Скальпель против волшебства - Мария Волконская

город в целом. – Он вздохнул и поднялся. – Только не говорите потом, что я вас не предупреждал.

С этими словами он открыл нижний ящик старого шкафа, нащупал за потертыми фолиантами толстую папку, завернутую в плотную холстину. Бумага внутри была старой, но не хрупкой. Несколько страниц были исписаны незнакомыми символами, а где-то на полях добавлены пометки современным, уверенным почерком. Расчеты, диаграммы, обрывки схем.

– Достижения древних – не сказки, – сказал Эрдрин. – Это действительно настоящее чудо и достижение разума, куда более прагматичного и менее избалованного легкодоступной магией, чем наш. Это устройство, – он сложил две страницы, чтобы получился цельный разворот, – схема сбора энергии. Грозовые башни служили не просто громоотводами. Они… аккумулировали молнии. Собирали их и направляли в другие устройства, чтобы питать освещение, обогрев, кузницы... Возможно, и большее. Я не разобрал все записи.

Греттус взял один лист, прищурился. «Распределение импульса» гласила подпись. Провел пальцем по рисунку с катушкой, в глазах его заискрилось радостное узнавание.

– Ты знаешь, что это, – ахнула Рита. – Тарис говорил, тебя исключили за эксперименты с энергией. Ты пытался добыть электричество! Вы знали! – Она вперила взгляд в смотрителя, старик как-то сразу съежился, неловко втянув голову в плечи.

– Да, я понял, что он на грани повторить свой опыт. Тогда я и решил вырвать страницы. Поймите, – извиняющимся тоном пробормотал старик, – я лишь хотел вас уберечь.

– Я так и подумала, – кивнула Рита. – Вы ведь знали, что Греттус разберется.

– Я – старик, – вздохнул Эрдрин. – Я прожил жизнь, бесцельно растратив ее, скрываясь в этом полуразрушенном оплоте забытой мудрости. Я надеялся, юноша не повторит моих ошибок.

– Ключ, арис. – Маргарита поняла, что сейчас самое время перейти ко второму вопросу. Смотритель был уязвим, пустившись в сожаления о существовании, наполненном жалостью к себе. – Металлическая дверь, что открывается ключом. Уверена, именно там хранятся механизмы, изображенные на схемах, – она кивнула на папку, любовно прижимаемую Греттусом к груди. – Машины, связанные с тайной Грозовых башен.

– Но они не работают! – воскликнул Эрдрин. – Уже лет четыреста, как грозовые камни на их вершинах выдохлись. Направить молнию в тот подвал башни просто не способны. Думаю, мы бы заметили вибрацию, услышали звук…

– Звук, ну конечно, – Рита коснулась губ, сдерживая возглас. Как она сразу не догадалась? – Мы не слышим звук, потому что просто не способны на это! Анатомически не способны, вы понимаете?! – Она тряхнула старика за плечи, смотритель растерянно заморгал своими синими, похожими на льдинки глазами. – У каралисков другое строение органов слуха, они же частично – летучие мыши! Они слышат Грозовые башни! И им это вовсе не нравится. Мне нужен ключ, арис!

***

Ключа у Эрдрина действительно не оказалось. Металлическая дверь, скрытая в основании башни, не открывалась по меньшей мере триста лет, в этом не было нужды.

Смотритель показал на задвинутую шкафом плиту – люк почти сливался с каменным полом, и без подсказки его бы никто не заметил. Рита поджала губы, подцепила кольцо, и панель мягко ушла вниз, открыв лестницу, ведущую в темноту. Тайный проход, узкий, как глотка колодца, ведущий куда-то под землю.

Спускались, когда город уже растворился в густом сумраке. Снаружи над крышами нависало тяжелое небо, а ночь, словно густые чернила, неспешно растекалась за окном, просачиваясь в ставни.

Свет масляного фонаря, зажатого в руках Эрдрина, расчерчивал пыльный коридор янтарными полосами. Рита коснулась влажной облупившейся штукатурки, проверила прочность металлических ступеней. Где-то капала вода, но, судя по звуку, далеко.

На дне лестницы открылся узкий проход, выложенный гранитным камнем. Здесь стены были гладкими, странно чистыми, как будто кто-то когда-то очень старался сохранить это место в порядке. Через двадцать шагов туннель расширился, и Рита на мгновение остановилась.

Зал был невысоким, квадратным. Вдоль стен стояли громоздкие сооружения. Неведомые машины, обмотанные медными витками, с панелями, утыканными рычагами, и коробами, от которых отходили стальные кабели.

Едва заметный гул вибрировал на грани слуха. Девушка дотронулась до ближайшей панели, пальцы скользили по полированному металлу, такому же, как они нашли в заброшенном доме. В руку отозвался слабый, едва уловимый пульс. Легкая дрожи заставила подняться волоски на руках, кожа покрылась мурашками.

– Здесь все сохранилось, как прежде, – пробормотал Эрдрин, с трудом пробираясь между корпусами машин. – Я сам не все понимаю, но по описаниям – этот распределительный узел был сердцем комплекса Древних. Всю жизнь я изучал их записи, выписал названия, но этого оказалось мало. Знаю, что здесь есть распределители, стабилизаторы, трансфокусные панели… Только вот разобраться, как они работают, даже показать вам, что есть что, – он растерянно развел руками, – я, увы, не смогу.

– Нужно как-то отключить эти механизмы. Перезагрузить, возможно. Иначе Грозовые башни так и будут «фонить», раздражая каралисков.

– Это невозможно, – уверенно покачал головой смотритель. – Энергия молний давно утрачена, лучше позволить машинам самим коротать свой век, пока они не уснут окончательно.

– Искру нельзя зажечь в сырых бревнах, – негромко отозвался Греттус. Он медленно опустил руку к своему поясу, развязал скрытый мешочек и извлек изнутри камень. Темно-синий, с серебряными прожилками – будто шторм застыл в куске стекла. – Но если подложить сухую щепку…

Рита замерла. После стольких бессонных ночей в библиотеке ответ находился у нее под носом.

– У тебя все это время был с собой рабочий грозовой камень? – голос ее срывался, то ли от страха, то ли от злости.

Греттус кивнул.

– Он совсем маленький. Заряда хватит на один раз, – мрачно сказал Эрдрин, заглядывая альбиносу через плечо. – И даже не факт, что он сработает. Слишком много лет прошло. К тому же, это может быть опасно.

– Не каждый кактус еда, но попробовать ведь никто не запрещает, – ответил альбинос.

– Мы понятия не имеем, что произойдет, – настаивал смотритель.

Греттус, не слушая, уже вставлял кусочек горной породы в паз. Камень мягко втянулся внутрь, и одна из панелей дрогнула. Что-то щелкнуло. Медленно, лениво просыпаясь от многовекового сна, машина начала гудеть.

Греттус нажимал на кнопки и поправлял контакты, будто делал это не в первый раз. Все вокруг задержали дыхание, но ничего больше не происходило.

Греттус задумчиво покусал нижнюю губу и указал на маленький рычажок:

– Открывая дверь, можно получить по лбу…

– Я заварила эту кашу, – Рита протянула руку к панели,