Хрустальное сердце Тронхейма (СИ) - Атлант Полина

После чего подошла к женщине сзади и, закрыв ей глаза, прошептав заклятие:

— Пусть унесет река судьбы все твои воспоминания о мужчине, который был связан с тобой магическим браслетом. Твое истерзанное от чувств сердце заживет, и ты полюбишь другого!

Я медленно убрала руки с ее глаз и отошла на пару шагов, наблюдая и переживая, подействовало ли заклинание.

Анника взяла корзину и пошла вперед, как зачарованная, словно меня тут и не было. Поднялась по лестнице, скрылась в доме и захлопнула за собой дверь. Я немного постояла, приблизилась и постучалась.

Эльфийка открыла и, нахмурившись, посмотрела на меня.

— Да, что нужно? — После заклятия взгляд ее стал ясен. Она перестала блуждать в тумане разочарования.

— Я из Тронхейма, хэрсир передает тебе поклон, он хотел бы купить целебного снадобья из еловых шишек! — выдала я первое, что пришло в голову.

Эльфийка звонко рассмеялась, и ее щеки порозовели.

— Снадобья? Господин что-то перепутал, я их не делаю!

— Извини, а что тогда ты продаешь? — я притворилась, что мне тоже смешно.

— Ничего, вообще-то! — эльфийка уперлась руки в бока, и я поняла, что мне пора уходить.

— Тогда приношу извинения!

Я развернулась и поспешила прочь.

— Эй, ты не скажешь, когда будет пир в Тронхейме? — крикнула она мне вслед.

— Скоро праздник равноденствия! — ответила я, не оглядываясь.

После чего покинула лесной двор и подошла к Сваве.

— Браслет у меня, поехали! — довольная, что справилась с заданием, я показала магическую вещь валькирии.

— Ух ты! Здорово! Поздравляю с первым успехом! — воскликнула валькирия.

С одной стороны, я была рада, что выполнила поручение господина и спасла страдающую душу. С другой — обозлилась на старую жрицу. Ну, Абелон, держись! Ты мне должна очень многое объяснить. Может, это по твоей вине у Эрлендора нет наследника?

Мы ехали и молчали. В моей голове рождалось множество вопросов, и я не знала, с чего начать расспрашивать валькирию. Думается, хэрсир не станет делиться со мной секретами прошлого, да и мне самой не хочется нарываться на неприятности. А Абелон из тех, кому не стоит верить.

Свава ехала впереди и насвистывала. Мне бы хотелось помочь ей вернуться в Вальхаллу. Ведь теперь у нее только одна возможность, и не самая приятная. Погибнуть в бою. А война, дай боги, будет нескоро!

— Расскажи мне, почему началась война между людьми и оборотнями?

— Как всегда, всему виной несчастная любовь, — валькирия накинула капюшон жилетки, и я тоже. В дремучем лесу похолодало, ледяной ветер спускался с гор вместе с клубами тумана. В лесу становилось жутко. Тут валькирия начала рассказ, который не прерывался до самой деревушки. — Когда богиня Скади вышла замуж и покинула Север, она оставила оборотням свой дворец и сделала их повелителями ледяного рая. Люди тоже всегда жили в долине Тронхейма и служили инеистой великанше. Однажды сын хэрсира и дочь повелителя оборотней полюбили друг друга. Из-за влюбленной пары началась ссора между знатными племенами. Одна сторона обвиняла молодого воина в том, что он силой взял дочь царя. Другие клеветали на девицу, говорили, что она была ведьмой и соблазнила молодого мужчину. Это ссора переросла в войну. Оборотни использовали в бою своих драконов, а люди обратились за помощью к богам асам. И первыми, кто услышал их мольбы, были Фригг и ее супруг Один. Боги послали на помощь валькирий, которые начали преследовать и убивать ледяных драконов копьями из вулканической стали. С ведьмами оборотней богиня Фригг справилась, победив их шарами молний из облаков. В конце концов люди одержали верх в этой войне, и с тех пор священная земля стала принадлежать им.

 — Очень интересная история! — призналась я, сколько же времени в моей жизни прошло зря. На Земле людей есть такие удивительные легенды, и я очень люблю их слушать. — Абелон мне рассказала, что она и ее предки обладали даром зачаровывать ледяных драконов, ворожить и создавать из их пламени магические шары!

— Да. Тогда, в древности, во времена правления богини Скади, это был ритуал света. Еще одно испытание, которое должна пройти будущая жрица, — громко проговорила Свава, приглушая лесные шорохи.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— И как его нужно было пройти? — в моей душе вспыхнула искорка надежды, что, может быть, есть способ пройти древний ритуал. Я должна попросить на это разрешения у госпожи Фригг. Вот только где мне найти ледяного дракона, если их перебили?

— Если подарить ледяному дракону свою невинность, он наделит даром заклятья, и жрица сможет создавать ледяные шары! Но теперь этот ритуал запрещен! — ответила валькирия и ускорила бег лошади вниз по склону.

Скорее, прочь отсюда. О том, что нужно прихватить с собой факел, никто из нас не подумал.

— Ах вот оно что! Абелон сказала, почему богиня Фригг постаралась истребить заклятье, этими шарами можно убить любого бога! — Я поспешила за хвостом белой кобылицы, мне хотелось поскорее покинуть дремучий лес. Днем я восхищалась им и не думала, что в сумерках он становится таким пугающим. Меня передергивало от каждой тени.

— Ну да! Что и сделал праотец Один, сражаясь с инеистыми великанами и их драконами, — с гордостью сказала Свава.

— А оборотни тоже были истреблены богами, да? — во мне проснулась поистине детское любопытство.

— Где-то я слышала легенду, что выжившая стая ушла далеко на вершины гор и живет теперь там. Но, скорее всего, это лишь слухи. Хотя кто знает правду, кроме самих богов!

— Абелон призналась мне, что больше не в силах распознать сущность оборотня. Может, потому что они еще существуют? — размышляла я. Ведь никто так и не осмелился проверить, выжили ли оборотни.

— Старуха в таком возрасте, что всего боится. Ее силы уходят, ей пора на покой, оттого она и ищет, кого обвинить в этом! — сказала Свава, и я поняла, что она не воспринимает старую жрицу серьезно.

Я задумалась над словами девы. Может, я ошибалась, но валькирии незачем врать. Да и позволила бы ей это честь? А вот в мудрость старой жрицы я начинала верить все меньше. Лукавит она со мной!

Наконец-то мы выехали на главную дорогу, ведущую к Медовому дворцу. В Тронхейме стремительно темнело, и окрестности быстро погружались в прохладный сумрак. Я с облегчением выдохнула. Без сопровождения воительницы я бы не справилась. Не верю, что в этом краю перевелись всякие чудовища и дикие звери.

Никто не хочет нарываться на копье валькирии. А может, дело вовсе не в ее копье…

ГЛАВА 5

Перед Медовым дворцом у костра толпились жители, молодые и старые, женщины и мужчины, все они с интересом уставились на нас с валькирией. И не спится народу! Хотя вечер был приятным. Солнце скрылось за ледяными горами, и оттуда спускалась прохладная туманная дымка.

На самом деле после прогулки по дремучему лесу я бы с удовольствием постояла у кострища, отведала жареного на прутьях мяса и крепкого меда. Послушала их байки о чудовищах.

Мы спешились и привязали лошадей к забору. Греющиеся люди не обрадовались нашему появлению.

— О-о-о, всем по домам, ведьма явилась! — громко воскликнула одна из женщин в толпе, и все поддержали ее недовольными воплями.

Я хотела спросить, почему они так набрасываются на меня, что я им сделала? Но мы со Свавой продолжили свой путь ко дворцу. Видимо, она даже не собиралась присоединяться к пьющим беднякам.

Тут внезапно одна из женщин преградила нам путь. Упершись руками в бока, она ткнула в меня грязным пальцем.

— Ты тут чужая, уходи, нам не нужна еще одна ведьма с небес!

— Отойди в сторону! — валькирия грозно посмотрела на пьяную женщину и отодвинула ее.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

 Но это была ошибка. Из толпы выскочил огромный бородатый мужик с топором в руках. Более ужасной разрисованной морды с угрожающе горящими маленькими глазками я еще не встречала. Мне стало страшно, как никогда, и я спряталась за широкой спиной воительницы.

— Отойди, полумужик! — яростно прошипел бородатый в медвежьей шкуре, выставив напоказ свои крупные гнилые зубы. Воительница широко расставила ноги и напряглась, она стояла передо мной, как щит.