Елена Грушковская - Печальный Лорд

— Прими мои соболезнования, дружок.

Элихио изумлённо воззрился на него. Лорд Дитмар сказал:

— Уже все знают, что у тебя случилось… Это очень печально, дитя моё, и все тебе очень сочувствуют, поверь. Не буду говорить избитых слов, они не помогут. Лучше скажи мне, нет ли у тебя каких-либо затруднений? Впрочем, я мог бы и не спрашивать. Надо полагать, они есть. Я сказал тебе, что ты можешь во всём на меня полагаться, и это по-прежнему в силе. Я готов поддержать тебя всем, чем только смогу, Элихио.

— Милорд, я… — пробормотал Элихио и запнулся, чувствуя подступившие к горлу слёзы.

Тёплые тяжёлые руки лорда Дитмара легли ему на плечи.

— Пусть это тебя не смущает и не тяготит, мой дорогой. Иногда бывает трудно принять помощь, в человеке берёт верх щепетильность и гордость, но ты эти чувства отбрось. Во имя Даллена я сделаю всё, для того чтобы ты ни в чём не нуждался.

Напрасно Элихио старался удержать слёзы: они градом катились по его лицу. Лорд Дитмар, оглядевшись, проговорил:

— Неужели здесь совсем негде присесть? Нет, кажется, есть… Пойдём, мой милый. Вон туда.

Он усадил Элихио на скамеечку у книжного стеллажа и подал ему упаковку носовых платков.

— Успокойся, дружок… Насколько мне известно, твой отец воспитывал тебя один. У тебя есть ещё родные?

Элихио отрицательно мотнул головой. Он сознательно говорил сейчас неправду, но доктора Кройца родным он пока не считал. Он даже не знал, как к нему относиться. Лорд Дитмар был ему и роднее, и ближе этого незнакомца, которого он никогда прежде не видел.

— Надо же было такому случиться перед самыми экзаменами! — вздохнул лорд Дитмар. — Ничего не поделаешь, дорогой. Будь сильным, держись. Ты не один. Я обещал тебе поддержку — я сдержу своё обещание. Каникулы ты можешь провести у меня, а потом подумаем, что можно сделать. Ни о чём не волнуйся, сосредоточься на экзаменах.

— Я не хочу вас стеснять, милорд, — пробормотал Элихио.

— Ты вовсе не стеснишь меня, не беспокойся об этом, — сказал лорд Дитмар. — Мой дом очень большой, места даже слишком много. Я делаю то, что сделал бы Даллен, будь он сейчас с тобой… А он с тобой, мой дорогой. Его любовь не оставит тебя.

Задавив в груди рыдание, Элихио встал на ноги и, повинуясь неудержимому порыву, всё-таки обнял лорда Дитмара. Он был во власти мучительного блаженства и забыл обо всём на свете, даже о почтительности. Забывшись, он позволил своей страсти выплеснуться через край и, дрожа, прильнул к лорду Дитмару всем телом.

— Ну, ну, голубчик… Право, не нужно, — проговорил лорд Дитмар, смущённо смеясь. — Это, право же, немного слишком… Если господин Клэг войдёт, он может это неверно истолковать.

С предельной мягкостью и бережностью разняв руки Элихио, судорожным кольцом обвившиеся вокруг его шеи, он ласково сжал их в своих — он так не хотел показаться резким! И всё же Элихио понял — его второе «я» ему напомнило, — что он опять повёл себя импульсивно и несдержанно.

— Простите, милорд… Я не совладал с чувствами, — прошептал он.

— Что ж, это вполне извинительно, учитывая все обстоятельства, — проговорил лорд Дитмар мягко. — Ну, значит, договорились… Комната Даллена ждёт тебя. Думай только об экзаменах, ни о чём другом не тревожься. Погрузись в учёбу, это поможет отвлечься от горя. Ну, всё. Ступай. Увидимся на экзамене… И чтобы никаких красных глаз!

— Да, милорд, — сквозь слёзы улыбнулся Элихио.

Вернувшись к себе в комнату, он бросился на кровать, прижал к груди подушку и всё-таки заплакал, но уже не от безысходности и горя, а от пронзительной светлой печали.

К следующему экзамену он подготовился хорошо и сдал его спокойно. Следуя совету лорда Дитмара, он с головой окунулся в учёбу, вытесняя печальные мысли наукой. Если временами к нему снова возвращался душераздирающий образ мёртвого отца, запорошённого снегом, он рычал, тряс головой, кусал себе руки и начинал учить вслух.

Глава 15. Бездомный гость

Все экзамены он сдал хорошо. Всё это время его поддерживал лорд Дитмар: даже мысль о нём укрепляла Элихио и приносила ему успокоение. Элихио было достаточно один раз встретиться с его тёплым взглядом, чтобы совершенно успокоиться перед ответом и почувствовать уверенность. Хотя они виделись только на экзаменах, Элихио чувствовал поддержку, даже находясь один в своей комнате и готовясь к очередному экзамену. Сказать по правде, он почти не думал о докторе Кройце.

Сдав все экзамены, Элихио собрал вещи и сделал у коменданта кампуса отметку об отбытии на время каникул. Лорд Дитмар сказал ему, чтобы он ждал его за воротами кампуса около пяти часов, и Элихио медленно пошёл по свежевыпавшему рыхлому снегу с большой сумкой на плече и чемоданом на колёсиках. Было без четверти пять, темнело. Поставив сумку на снег, Элихио подавил вздох. Уже не имело смысла ехать домой, потому что дома его уже никто не ждал, да и самого дома больше не было. Вместо этого рядом с ним остановился большой синий сверкающий флаер, освещая снег под собой сиреневым светом. Его тонированное боковое стекло опустилось, и лорд Дитмар сказал:

— Клади свои вещи в багажник, дорогой.

Сумка и чемодан уместились в багажнике, а Элихио сел на переднее сиденье рядом с лордом Дитмаром. Перед тем как тронуть флаер с места, лорд Дитмар взглянул Элихио в глаза.

— Не грустишь?

Элихио улыбнулся и покачал головой. Флаер поднялся вверх и полетел, стремительно лавируя в потоке городского движения, среди огней и тёмных громад. Элихио закрыл глаза и откинул затылок на подголовник сиденья. Они летели сначала в океане огней, потом в синем сумраке. Уютно светилась приборная панель, бросая голубой отблеск на диадему лорда Дитмара. Элихио решился спросить:

— Милорд, у вас дома знают, что я приезжаю?

— Да, я сообщил, что приеду не один, — ответил лорд Дитмар. — Ты волнуешься, как тебя примут? Не стоит переживать. Ты друг Даллена, а значит, и наш друг. Ты никого не обременишь, мы будем только рады такому гостю. Ведь ты, помнится, ни разу у нас не был?

— Нет, милорд, не доводилось, — ответил Элихио.

— Неужели Даллен не приглашал тебя?

— Нет, он приглашал, но… — Элихио замялся и вздохнул.

— Почему же ты отказался, если он звал тебя? — спросил лорд Дитмар.