Лидия. Головная боль академии. Книга 2 - Натали Лавру

Это сокровище! Чёрный бархатный бриллиант паучьего мира!

Нет, меня не околдовали. Я так-то всех животных люблю, но Розочка… Розочка — это чёрная жемчужина моего сердца (прости, Дарси, тебя я тоже очень люблю).

Тут на сцене (точнее, на паутине) появилось новое действующее лицо. Правда, лица как такового у него не было. Сгусток сиреневой энергии потянул свои щупальца ко мне и схлопотал атаку Дарси.

Котопёс бросился на потустороннюю сущность, разрывая клыками и когтями его энергетическую оболочку. Сиреневое нечто удавом обвилось вокруг Дарси и принялось его душить. И я поняла: в живых останется лишь один из них.

Я не могу потерять своего друга!

В памяти пронеслись уроки боевой магии. Чем таким шандарахнуть слаймообразную гадину, чтобы она сдохла? Может, классическим фаерболом?

Не успела я сформировать заклинание, как реальность снова изменилась.

Схватку прекратила паучиха: она прыгнула на дерущихся и… выпила сиреневую фигню! Просто высосала весь этот агрессивный слайм до капли!

Мой фамильяр как-то резко перестал рычать и клацать зубами, отряхнулся и подошёл к Розочке, чтобы обнюхать её. Видимо, решил поблагодарить, плюс моё особое расположение к ней передалось и ему.

Теперь я разглядела Дарси лучше: котопёс превратился в пусть не гигантского, но жуткого демона из преисподней. Его шерсть по-прежнему осталась чёрной, зато длинные когтистые лапы и пасть выглядели неподдельно опасными. Двигался мой защитник хищно, одновременно резко и плавно.

Как я могла не заметить у себя под боком инфернальную сущность? Он же был таким милым комочком…

Паучиха подошла ближе, склонилась передо мной, как в поклоне, и схватила меня передними лапами, как бы обняв и прижав к пузику.

Что сказать? С виду бархат кажется мягче, чем на самом деле. Такое чувство, что под ворсинками камень или броня. Но я всё равно ощутила прилив счастья.

Дарси, вновь уменьшившись, прыгнул ко мне, и я ухватила его одной рукой.

А дальше… Розочка скоростным лифтом на канате-паутине подняла нас наверх.

Я следила за проносящимися каменными стенами колодца и не могла понять: то ли мне всё это снится, то ли происходит наяву.

Наконец, Розочка опустила нас на пол в пещере, но уже не возле колодца, а ближе к выходу.

— Спасибо тебе, моя хорошая! — я ласково погладила ворсистую паучью лапу.

«Шурх-шурх-шурх», — зашевелила мощными челюстями она, явно что-то отвечая мне на своём языке. Мне даже послышалось: «Всегда готова помочь».

«Р-р-р… Мяф!» — снова встревожился Дарси, и я рефлекторно поправила сбившуюся на одно плечо мантию-невидимку.

И вовремя: глыба, скрывающая выход, отъехала в сторону, и в коридоре зажёгся свет, являя нам одну призрачную фигуру и одну вполне материальную…

«Как-то быстро этот козлина сюда прискакал…» — подумалось мне, но я быстренько отмотала эту мысль назад. Всё же он прибежал сюда спасать меня. Ну, или добить.

Что примечательно, Розочка тоже стала невидимой. Мои догадки о том, что она не просто паук, подтвердил сэр Гамильтон:

— Адептка попала в лапы к стражу. Я слышал, что они выпивают тело жертвы в среднем за четыре часа… — что там ещё говорил сэр, я уже не слушала, так как меня снова подхватили паучьи лапы и вынесли сквозь щель закрывающегося прохода.

Это было страшно. Казалось, глыба вот-вот раздавит нашу невидимую компанию в лепёшку. Но Розочка знала своё дело, и мы, загородив весь коридор, встали у закрытого входа в пещеру.

— Ох, а как же ты обратно? — спросила у неё, не задумываясь, что паук мне ответить не сможет.

Но Розочка удивила и тут: клянусь, она пожала плечами! Четырьмя так точно!

Мне в сознание прилетел импульс: «Я найду способ».

— Розочка, ты невероятная! — в который раз озвучила я свою ярко вспыхнувшую любовь к ней.

Все восемь чарующе-чёрных глаз полыхнули алым огнём, как бы передавая радость моей бархатной подруги.

А я стояла, обнимая громадную мордочку паучихи и совершенно никуда не торопясь, хотя надо бы определиться, в какую сторону идти, чтобы вернуться в академию.

Тут сразу случились две вещи: глыба входа в пещеру снова начала открываться, а мы с Дарси, ловко подхваченные сильными паучьими лапищами, взлетели под потолок.

Следом за нами послышались голоса ректора и сэра Гамильтона:

— Если адептку Ферб поглотил Хаос, клянусь, я сделаю твоё призрачное существование невыносимым и вечным! — зло прорычал глава Северной академии.

— Этого бы не случилось, если бы у меня был доступ к колодцу, — ничуть не испугался мой подельник, сдавший меня с потрохами.

— Да ты хоть…

К счастью, Розочка бежала к выходу из подземелья с большим отрывом, поэтому в общий коридор мы вырвались первые.

— Знаешь, где столовая? Спрячемся там! Заодно и поедим, а то что-то я проголодалась, — предложила я.

Вместо ответа паучиха стартанула в нужном направлении.

Ужин уже подходил к концу, и за столами вяло ковырялись в тарелках адепты, куцыми группками рассеянные по обеденному залу.

В помещение мы с Дарси зашли уже будучи видимыми, и только Розочка не спешила показываться на глаза народу. Мало ли, может, найдутся те, кто свалится в обморок от неземной красоты моей новообретённой подруги.

На свою тарелку я водрузила поистине гору индюшачьих ножек и присыпала это дело гречей. Конечно, стража Хаоса этим вряд ли накормишь, но что мешает мне вернуться к раздаче за добавкой?

Парни с соседнего стола выпучили на мою порцию глаза, а когда я сходила за ещё одной великаньей порцией, их органы зрения и вовсе повылазили из орбит.

Розочка радостно шуршала челюстями, лакомясь индюшатиной.

Да так легко мне стало от этого «хрум-хрум-хрум», что я позабыла о сегодняшних стрессах и приключениях и просто наслаждалась реальностью.

— Столовая закрывается! — объявила буфетчица.

Да ё моё! Так всё хорошо было…

— Ну, что, пора возвращаться к себе в комнату, — вздохнула я. — Идём?

Последний кусок мяса исчез из тарелки, и мы, вернув пустую посуду, отправились к выходу: Я, Розочка и…

— Дарси? Дарси? Ты где застрял? — мой котопёс вероломно подставлял изогнутую спинку под ладони парней-целителей с выпускного курса. — Всё, Дарси, я ухожу! — и я действительно перешагнула через порог. — Дарси, ко мне! — крикнула, обернувшись и следя за своим зверем.

И тут…

Давно пора привыкнуть, что жизнь любит подкидывать мне сюрпризы.

— Повторите, что вы сейчас сказали? — надо мной грозной скалой навис самый противный обитатель сего заведения, он же его глава.

— Э-э… — блин! Ну, бли-и-ин! И я не нашла ничего лучше, чем: — Барсик! Барсик, ко мне! Живо!

— Хм, — недоверчиво фыркнули мне в лицо, а мою попытку улизнуть пресекли жёстким: — Ко мне в кабинет. Немедленно!

Глава