Дылда Доминга - Изоморфы

Ей не хватало его силы, его резкости, уверенности в себе. Его жестокости, под которой обнаруживалась ранимая нежность мальчишки, которого никогда не любили. Она сумела коснуться той части его души, которую не знал никто, или, по крайней мере, ей так казалось. У них могло бы что-то получиться… Если бы он был жив, конечно.

Саша с тоской посмотрела на обнимающиеся и целующиеся на газоне пары. Правда была в том, что даже если бы Миша был свободен, она сама не чувствовала себя таковой. Она не просто тяжело переживала утрату, а по-прежнему принадлежала Тиму, и не хотела никого больше.

— Как дела? — теперь на нее приветливо смотрел какой-то араб. Они почему-то устойчиво не давали прохода девушкам со славянской внешностью.

— Простите, но мы с вами не знакомы, — на чистейшем французском ответила Саша, и араб смущенно удалился.

Снова начинало холодать с заходом солнца, и Саша ощутила, что ноги ее закоченели, а желудок удивительно пуст и требует пополнения. И вздохнув, все-таки набрала Мишу.

— Привет, ты не голоден? — В трубке раздавались голоса, шум и крики, и Саша лишь надеялась, что он не на съемках, потому что ей сейчас совершенно не хотелось давиться едой в одиночестве.

— Хорошо, на углу Мони через полчаса, — с облегчением согласилась она и отключилась.

— Грустишь? — как бы между прочим поинтересовался Миша. Саша уже доела свой ле бюф, и теперь размешивала ложечкой кофейное сердечко на поверхности капучино.

— А что, так заметно? — вопросом на вопрос ответила она, все еще не расположенная откровенничать.

— Как дела в лаборатории?

— Как обычно, — отмахнулась она от вопроса.

— Тебя напрягает то, что он заставляет делать?

Саша изумленно воззрилась на Мишу.

— Да, я знаю, о многих его делах. И я ему должен — это ответ на твой вопрос, который ты мне когда-то задавала.

Саша молчала, все еще не придя в себя.

— Никто не станет играть честно, если есть возможность за считанные секунды заработать то, на что иначе потратил бы годы.

— Ты тоже так поступаешь? — очнулась она.

— Поступал, — Миша отвел взгляд в сторону. — И однажды перешел дорогу не тем людям. Только я не мог тогда рассчитывать ни на чью поддержку, мне не у кого было скрыться, и сменить носителя я не мог.

— Тогда-то тебе и понадобился Тинни?

— Верно, — Миша смотрел куда-то вдаль или вглубь себя, очевидно, перебирая в памяти события давно минувших дней.

— И теперь ты время от времени выполняешь для него поручения?

— За последнее время было только одно поручение, — усмехнулся он, а Саша невольно покраснела, догадавшись, о чем идет речь.

— Ты так мило смущаешься, каждый раз как я упоминаю об этом, — улыбнулся он.

А Саша в это время думала о том, насколько изменится жизнь Миши, если она откажется от своей роли в лаборатории. Возможно, уже завтра такую, как Сесиль, сотрут с лица земли озлобленные предательством партнеры, а вместе с ней и того, кто в ней застрял. Все было намного труднее, пока не появилась она.

— Так это правда, что у него есть средство многократно перемещаться? — взгляд Миши стал напряженным и взволнованным. Под маской легкой наигранности он прятал огромный, гложущий его изнутри, интерес.

— Я не могу разглашать то, что происходит в лаборатории, — уклонилась от ответа Саша.

— Да, конечно же, прости, — он так и не сумел скрыть разочарования в голосе. В этот момент Саша окончательно решила, что не станет смотреть сериал, в котором он играет.

— Наверное, мне уже пора, — Саша потянулась к сумочке и бросила купюру на стол, подымаясь.

— Пока, — Миша привстал и расцеловал ее в щеки во французской манере. Друзья, хорошие добрые друзья. Но сегодня ей хотелось, чтобы он не говорил о своих делах с Тинни, чтобы она могла, как раньше думать, что познакомилась с ним случайно вечером где-нибудь на набережной, и он не имеет никакого отношения к темному миру подлости и обмана.

Глава 32

Поначалу Саша оторопела и не поверила своим глазам. Скорее, она уверовала бы в то, что Стэн сподобился создать идеальную трехмерную иллюзию. Но чем дольше она смотрела, тем больше понимала, что это происходит на самом деле, и тогда ее тело сотрясла крупная дрожь, руки сами сжались в кулаки, а по венам разлилась горечь предательства.

— Как ты мог?! — этот вопрос-обвинение она адресовала Тинни, преспокойно помогающему Стэну за мониторами.

— А, вот и ты, — как ни в чем не бывало, отозвался ее отец. — Проходи, присаживайся, — велел он, указывая на кушетку. Саша не сдвинулась с места.

— Так рада меня видеть? — съехидничал Гай и сделал к ней пару шагов.

— Не смей! — Саша выбросила руку вперед, останавливая его. — Что происходит? — потребовала она объяснений у Тинни, все еще дрожа от гнева.

— Не волнуйся, мы проведем еще один эксперимент, — спокойно отозвался ее отец, — если нам повезет сегодня, и мама Гая почтит нас своим присутствием, мы дадим ей возможность занять твое тело.

— Что? — Саше показалось, что это жестокая шутка, что он не может так безразлично и цинично говорить о ее гибели, гибели собственного создания, которое он так высоко ценил, хотя бы ради выгоды.

— Стэн, — привлек лаборанта Тинни, видя ее замешательство.

— Мы полагаем с высокой долей достоверности, что если мать Гая сумеет завладеть тобой, то впоследствии она сможет безболезненно переместиться в другое тело, используя тебя как станцию пересадки, — в конце Стэн даже улыбнулся, радуясь удачному сравнению. Именно в такие моменты Саша отчетливо понимала, что оба они: и ее отец, и Стэн — ненормальные, только каждый по-своему.

— А что будет со мной, вы предположили? — с издевкой уточнила она, продолжая метать ненавидящие взгляды в сторону Гая.

— Совершенно ничего, в любом случае, — серьезно заверил ее Стэн. И это утешало, потому что с такими вещами он не шутил. Да и по спокойной уверенности Тинни она поняла, что он не намерен ее терять, не в этот раз.

— Какой удачей было обратиться к Вам, месье Левье, — залебезил Гай, и Саше стало тошно.

— Я думала, ты давно сдох, — бросила она.

Гай развернулся к ней так быстро, будто его ужалили.

— Я едва не сдох, по твоей милости, — прошипел он. — Ты и твой длинный язык, твоя игра в человечность чуть не угробили всех нас!

— Успокойтесь, — призвал их к порядку Тинни.

— Как он здесь оказался? — потребовала ответа Саша. — Я имею право знать.

— Я крепче, чем ты думала. А вот под кем лежала ты, пока тебя разыскивала организация?

Стэн по сигналу Тинни сделал Гаю укол, тот удивленно моргнул и уже через несколько секунд осел в предусмотрительно подставленное ему кресло.