Шпионка на отборе у дракона (СИ) - Миленина Лидия

— Чем…?! — хрипло прошептал он, потом усмехнулся.

— Драконьей магией?! Родная моя, я разве не предупреждал тебя, что главный раздел драконьей магии состоит именно в… этом?!

— Перестань! — Я уперлась руками ему в плечи, пытаясь оттолкнуть то ли в шутку, то ли по-настоящему. — Я знаю, что ты шутишь…

— Не совсем, Мариа… Но сейчас это не столь важно. Просто ответь, как мне повысить шансы? Раньше ты могла красиво упасть мне на руки, опустошенная и усталая поле двухчасовой тренировки, я носил бы тебя на руках и лечил, взывая к романтичным струнам женского сердца… А что теперь, когда даже это ты умеешь сама?

Я рассмеялась, стараясь не поворачивать лицо вверх — так мои губы оказались бы в опасной близости от хищных губ дракона.

— Ход с цветами был неплох… Попробуй для начала… быть нежнее! — ляпнула я, хоть хотела сказать «вежливее и обходительнее, галантнее и не насмехайся надо мной хотя бы полчаса в день». Однако в этот момент я ощутила, что горячая ладонь прижимает меня слишком сильно — до сладкой боли, до выворачивающих наизнанку ощущений. И слово «нежнее» само слетело с губ…

— Нежнее…? — Эрмиор ослабил «хватку», прикосновения слали более тихими, бережными… сладкими… — Нежнее, маленькая драконица…? Ты знаешь, я могу быть нежнее… — он медленно наклонился ко мне, губы слегка коснулись щеки, уха, шеи…

— Ах… Эрмиор, пожалуйста! Мы должны заниматься!

— Мы никому ничего не должны… Король и принцесса… — шепот обжигает, кажется, от того места, где его губы касаются шеи, жар разбегается по всей коже, ниже, закручивается спиралью в груди и в животе, заставляет ноги слабеть. Томно, приятно, протяжно.

— Мы ведь договорились… Что не сейчас… — шепчу я, едва удерживаясь от желания заключить его строгое лицо в ладонях, развернуть к себе и отчаянно прильнуть губами к его губам. Только там можно утолить эту истому, это протяжное бесконечное влечение. — Перестань соблазнять меня, Эрмиор! Ах… А то… а то я начну соблазнять тебя, и… потом…

Король наконец чуть отстраняется, хрипло смеется, сам заключая мое лицо в ладонях. Я не противлюсь.

— И потом так не позволишь обрести тебя… Кхм… ах, коварная принцесса Мариа! Что ты со мной творишь, а, маленькая драконица?! — он резко наклоняется и быстро целует, не давая мне опомниться.

Мир исчезает, и какое-то время я наслаждаюсь этим «несанкционированным» поцелуем, мечтаю продлить его, повиснуть на Эрмиоре, отдаться ему.

Потом он сам отстраняется.

— Пора заниматься драконьей магией и тайным знанием, — с долей коварства произносит он. — Хотя, сама понимаешь, я предпочел бы другие занятия… И ты, на самом деле, тоже… — янтарный глаз хитро сверкает в мою сторону. — Садись в кресло, сперва теория… Понимаю, что маленькая драконица хочет полетать, но это позже…

Глава 37. Тайны прошлого

— Конспектировать не обязательно, — милостиво заявляет дракон и принимается ходить передо мной, заложив руки за спину, как настоящий профессор перед студентами. — Я понял, что на болотах тебе не рассказывали о драконах. Удивляет, что ты хоть немного знаешь о нашем существовании… Поэтому послушай меня… Можно было не копаться в бесполезных книжках, — Эрмиор поднимает со стола ту книгу царедворца его отца, что я выпросила у доброго библиотекаря. — Всегда можно спросить и узнать из первых уст…

— Эр, ты ведь понимаешь, что в те времена ты был для меня грозным королем, к которому не подойдешь просто так, чтобы прочитал лекцию?

— Кхм… и который на руках носил тебя в туалет… Ладно. Слушай и не перебивай, ты умудряешься отвлекать от всего! И прикрой плечо… у тебя платье немного съехало…

«Когда ты меня тискал!» — подумала я и с соблазнительной, наигранно-скромной улыбкой натянула ворот платья выше.

— Кхм… Ты все время умудряешься дергать дракона на хвост… Даже в простейших жестах… Ладно. Итак, Мариа, — Эрмиор резко становится серьезен. — Наши с тобой предки, настоящие драконы, жили в мире издревле. Срок жизни драконов неизвестен — еще ни один дракон не умер от старости на глазах у других. Вероятно, он исчисляется десятками тысяч лет. Так что… ты не скоро от меня избавишься… — серьезную речь неожиданно прорезала лукавая усмешка. — Иногда отдельные из нас, устав жить в этом мире, открывали дверь в иные миры лично для себя и покидали наш. Ведь… дух человека меняет тела, одно тело и один мир, один способ существования не успевает надоесть ему за короткие сто тридцать — двести лет, — я внутренне морщусь, вспомнив, что в моем прежнем мире это было еще меньше: семьдесят-девяносто.

— Драконов же со временем охватывала скука, ведь только кажется, что мир не изведан и его разнообразие бесконечно. На самом деле один мир надоедает за пару-тройку тысяч лет. И тогда дракон покидал своих собратьев… Но вернемся к этому позже. Мы, драконы, хранили мир. Следили, чтобы мир пребывал в гармонии. Чтобы войны не перевешивали, а мир не становился слишком пресным. Мы решали, позволить ли войну между двумя государствами или запретить. Как это сейчас… делаю я один. Разрешить ли объединение двух государств… Так мы хранили этот мир, не давая людям совершать то, что может привести к потере равновесия. Но… люди называли нас Правителями и Владыками мира. По их мнению, мы властвовали над миром…

— Эрмиор, во многом так и есть. Если драконы решали за других, значит, они правили и властвовали! — сказала я.

— Не спорю, — удивительно, но Эрмиор не возмутился моим словам. — Но все же это была власть, необходимая, чтобы хранить. А вот люди не всегда осознавали это… Среди людей тоже были маги, и они завидовали силе и власти драконов. Примерно сто шестьдесят лет назад они сплотились в одну группу и начали вести пропаганду среди человеческих властителей этого мира, внедряя в умы идею, что люди должны вершить свою судьбу без оглядки на драконов, что пришла пора свергнуть власть Владык мира…

— И что драконы? — тихо спросила я, уже предчувствуя, что было дальше. Очень грустное для всех сторон. Как это бывает при гражданских войнах и революциях.

— Драконы, наши предки… — с болью усмехнулся Эрмиор. — Они слишком привыкли, что их власть невозможно оспорить. Привыкли быть самыми мудрыми и сильными в нашем мире. Они знали об этом «политическом движении», но лишь посмеивались над ним. Кто сможет победить драконов? Нет в мире такой силы?! — Эрмиор рассмеялся с тоской в голосе. — Они ошибались, Мариа. Такая сила есть. И эта сила — боль, когда убивают твоих близких.

— Они стали убивать драконов по одиночке? — спросила я осторожно.

— Хуже, Мариа, хуже! Знаешь, как человеческим магам обрести силу, почти равную силе дракона?! Как ты думаешь?! — в лице Эрмиора появилась жесткость. Да, я, кажется, знала… Теперь знала, когда начала понимать логику этого мира и его истории.

— Убить дракона?! — подняв на него глаза, произнесла я.

— Именно! Они сумели узнать тайну «древней ловушки» — магической сети, что использовали драконы, чтобы пленить собрата. И стали… убивать драконов по одиночке, как ты и сказала. Троих убили, обрели большую силу, окружили свой тайный (на самом деле драконы знали о нем и лишь попустительствовали этой «игре», не ожидая, что у человеческих магов получится) замок защитой и думали, как им не только защититься от драконов, но и победить их… С первой попытки наши с тобой предки не смогли преодолеть защиту из замка, ведь в нее была вложена сила трех драконов. Но враги понимали, что скоро их сравняют с лицом земли, выжгут драконьим пламенем, хоть в некоем договоре между людьми и драконами существовал пункт о недопустимости сжигать драконьим пламенем человеческие поселения… Впрочем, драконы соблюдали договор лишь постольку, поскольку хотели, а в этом случае точно имели право нарушить его…