу его друзей.

Об этом же подумала и Валиса, раз схватила меня за руку и попыталась утащить подальше. Но она тут же остановилась и выкрикнула, когда увидела движение ректора:

– Вы куда?! С ума сошли? Прямо сейчас вам надо поднимать в небо свою леталку и уносить ноги из города! Надеетесь на правосудие? Так этот их Цирус не позволит!

Сат действительно направлялся ко входу в корпус. Возможно, он был раздавлен новостями и оттого туго соображал. Однако ответил нам безмятежным голосом:

– Если сбегу, то признаю свою вину. Лучше я зайду и объясню хотя бы тем, кто еще готов слушать. Они ведь могут сейчас договориться и больше не ждать. А если меня обратят в преподавательском корпусе сегодняшней же ночью, то жертв будут десятки. Этот маг умеет убеждать, но у меня тоже язык подвешен. Если мне дадут высказаться, то к утру будет арестован он, а не я.