Молли Харпер - У хороших девочек нет клыков (ЛП)

Я прислонилась своим лбом к его.

- Тебе полезно.

Габриель притянул меня к себе на колени, словно разбуженного ночным кошмаром ребенка.

- Люди боятся того, чего не понимают. И сомневаюсь, что они когда-нибудь нас поймут. Тебе придется столкнуться с глупцами, невеждами, непросвещенными.

- И большинство из них мои родственники, - заметила я, прислоняя голову к его плечу.

- Ты встретишь этих людей. И они оскорбят тебя. Они могут попытаться причинить тебе вред. Но тебе удалось выйти из положения, не ввязываясь в ругань и не причиняя никому вреда, несмотря на свой гнев. Ты ведь просто ушла, не причинив никому вреда, верно?

- Да, - проворчала я. – Хотя, может и показала один или два неприличных жеста в сторону закрытой двери.

- Видишь? Ты ушла, не уронив своего достоинства, и это намного лучше того, что сделал бы я в твоем возрасте. Я горжусь тобой. Попытайся не воспринимать нападки этих людей как нечто личное, Джейн. Тебе нужно научиться проглатывать плохое вместе с хорошим.

- И наслаждаться пережевыванием плохого?

- Иногда, да, - хохотнул Габриель, играя с пуговицами моего свитера. – Могу я предложить тебе воспользоваться моим душем?

Я вытаращилась на него.

- Это - самая незатейливая тактика «съема», с которой я когда-либо сталкивалась.

Губы Габриеля сложились в полуулыбку-полугримасу, которая тем не мене дала понять, что в основе этого предложения лежали не только игривость и подшучивание.

- Запах дыма настолько плох? – воскликнула я. - Я же пробыла там всего несколько часов!

- Он довольно резок, - признал Габриель. - Но мое обоняние намного острее, чем у среднестатистического человека. И, чтобы компенсировать это оскорбление, я сам отнесу тебя наверх и вымою с головы до пят.

- А пузырьки там будут? – спросила я.

- Пузырьки можно организовать, - торжественно кивнул он, расстегивая пуговицы, чтобы поиграться с китайской ловушкой для пальцев[8], которую представляла собой спереди расположенная застежка моего лифчика.

Габриель отбросил мой свитер в сторону. Я наслаждалась новизной ощущений от пребывания топлесс на открытом воздухе, когда выражение отвращения промелькнуло на его лице. Я опустила взгляд на свое тело, в поисках каких-нибудь уродливых шрамов или родинок, которые могла не замечать последние пару десятков лет.

- Что такое?

- Теперь стало даже хуже, - ответил он, сморщив нос.

У меня вырвался ошарашенный смешок.

- Потрясающе!

- Я могу с этим справиться, - поспешно пообещал Габриель, понимая, что задел мое самолюбие. – Мне ведь не обязательно дышать.

- Ценю твою преданность начатому делу.

С решительным выражением лица Габриель возобновил поглаживая моей кожи и принялся покрывать поцелуями горло. Я немного отклонила голову назад. Кости, казалось, превратились в кисель, когда его руки начали водить медленные круги по моей спине. Я опустила взгляд и заметила, как Габриель поколебался, прежде чем прижаться губами к моей коже, так, словно эти прикосновения его жалили. Он заставил себя продолжить дорожку из поцелуев от моего горла до ключицы.

- Тебе действительно не стоит так самоотверженно стараться, - посочувствовала я Габриелю, отводя ему волосы с лица. - Но это очень мило.

- Мне жаль. Такое ощущение, что он даже в поры впитался, - мягко сказал Габриель.

- Сегодня не подходящая для этого ночь. «Невыносимая вонь» определенно не та нота, с которой мне хотелось бы начать, - сказала я, потянув носом запах от своего «некогда-счастливого-а-теперь-предназначенного-пламени-костра» свитера. – Пойду домой и искупаюсь в томатном соке. Этот прием помог, когда прошлым летом Фитц использовал скунса в качестве жевательной игрушки.

- Останься еще немного, - предложил он, поглаживая мои колени, когда я снова надела свитер. - Думаю, что смогу потерпеть твое благоуханное присутствие еще какое-то время.

- Ну и ну, весьма признательна, - пробормотала я. Он нежно поцеловал меня, языком прослеживая линию рта, прежде чем отстранился, прилагая все возможные усилия к попытке скрыть свое инстинктивное желание отпрянуть.

- Это была отважная попытка, - прокомментировала я.

- Это все равно, что облизывать пепельницу, - произнес он извиняющимся тоном. - Ты ведь не дышишь. Как же умудрилась пассивно «накуриться» табачным дымом в таких количествах?

- Я говорила не смолкая в течение четырех часов.

- Напомни-ка еще раз, почему эта работа тебе не подходит? - спросил он, выдохнув неблагозвучное «уффф», когда я ткнула его в живот. – Мне жаль, что у тебя был ужасный, невыносимый, безобразный, очень плохой день. И все же, зная тебя, уверен, ты превратишь его в полезный опыт.

- Да, я поняла, что отныне стану гораздо более успешным телепродавцам, – фыркнула я, прижимаясь к его груди.

- Видишь? Нет худа без добра.

Мы сидели в тишине и слушали квакающих на передней лужайке лягушек. Габриель медленно, но верно отклонял голову. Примерно минуту спустя, его лицо было так далеко от меня, как только позволяла шея.

- Ладно, ладно, - проворчала я, поднимаясь на ноги. - Пойду домой и приму душ.

- Мне очень жаль, - заверил он, следуя за мной к машине. – В противном случае, я считал бы тебя неотразимой.

Я без особого энтузиазма наблюдала за тем, как он склоняется ко мне для поцелуя. Но стоило исходящему от меня аромату никотина ударить Габриелю в нос, как он, подумав еще раз, решил ограничиться рукопожатием. Я рассмеялась.

- Ты смеешься. Это всегда хороший знак, - повторил он, когда я уселась в Большую Берту.

Я продолжала смеяться до тех пор, пока не притормозила в конце подъездной дорожки Габриеля. Я бросила взгляд в зеркало заднего вида и увидела девушку с блеском в глазах и глупой усмешкой на лице.

- О, Джейн. Да ты пошла по наклонной.

Сноски:

1. «Чарли и Шоколадная фабрика» (1964 г.) - сказочная повесть Роальда Даля о приключениях мальчика Чарли на шоколадной фабрике эксцентричного кондитера мистера Вонки.

2. Список «не звонить» – США стали первой страной, принявшей законодательное ограничение на телемаркетинг. Еще в 2003 году правительство страны запустило проект по созданию так называемого списка «телефонов, куда не надо звонить» (Do Not Call List). Гражданам, недовольным телефонным спамом, было предложено внести свои номера в этот список. Степень недовольства американцев телефонной рекламой легко оценить по тому, что в первую неделю проекта в нем было зарегистрировано уже свыше 50 млн номеров. Коммерческим организациям запретили звонить по этим телефонам, предлагая те или иные товары и услуги. Нарушителям грозит штраф в размере 120 тысяч долларов за каждый звонок по номеру из базы. Данному примеру последовали такие страны как Канада, Израиль, Финляндия и т.д.