С. Алесько - Обуздать ветер

Три болота, вот и ответ, почему Малинка появлялась в степи не каждую ночь! И пятна те у нее на плече наверняка остались от какой-нибудь пробной личины. Ну надо быть таким болваном, Тимьян! Хотя мне и в голову прийти не могло, что сладенькую понесет в замок Туманного лорда. Неужто ей так нужны доказательства моего белокостного происхождения? Ох и устрою ей взбучку, вот только доберусь… Нет, пожалуй, сначала нужно будет увести подальше, в безопасное место.

Дёрен отправил меня в Скалград еще до рассвета. Вернее, не в сам город (что мне там ночью делать? От караула бегать?), а в небольшую рощицу неподалеку. Небо потихоньку светлело, и я не стал ложиться спать. Заснуть вряд ли получится, да и Малинку скорее всего уже не застану. Была ли она сегодня в степи? Если была, слышала ли плач? Несмотря на злость, вызванную дурацким самоволием девчонки, одного воспоминания о ее тогдашнем испуге хватило, чтобы горячая волна нежности плеснула в груди. Эх, скорей бы опасности остались позади… Хотя возможно ли такое с Малинкиным норовом? Остается надеяться, что смогу быть рядом с ней и защищать по мере сил, как выяснилось, не таких уж и малых. Вот только доломаю куст, научусь управлять ветром…

За размышлениями дорога не казалась длинной. К полудню я дошел до постоялого двора, где решил поесть и запастись провизией, благо деньги имелись. Посетителей было мало — сказывалась близость к слабонаселенным Мглистым землям, через которые не пролегали большие тракты. Хозяин, наливая мне пиво, решил поболтать, и очень скоро я понял, что ему просто не терпелось поделиться новостью.

— Куда путь держишь? — осведомился скорее для приличия, а как только услыхал, что в Мглистые земли, тут же излил на меня целый поток не слишком приятных известий. — Тут вчера семейство проходило, куда-то под Скалград направлялись, к родичам. Говорят, Туманный лорд совсем умом тронулся. Раньше все колдунов да шарлатанов всяких привечал, но хоть дороги содержал в порядке и не драл с селян по три шкуры. А теперь, на старости-то лет, вспомнил о праве первой брачной ночи. Вот уж, как бабы говорят, седина в бороду… Причем настаивает, чтоб девицы непременно таковыми и были. Одну вроде как уличил в нечестности — чуть не насмерть приказал запороть, другая честной оказалась, так у нее всю кровь спустил, утром жениху вернул, она еще дышала, а к полудню померла… — и понес дальнейшую околесицу, настолько жуткую, что я усомнился в ее правдивости.

Известия про девиц меня насторожили, ибо выглядели правдоподобно. Вряд ли дядюшка (буду пока так Туманного лорда называть) на старости лет решил наверстать упущенное, если вообще что-то упустил. Нет, тут дело не девицах, а в девственной крови. Странно, что здешний хозяин не знает, как эта жидкость ценится колдунами. Вернее, так считают кумушки преклонных лет и всякие сказочники, развлекающие народ своими побасенками. Надо бы спросить у Дёрена, есть ли в этих рассказках хоть крупица правды. Но даже если это чистая ложь, свихнувшийся дядя может о том не ведать, ведь сам он не колдун. Три болота, угораздило ж Малинку к нему сунуться именно сейчас! Впрочем, за ее кровь вроде как опасаться нечего. Единственное, что может угрожать сладенькой — разоблачение, и тогда Туманный лорд примется выпытывать у нее, где найти меня. Хотя опять же не понятно, я-то ему на кой? Чай не дева непорочная!

Беспокойство росло, я то и дело использовал айрову связь, проверяя, как дела у Малинки. В конце концов стал постоянно держать в голове образ нити, связывающей нас. Она уходила вдаль, неподвижная, натянутая добротно, но не туго. Чутье говорило, что с моей девочкой все в порядке, а если что-то случится, нить провиснет или, наоборот, станет как струна. И не дай Небесная Хозяйка, если порвется… Слыхал я как-то песню про "волшебную нивидимую нить, которую меж ними протянули", но никогда не задумывался, что крючок, которым эта нить заякорена в сердце, так больно дергает.

Я шел весь день, не остановился и когда начало смеркаться. Путники давно уже не попадались, и спросить, далеко ли до границы Мглистых земель, было не у кого. Необходимость в вопросах отпала, когда чуть впереди по обе стороны дороги я разглядел два каменных столба. Подойдя ближе, увидел на каждом из них деревянный щит, когда-то украшенный гербом. Сумерки сгущались, краски почти стерлись, попорченные солнцем и дождем, и сколько я ни пытался, разобрать, что ж там изображено, не смог. Впрочем, и так было ясно, что столбы со щитами отмечают начало владений Туманных лордов. Словно в подтверждение из лесистой низинки у дороги потянулись первые лоскутья тумана. Я свернул в чащу и стал устраиваться на ночевку.

Только успел поесть и закутаться поплотней в плащ, как в голове раздался голос сестренки.

Здравствуй, Тим. Не напугала?

— Привет, Эри. Нет, после штучек Клевера меня трудно напугать гласом творящего, — проговорил я вслух, ибо так пока было привычнее. — Как ты там? Корешок не слишком допекает?

Все хорошо. Хрен, оказывается, может быть вполне приятным собеседником, да и заботливость ему не чужда. Иногда, правда, его заносит, особенно когда шутить пытается, — Эрика как будто хихикнула, но при мысленном разговоре это трудно было определить. — Но в остальном мне не на что жаловаться. Как твои дела?

Я рассказал о том, что узнал от Дёрена и кабатчика, сестренка вновь принялась сокрушаться, что не успела доломать куст.

Скажи ночью своей занозе, чтобы утром немедленно уходила из замка.

— Ясен хрен, скажу, если только она появится. Передавай привет Корешку.

Он тоже желает тебе всяческой удачи. Как и я. Тим, я поддерживаю связь постоянно, так что если что-то случится…

— Если что-то случится, вы действуете, как договорились. Извещаете Дёрена, тот — Вепря. Поняла, Эри? — постарался спросить как можно более грозно. Мы обо всем условились, но напомнить лишний раз не помешает. Может, твердил бы Малинке каждую ночь, чтоб не вздумала соваться в Мглистые земли, так и застал бы ее в Прибрежном.

Да, братец. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, — пробормотал я, подозревая, что моя ночь будет какой угодно, только не спокойной.

Предчувствие меня не обмануло: Малинка не появилась, и я долго, с остервенением ломал несчастный терновник. Изодрался весь, голова от боли чуть не лопнула, хорошо, ветер не слишком свирепствовал, будто начиная слушаться. А может, просто привык и решил, что я нахожу удовольствие в полосующих и рвущих кожу шипах. Как бы то ни было, я изрядно приблизился к лоскуту памяти. Эх, еще б несколько дней…