Воскресшая тень - Анастасия Пименова

бы назвать любовью. Именно это меня и сбивало с толку. Он был как стихия, непредсказуемый и опасный, способный обрушить на тебя всю мощь своего гнева, а потом внезапно успокоиться, оставляя после себя лишь пепел и тишину.

Рован смотрел на меня взглядом, полным странной интенсивности, словно пытался прожечь насквозь, разгадать какую-то тайну, скрытую глубоко внутри. Но я чувствовала лишь давление, никакого тепла. Его прикосновения были резкими, требовательными, скорее утверждением власти, чем выражением нежности.

А что видел он? Я никогда не задам ему такой вопрос, потому что не захочу знать ответ.

Рован сокращает между нашими лицами дистанцию, и мы смотрим друг другу в глаза. Мгновение затягивается, а сердце замирает, когда замечаю собственное отражение в его расширенных зрачках.

Стоит этой музыке закончится, как я первой разрываю зрительный контакт и отстраняюсь.

– Пойду выпью что-нибудь, – говорю ему и не дожидаюсь, пока он что-то скажет.

Я подхожу к одному из столиков с напитками и беру бокал с шампанским, сама блуждаю взглядом по людям и останавливаюсь на Кайдене, который разговаривает с одной из женщин.

Он вновь чувствует мой взгляд на нем и точно отыскивает в толпе. Мужчина что-то быстро говорит женщине и движется через пару секунд в мою сторону.

– Должен ли я тебе напомнить, что фактически ты ещё не достигла возраста, чтобы пить алкоголь? – спрашивает, улыбаясь, и я тоже не могу сдержать улыбку.

– Нет. Теоретически мне двадцать семь, хоть я и хорошо сохранилась. Должно заметить, теперь ты тоже выглядишь моложе, – я указала себе на лицо, обвела пальцами подбородок, – без этой растительности.

Он смеется, и этот смех вызывает по всему моему телу мурашки.

В ухе тут же раздается голос Рована, и я вспоминаю, что он слышит нас, как и я его.

Отвлекаюсь, смотря на то, с кем он говорит, но тоже поглядывает на меня.

– Что-то не так?

– Нет, просто… Рован в моем ухе, – я показываю себе на ухо, – сбивает со смысла. Наушник у него и у меня. На всякий случай, как он объяснил.

– Позволишь? – Кайден осторожно протягивает руку к моему уху, и я выдаю кивок.

Он касается мочки, проводит пальцами по ней, а после находит наушник, на который несколько раз нажимает, и на том конце возникает тишина.

– Теперь ты не будешь слышать его.

– А он?

– Будет. Не будет только в том случае, если его полностью снять, но лучше оставь. – Выдаю кивок, а Кай протягивает руку. – Потанцуешь со мной, Нора?

Ничего не отвечаю, только в знак согласия протягиваю руку, и мы остаемся с краю, медленно двигаясь в такт музыки.

Его руки такие теплые, когда одну из них чувствую у себя на талии, а другой он сжимает мою ладонь.

Кайден ведет меня. Он чувствует каждое мое движение, предугадывает шаг. В музыке, кажется, растворились все остальные звуки, остались только мы и ритм, пульсирующий у нас в венах.

Его глаза смотрят прямо в мои, в них – отражение нашего танца, нашей связи.

В горле пересыхает, когда его взгляд медленно опускается мне на губы. Но дальше он не делает ничего, не сокращает дистанцию, не целует меня. Вероятно, из-за того, где именно мы находимся.

– Пока на тебе это кольцо, то я не имею право тронуть тебя, – тихо произносит он, когда мои глаза также опускаются, только на его губы.

– Что? – не сразу понимаю смысл слов.

– Кольцо, Нора. Пока оно на тебе, то ты принадлежишь ему.

Мне хочется поморщиться от этого слова "принадлежишь", но я понимаю его и выдаю кивок.

– Знал бы ты, что его не так просто снять. Вернее, оно вообще не снимается.

– Значит, это особое кольцо. Его может снять только тот, кто и надел.

– Рован.

– Да.

При упоминании о нем, я отыскиваю его, замечая, что он наблюдает за нами, и в его глазах видна только темнота. Гарнет же слышит меня.

Отвлекаюсь, вновь смотря на Кая.

– Что случилось между тобой и Рэйвен? – спрашиваю, хотя помню, что обещала себе не лезть в это.

– Рэйвен приложила руку к тому, чтобы я оказался за решеткой.

– Что?! – мой удивленный возглас привлекает внимание, поэтому дальше говорю тише. – Но как такое возможно? Она же… Никогда бы так не подумала, что Рэйвен могла так поступить, в особенности с тобой.

– Я тоже. Но я сильно помешался на тебе, как она выразилась позже, потому что верил, что ты можешь быть жива и не переставал искать. Она сообщила Гарнету, где меня искать, – Кайден говорит это без каких-либо эмоций, – думала, что так сделает лучше, если меня на время запрут где-нибудь и приведут мысли в порядок. Однако, насчет того, где именно меня закроют, Рэйвен не знала. Тогда позже в тюрьме я и начал видеть тебя, вернее, твой образ. Думал, что сошел с ума, вероятно, так и было… до тех пор, пока ты недавно не пришла сама.

Никогда бы не подумала, что Рэйвен способна на предательство по отношению к Кайдену. Возможно, она просто боялась за него и таким образом решила обезопасить.

Музыка заканчивается, и мы отходим с Кайденом в сторону, чтобы выпить, но уже безалкогольные напитки.

В момент, когда я делаю глоток и вновь смотрю в зал, то моё внимание тут же приковывает знакомая макушка одного из официантов.

Я ставлю бокал на стол и слежу за ним, хмурясь и желая увидеть лицо.

– Что с тобой, Нора?

– Тот человек кажется мне знакомым, – отвечаю Кайдену, и он прослеживает за моим взглядом.

Я делаю несколько шагов в сторону, желая увидеть лицо официанта, но он ускользает от меня, поэтому приходится сделать ещё несколько шагов.

В поле моей видимости появляется брат и Агнес. Он движется прямо к ним, и всё внутри сжимается, когда они берут с его подноса бокалы с напитками.

И вот, наконец, я вижу его лицо. Ирай. Это Ирай.

Он скрывается в толпе, когда я хочу закричать, видя, как Доусон подносит к губам стакан, но меня резко прижимают к себе.

– Успокойся, Гарнет слышал нас, поэтому Доусон в безопасности, – Кайден говорит это мне в тот миг, когда брата останавливает Кол и вежливо улыбается.

Агнес заметно напрягается, но выпивает свой напиток, а после смотрит уже на меня, на Кайдена и вздрагивает.

Я вижу, что она понимает, знает, что мы всё знаем, и делает несколько шагов назад, но упирается спиной в другого охранника, который берет её под локоть и выводит из толпы.

Брат и Рован следует за ними, и я с Кайденом тоже иду