Эльфийка и охотник: Дело Аптекаря - Элен Славина

Мариэль прильнула к любимому и разжала ладошками его кулаки. Затем поцеловала пальцы и погладила спутанные волосы.

— Не думай больше о нем, он не стоит твоих мыслей и переживаний. Я все решу сама, у меня для этого есть старинные эльфийские рецепты. Осталось найти сумку, которую я оставила в этом доме.

Вскочив на ноги, Мариэль оглянулась и поняла, что ничего не видит. За окном стояла глубокая ночь.

— Ложись спать сладкая моя! Завтра поищем твою сумку. — Виктор потянул эльфийку за руку и прижал к своей груди. Обхватив ее за талию, он уткнулся носом в волосы и через мгновение они уже спали крепким сном.

Двое влюбленных надев друг на друга темные капюшоны взялись за руки. Они нежно поправили волосы, улыбнулись глазами и легко вздохнули. Как два близнеца плавно двигались в унисон друг другу и не нарушая собственного ритма, были похожи на обычных обитателей столицы. Стараясь быть незамеченными, они шли не по центральной улице, а постоянно ныряли в пустынные и мрачные переулки. Грязь под ногами смешивалась с отбросами из сточных канав, а с крыш ещё падала дождевая вода после вчерашнего ливня, на улице было сыро и мрачно. Плотнее укутавшись в непромокаемую накидку, Мариэль поежилась, посмотрев на хмурое небо.

Крепко держа сумку с бабушкиными лекарствами, эльфийка прижимала ее к телу и ощущала пальцами стеклянное совершенство. Вот оно эльфийское оружие, которое должно помочь ей разговорить Руслана, а также других врагов королевства. Бабушка не зря дала ей пузырьки, как чувствовала, что они могут пригодиться. Вот и поймем на что способны эльфийские снадобья бабушки Глиндменель.

Мариэль знала, куда они идут, но до сих пор не могла поверить в то, что конюх Аярис возможно замешан в кошмарном деле Аптекаря. Он был хорошим другом ее отца и всегда ей нравился.

«Нет, не верю! Он не мог так поступить. Вот его противная женушка, вполне. Она бы продала душу дьяволу за золотые монеты. Но только не Аярис. Нет и нет! Пока не поговорю с ним, не поверю».

— О чем ты мечтаешь, Мариэль? — Где-то из глубины сознания, ее разбудил голос охотника.

— Что?

— Ты очень задумчивая, похоже, находишься далеко в своих мыслях.

— Я думала об Аярисе и его жене. Я не верю, что он причастен к отравлению эльфийцев.

— Я тоже не хочу в это верить. — Виктор взял Мариэль за руку и завернул за очередной дом. — Мы почти пришли. Волнуешься?

Мариэль кивнула не в силах произнести ни слова. Почему она так переживала из-за разговора с конюхом? Может, потому что боялась услышать ответ, который повергнет ее в шок. Она боялась и жаждала правды. Но вот какой будет это правда, им и предстояло узнать, войдя в этот знакомый для каждого из них дом.

Виктор здесь сидел в подвале как провинившийся узник, не по своей воле, не понимая, где он и почему здесь оказался?

Мариэль же шла сюда по собственной воле, к другу семьи, зная, что здесь можно спокойно переждать ночь, если не трогать жену Аяриса. Вот с этим у Мариэль всегда были проблемы.

— Пойдем, Мариэль. Время.

— Почти полдень.

— У нас мало времени. — Виктор подошел к входу и постучал в крепкую дубовую дверь. Послышались шаги и она распахнулась.

Аярис стоял, оперевшись о косяк и сильно качался. Грязная рубашка была разорвана в нескольких местах, кое-где виднелась кровь. Волосы были всклокочены и падали на лоб сальными паклями. Под левым затекшим глазом стоял большой красно-фиолетовый фингал. Сама сетчатка была окрашена бордовыми тонкими нитями. Губа была распухшей и треснутой, засохшая кровь была размазана по подбородку и щеке.

— Аярис, что с тобой? — Мариэль охнула и потянулась к другу, коснувшись его щеки. — Ты что подрался?

— Кто здесь? А это ты, Мариэль. — Конюх расплылся в улыбке, обнажив щербатый рот без верхнего зуба, видимо, тот отлетел в драке и теперь покоился, где-нибудь в пыльном углу дома. — Я так рад тебя видеть и нашего принца, конечно же. Входите, гости мои, только у меня здесь немного не прибрано. — Все так же еле стоя на ногах, Аярис закрыл за гостями дверь и практически упал на стоявшее рядом кресло.

Комната находилась в катастрофическом состоянии: перевернутая мебель, сломанные стулья и полки, свисающие на одном гвозде, разбитая посуда на полу, разорванная и испачканная одежда, разбросанная в хаотичном порядке. Ясно было одно, либо здесь прошел ураган, либо сильнейший скандал с дракой и пролитием крови.

— Аярис, тебя что ограбили? — Присев рядом с другом, Мариэль сняла плащ и раскрыла свою сумку. Отыскав хлопковые подушечки и настойку из хмеля, она начала аккуратно промывать раны.

— Кларис всегда была очень эмоциональной. Ну и в этот раз, когда я сказал, чтобы она сдалась и во всем покаялась, пока за ней не пришла королевская полиция, и не схватила ее, я уже тогда пожалел, что начал этот разговор. Она была похожа на злобную тигрицу. Я никогда не видел ее такой…

Виктор, сдерживаясь и, скрывая улыбку, спросил конюха: “Это она тебя так?”

Мариэль строго посмотрела на любимого и осуждающе покачала головой.

— Принеси кружку воды из кухни, пожалуйста.

Не слыша своего принца, Аярис держал Мариэль за руку и не сопротивлялся тому, что эльфийка обрабатывает его раны. Иногда морщась, он продолжал пересказ.

… — Она кидала в меня все, что ей попадалось под руки: бутылки, книги, статуэтки, даже зарядила в меня замороженной курицей. Кларис не слышала меня, а только продолжала крушить мебель, и приговаривать, что Руслан и Аптекарь все решат.

— Значит, ты с ней не заодно? — неуверенно спросила Мариэль.

— Что? Нет, конечно же. Когда я узнал о ее похождениях к Аптекарю, я пытался ее убедить не делать этого больше. Но она…

— … не слушала тебя. — Забирая у пришедшего Виктора кружку, Мариэль достала особый пузырек из сумки и смешала каплю лекарства с водой. — Ты это говорил пару дней назад в старом доме, у Аптеки. Но как же тогда, Виктор попал в подвал твоего дома? — Протянув Аярису кружку с эльфийской сывороткой правды, раскрывающей все тайны сердца и разума, она посмотрела на друга и сглотнула ком в горле. Это было очень плохо. Ведь он ее друг, но узнать правду иначе, особенно сейчас, когда каждая секунда была на вес золота, не представлялось возможным. — Пей, это облегчит боль. — Произнесла очень хладнокровно Мариэль и испугалась своей решительности.

Взяв кружку, Аярис быстро осушил ее и поставил на пол. Вытерев ладонью капельки воды над