Лиса и Каменный Зверь - Марина Бреннер

ней, сжигал темную урожденную Суть. Ту самую, которая давлела и управляла жизнью Ли до сих пор.

Ту самую Суть, которая потащила тогда Пустоголовую Тарниер и под лесные густые кусты, и на скалу.

Давным давно не было уже Пустоголовой Ли, на ее место пришла сэтра Лейнар - сияющая, горящая, владеющая Темным Утесом и сердцем Каменного Потомка, Последнего.

Теперь уже не Последнего.

...Уложив жену в постель, он старался быть нежным изо всех сил. Прекрасно понимая и матеря себя за то, что не дана ему эта нежность природой, а какая и дана была - всю растерял, сжег, развеял по ветру, как малоценную пыль.

- Возьми меня быстро, Уилбер! - всхлипнула она, вцепляясь в его плечи - Быстрее, пожалуйста... я не могу, я хочу тебя!

Наплевав на все предосторожности и послав здравый смысл к хоратам в пекло, он развел ноги жены и вошел в полыхающую и текущую медом ее суть.

- Еще, еще... - шептала Лиса, оплетая ногами поясницу сэтра - Глубже, я хочу чувствовать, что ты меня хочешь...

Лейнар двигался в ней сперва осторожно, потом, осмелев или обезумев, вошел полностью, заревев зверем, который объявился невовремя, располосовав мазут глаз сапфировыми мятежами.

- Кончай, Лисенок. - шепнул в маленькое ухо, прикусив нежную мочку - Кончай, потом еще повторим.

Ли выгнулась и высоко, гортанно закричала, не в силах уже больше справляться со спазмами, крутящими все ее тело.

После, когда ослабнув, обмякнув в сильных руках, Ли задремала уже, задремал и он, счастливый и успокоенный тем, что нужен теперь уже точно и совсем не уйдет из Арнера... Оставит след.

Все, похоже, начинало налаживаться, приходило в норму.

Да только пришедшее утро решило по другому...

Глава 31

Глава 31

Утром завьюжило, закружило - началась такая пурга, какой уже давно не было. Лиина просыпалась обычно раньше мужа. И в этот раз, проснувшись раньше и глянув в окно, присвистнула: надо же, вьюга какая! Ветер, как говорит Лейнар.

- Ничего себе, - пробормотала девушка и полезла прочь из теплой постели и объятий мужа - Ну и ветер!

Сэтр отреагировал тут же - миг, и Лиина оказалась прижатой к твердой, горячей груди.

- Куда собралась, Лиса? Если опять на кухню - выдеру хлыстом. Ясно? Сегодня ты отдыхаешь! Без тебя все сделают.

Ли попробовала сопротивляться:

- Но, Уилбер! Дел много, надо детей кормить, да и нам поесть... Мы еще в лес сегодня хотели... Дети давно просятся! Да и убор...

И вновь последние слова утонули в крупной тяжелой ладони.

- В какой лес, Лиина? Ты соображаешь? Ветер! Вот же Пустоголовая - пустоголовая и есть!

Девушка потянулась и обняла мужа за шею:

- Ну не злись! Вот чего сразу налетаешь?

Ругнувшись, собрался Линку оттолкнуть, и не смог. Может, и нет в девчонке магической силы, а только в ее руках он как песок. Взглядом своим зелено - змеиным превращает она каждый раз камень в пыль. Временами сэтр думал, что досталась ему в жены лабия и все врут, что твари эти давно вымерли. Линка ведьма! Ведьма, сомнений быть не может.

Вот и сейчас - обнимала, по щеке гладила, щурилась и повинно опускала глаза. Но вместе с тем хихикала как то ехидненько.

- Ну тебя, Лиса! - притянул он к себе жену и, проведя языком по близким теплым губам, задел зубы - Если ветер к обеду стихнет, по берегу пройдитесь. В лес пойдете - выпорю. Всех. Поняла?

Девушка кивнула и поднялась с постели.

Чувствовала она себя неплохо. От вчерашнего недомогания не осталось и следа, если странное состояние вернется, то нескоро, это нормально - так сказал целитель. По большому счету, Лиина и сама понимала, что такие ощущения в ее положении норма - достаточно было вспомнить всех беременных, виданных ею прежде.

Маги носят гораздо легче людей, человеческие женщины мучаются намного больше...

А она, Линка, все - таки из Водных, как бы там ни было. Поэтому и не боялась она теперь ничего - какой может быть страх? Дитя то желанное, вымоленное и выпрошенное!

Вот только Лейнар бы себе ничего не накрутил. Боится он. Хоть и рад, и сам виду не подает, а боится. Намного раньше узнала она от кухарки, отчего скончались прежние жены Каменного.

Как то раз Энна, хлебнув от души сладкой терпкой дурмяной настойки, протрепалась:

- Первая, Карлиса из Огненных в родовой горячке сгорела. Каменное дитя из нее жизнь вытянуло, пока она носила его. Не годятся каменные дети никому. Он один остался, сэтр Лейнар. Так выходит, что Род их на нем и закончится.

- А вторая? - спросили Лиина как бы невзначай, отхлебывая из чашки чай - Вторая жена сэтра. С ней что произошло?

Кухарка икнула, тут же извинилась и прикрыла рот рукой:

- А не сдадите меня хозяину, сэтра? Болтаю много...

Стараясь не спугнуть пьяные откровения, Лиина помотала головой:

- Я тебе тоже хозяйка, Энна! Говори. Не бойся - он ничего не узнает.

Не в силах больше справляться с неконтролируемым желанием поговорить хоть с кем - нибудь, женщина продолжила:

- Вторая, сэтра Горта Манш... - Энна перевела дыхание и вдруг рявкнула басом - Блядь! Шлюха она была, потаскуха, каких мир не видал... Когда померла, так никто шибко не плакал. Туда ей и дорога, мать ее! На том свету пускай хоратов обслуживает...

Ли отставила пустую кружку в сторону:

- Сама померла? Или... он ее?

Кухарка так отчаянно и отрицательно замотала головой, что в правдивости ее слов нельзя было усомниться.

И вот теперь та, первая, Карлиса, не давала Лисе покоя. Очень часто занимала несчастная мысли девушки. Какая она была? Почему в доме нет ни одного ее портрета? Любил ли ее Лейнар? Если любил, почему с такой легкостью выбросил из памяти? Ведь ни разу не вспомнил! Ни разу.

Вот Вэйнар Тарниер на что холоден и суров, а вспоминал иногда Линкину мать, и портрет ее в доме был - по плотной шелковой ткани вышивка цветными нитками.

А здесь ничего. Почему так? И ведь не спросишь, потому что Лейнар либо разорется, либо пошлет, либо просто промолчит.

На все молчит! Толком даже ни разу не сказал, куда именно ночью уходит. Понятно, что в море. Но куда? Ведь тогда не нашла она его?

Да и не хотелось Ли мутить воду,