Шихан Анна - Долгий, долгий сон

Я взяла его за руку.

Глава 24

Ровно шестьдесят два года, восемь месяцев и двенадцать дней назад моя жизнь свернула на путь, который привел к сегодняшнему кошмару. А началось все просто замечательно — с хороших новостей. Я как раз выходила из класса искусства, когда мистер Соммерс остановил меня.

— Я хотел бы поговорить с тобой, Роуз.

Я нервно сглотнула, испугавшись, что снова провинилась. Наверное, кто-нибудь мог бы подумать, что при моей любви к рисованию искусство было единственным предметом, с которым у меня никогда не было проблем. Как же! Преподаватели основных предметов относились ко мне с тихим отчаянием. Зато в учителях искусства я чаще всего вызывала смешанные чувства в диапазоне от зависти до откровенного раздражения. Я бесила их тем, что постоянно торчала в классе — с раннего утра до позднего вечера, а иногда и во время обеда. И при этом расходовала в десять раз больше материалов, чем любой другой ученик. Вот и теперь я приготовилась покорно выслушать очередную нотацию о недопустимости бездумного расточительства школьного имущества.

— Роуз, мне нужно поговорить с тобой по очень важному делу, — начал мистер Соммерс.

— Простите, — машинально выпалила я.

Мистер Соммерс поднял брови.

— За что?

— За все, что я сделала, — ответила я. — Мне очень стыдно.

Мистер Соммерс улыбнулся.

— Но ты не сделала ничего плохого! — заверил он. Я удивленно уставилась на него. — Помнишь те картины, которые ты принесла мне для получения дополнительных баллов?

— Да, — ответила я. В нашей школе была небольшая художественная галерея, и руководство однажды решило выставить в ней работы учеников, наряду с картинами местных профессиональных художников. Три месяца назад мистер Соммерс предложил поставить дополнительные баллы всем, кто принесет свои работы, выполненные вне школы, для возможного размещения в галерее. Я притащила ему штук шесть своих картин маслом. Ни одна из них так и не появилась в галерее, но мне было все равно. Дополнительные баллы ставили вне зависимости от успеха.

— Твои картины произвели на меня очень сильное впечатление, — продолжал мистер Соммерс. — Настолько сильное, что я взял их все, присоединил к ним несколько работ, которые ты выполняла у меня на уроках, и отправил их своему другу, члену отборочной комиссии программы художественного совершенствования «Молодой мастер». Слышала о такой?

Конечно. В последние десять лет это было самое престижное состязание лучших молодых художников. Я знала об этой программе с тех пор, как поступила в среднюю школу… то есть уже несколько лет.

— Мои работы ему понравились? — спросила я, больше из любопытства, чем с надеждой. Если бы друг мистера Соммерса решил, что у меня есть шанс принять участие в конкурсе в ближайшие два-три года, я была бы на седьмом небе от счастья.

— Они настолько понравились ему, что сегодня он прислал мне сообщение с поздравлениями! Твоя картина стала одной из двух победительниц в номинации «Живопись»!

Я разинула рот.

— Что?

Это было невероятно! В программе «Молодой мастер» принимали участие старшие ученики знаменитых художников. Старшеклассники художественных училищ. Выпускники этих училищ, которым еще не исполнилось двадцать один год. Но чтобы ученик средней школы победил в одной из номинаций — это было просто неслыханно.

— К-какая картина?

— Одна из серии «Поднебесье».

Я чуть не разрыдалась, но это было настоящее счастье. Это была та самая картина, которую я не надеялась закончить — да-да, тот неземной пейзаж с извивающимися горами и загадочной растительностью.

— Церемония вручения наград проходит в Нью-Йорке, но в твою премию входит дорога туда-обратно для тебя и одного из членов твоей семьи. Победа в одной из номинаций конкурса — это огромная честь! — Ах, разве мне нужно было об этом напоминать? Но мистер Соммерс продолжал: — Ты уже вошла в десятку претендентов на звание победителя премии «Молодой мастер» этого года. Все твои работы, которые я собрал и отослал от твоего имени, будут соперничать с победителями в других четырех номинациях за титул «Молодой мастер». Если ты победишь, то выиграешь летний художественный тур по всей Европе. Но главное, по окончании школы ты сможешь совершенно бесплатно поступить и учиться в Академии изящных искусств Хироко!

Раньше я никогда в жизни не думала о деньгах. Мои родители были возмутительно богаты. Но когда учитель упомянул о бесплатном обучении, я вдруг впервые поняла, что все деньги принадлежат моим родителям. Даже если я поступлю в колледж, то только в тот, который они выберут для меня. Если поеду в Европу, то только тогда и туда, куда пошлют меня родители. Но поскольку с тех пор, как мы переехали в этот кондоминиум, они не выпускали меня никуда, кроме школы, я была совершенно уверена в том, что этого никогда не случится.

Но если бы я выиграла премию «Молодой мастер», я бы…

Освободилась от них?

Странная мысль. Тем не менее она пришла мне в голову. Да, я бы освободилась.

Но в следующую секунду все эти планы рухнули.

— Поскольку ты несовершеннолетняя, твои родители должны дать тебе разрешение на поездку в Нью-Йорк на церемонию. Ты сможешь решить этот вопрос?

И тут я запнулась.

— Я… я даже не знаю, что им сказать, — пролепетала я.

Мистер Соммерс кивнул.

— Прекрасно тебя понимаю. Что ж, я сам позвоню им сегодня вечером, и мы обсудим эту возможность. — Он широко улыбнулся. — Ты должна гордиться собой! Немногие удостаиваются такой великой чести.

— Просто не знаю, как мне благодарить вас, сэр, — сказала я. Честно говоря, я никогда не замечала, что мистер Соммерс обращает на меня внимание. Но когда я задумалась над этим, то вдруг поняла, что он первый учитель, который занимается со мной больше шести месяцев подряд. Обычно я так часто меняла школы и пропускала так много времени, что просто не успевала как следует познакомиться ни с одним преподавателем.

— Продолжай работать так же усердно, Роуз, — улыбнулся мистер Соммерс. — Увидимся завтра и займемся подготовкой к поездке.

Я побежала домой, сжимая в руке копию приглашения отборочной комиссии. Ворвавшись в нашу квартиру, я сразу бросилась к Осе и все выложила ей.

— Ах, flicka! — произнесла она. — Я знала, что ты будешь молодцом! — Она была скупа на слова и поцелуи, зато сразу принялась за тесто для печенья. Поскольку мы заказывали всю еду из центральных кухонь Юникорна, это был очень серьезный поступок.

Когда я рассказала обо всем Ксавьеру, он с громким воплем сгреб меня в объятия. Потом он громогласно прочел приглашение цветам и деревьям в саду и заставил меня разыграть в лицах, как я встаю и принимаю награду. Сам он изображал ведущего церемонии и поразил меня тем, что преподнес мне раннюю розу из сада.