Альфа и Альфа (СИ) - Леви Кира

Это было больно, почти смертельно. На фоне послышался голос Дерека, который издалека обращался с вопросом: «Патриция, кто звонил?»

— Ошиблись номером, милый, — проворковала моя бывшая лучшая подруга моему бывшему возлюбленному.

Гудки в телефоне набатом отдавали в голове. Сколько я так стояла, судорожно сжимая телефонную трубку, — не знаю. Пока Джордж насильно не отобрал её. Я была раздавлена и потеряна, отчаяние — это страшное чувство, когда от безысходности начинаешь думать о смерти, как о спасении. Ничего и никого вокруг не замечала и просто брела широким коридором больницы. Шаг за шагом, в полном вакууме, не видя и не слыша. Пока в какой-то момент меня не вернула в реальность острая боль. Правая щека горела от сильной пощёчины. Удивлённо хлопая глазами, посмотрела на злого Джорджа и расплакалась громко, навзрыд, ощущая его ярость и злость, которые пугали до шарга. Все чувства перемешались: страх, обида, горечь потери, и я потерялась в них, как маленькая. Что меня вернуло назад? Тёплые объятия и тонкий аромат, родной и самый лучший. С трудом соображая, где находится источник аромата, ещё крепче прижалась, елозя мокрым носом по шее, от который исходил притягательный запах. Понимание происходящего оглушило. Так может пахнуть только моя пара, и сейчас она рядом. Джордж крепко обнимал меня и спокойно гладил тёплой широкой рукой по спине. Наши взгляды встретились, и столько в его взгляде было нежности, что я на миг забыла, в каком дерьме оказалась.

Поверить в то, что в какой-то муниципальной больнице, пережив все ужасы последних месяцев и новость о смерти отца, предательство Дерека и подлость Патриции, я повстречаю свою пару, было сродни сказке. Или всё же Белая Волчица дала мне ещё один шанс на счастье?

Джордж оказался любящим и очень заботливым. Моё здоровье и душевное спокойствие стало для него приоритетом. Не задумываясь, он в тот же день бросил работу и увёз меня на мыс Надежды, где жил его отец. Познакомил со своим братом — Мартином, галантным и умным оборотнем. Порой на несколько дней дом наполнялся их друзьями. Такими разными, но чувствовалось, что друг для друга они много значат.

Свежий морской воздух и покой тех мест достаточно быстро поставили меня на ноги. Окруженная лаской и вниманием, я почти полностью отошла от пережитого ужаса. Джордж был идеален во всём. Он отдавал, но ничего не просил взамен. Даже откровенных поцелуев у нас не было. Только лёгкие робкие прикосновения. И на тот момент меня беспокоило только одно — я беременна от другого оборотня. Только с этим я связывала то, что он не спешит делать мне предложение. Порой он пропадал на несколько дней, и тогда я тосковала и жутко его ревновала. Мне представлялось, как он ищет в объятиях других то, что я не могла ему дать. Что он оставит меня, променяв на какую-нибудь Патрицию, и тогда я уходила на берег и плакала, моля Белую Волчицу о невозможном. Мои молитвы были услышаны. В начале лета Джордж сделал мне предложение на том же берегу, где я пролила столько слёз. И, главное, он сказал, что мой ребёнок отныне и навсегда станет нашим ребенком, и что никто не посмеет в этом усомниться. Моя белая полоса наконец-то наступила».

Послание на этих словах заканчивалось. Но не записи. Хотя они и были нерегулярными, но благодаря им я узнавала о событиях, которые имели большое значение для нашей семьи. Я пролистывала страницу за страницей, словно читая хроники своей жизни. И всегда Джордж упоминался только как любимый муж. Я уж хотела было захлопнуть дневник и отложить на потом, но вспомнила, ради чего, собственно говоря, его разыскивала. Логично было бы заглянуть в последние записи, что я и сделала.

Последняя страница была изорвана, словно мама в сердцах, с силой нажимая на грифель, вывела фразы: «Джордж меня предал! Вся моя жизнь — обман!»Я провела пальцем по выпуклым строчкам, медленно прокручивая в голове прочитанное. Мне было одновременно и грустно, и чуточку смешно. Моя мама, хоть и старше меня в два раза, отличается доверчивостью и порой слишком наивна. Неужели ей понадобилось двадцать пять лет, чтобы понять, кто есть кто? Инфантильность присуща омегам, и получается, что и у мамы эта черта ярко выражена.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Свободное время закончилось. Ещё будет возможность внимательно перечитатьдневник, хотя картинка и так вырисовывалась достаточно понятная. Несколько белых пятен оставалось, но ответ я хотела получить от Дерека. Как часто бывает — не вовремя услышанное слово или действие, вырванное из контекста, искажает суть так, что чёрное кажется белым и наоборот. Вот и сейчас чувствовался какой-то подвох в треугольнике отношений «Алисия – Дерек – Патриция». Стоит напрямую спросить у отца, а не гадать. С таким решением и поднялась с кресла, спрятала дневник под подушкой и, потягиваясь всем телом, отправилась в сад. Обходить дом не хотелось, поэтому я просто открыла окно, намереваясь спрыгнуть вниз. Этаж был второй. Для оборотня спрыгнуть с пятиметровой высоты — не проблема. Но прежде надела тонкий эластичный комбинезон, который во время оборота менял свои свойства и становился практически невидимым.

На улице было хорошо. Свежий прохладный ночной воздух взбодрил. И я пантерой потрусила в парк, как и советовал отец. Бегала я недолго. Остро ощутилось присутствие другого оборотня-самца. На тропинку скользнула тень. Я обернулась человеком и остановилась, глядя на ягуара необыкновенной дымчатой окраски. Угрозы от него не исходило, и запах был родным, привычным. Зверь обернулся Джорджем.Мужчина приблизился ко мне.

— Мы переживали, — глухо произнёс он и поднял руку, словно хотел погладить, но одёрнул себя и, сжав поднятую руку в кулак, опустил её.

Минутная неловкость между нами и я шагнула к немунавстречу.

— Я никогда не видела твоего зверя, — почему-то сказала обэтомвслух. Хотя, на самом деле, была шокирована другим. Мой папа-омега оказался альфой!Сильным и опасным. — Но как? Ты — альфа?

— Также, как и ты. Актефакт, маскирующий силу. Семья омег не будет привлекать чужое внимание, — в этом была бесспорная логика и я кивнула, принимая его пояснение. — А зверь… если бы ты его увидела, то сталабы задавать вопросы. Ты всегда отличалась любознательностью и умом.

И в этом он был прав. Кто, как не он, знал менялучше всех. Джордж снова дёрнулся с желанием дотронуться, но сдержался. В свете полной луны было видно, как он хмурится. Такой родной и знакомый. Мне самой хотелось его обнять, но я медлила — мешали недоговорённости.

— Как там мама? — напряжённо спросила, стараясь уловить его эмоции. С ним мне всегда это плохо удавалось, а сейчас я его чувствовала. Видимо,раньше артефактэкранировал.

— Обижается, — тяжело вздохнул он и прошёлся рукой по короткому ёжику волос. — Она сейчас у дедушки на мысе.

— Хм, есть, за что, — посмотрела прямо ему в глаза и тихо проговорила, внимательно следя за его мимикой: — Я знаю, кто ты, — уголки губ Джорджа дёрнулись в мимолётной улыбке. А я продолжила: — Ты —Тень. А дядя, — по привычке назвала Мартина «дядей», — он Босс? Хотя, что-то мне подсказывает, что из вас двоих  босс — это ты.

— Это лишние знания, Александра, — серьёзно сказал он, не подтверждая и не отрицая. — Ты многое успела разузнать. Хотя, я предпочел бы, чтобы всё оставалось, как прежде, в тайне.

— Как прежде? — вспылила и пошла в наступление. Мой указательный палец ткнулся ему в грудь. — Двадцать пять лет мне пришлось скрываться. Вы сознательно обманывали меня. Заставляли быть то омегой, то бетой. Я лишилась отца из-за ваших пряток-убегалок. Ты знаешь, как мне было сложно?! Мой первый оборот, сила, которой было слишком много, отсутствие личной жизни, как у нормальных подростков, и страх разоблачения.  

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Знаю, малышка, — он накрыл мою руку своей ладонью, прижимая к груди. — Но другого выхода не было. Только так я мог защитить свою пару. Она должна была умереть двадцать пять лет назад, и для всех она умерла. Это был обычный заказ: похищение и убийство. Но судьба распорядилась иначе. Всё сразу пошло не так. Алисия —омега, но стала сопротивляться, сделала оборот и подпортила несколько шкурок. Когда её обездвижили, я подхватил полубессознательное тело на руки и понял — вот она, моя пара. Я был шокирован. Репутация, да и оборотень, заказавший похищение, не давали и шансана то, что она останется в живых. Убить собственными руками свою пару — такое невозможно. Все инстинкты кричат об обратном — схватить, защитить, спрятать. Мне понадобилось время, чтобы продумать всё до мелочейи воплотить в жизнь. Чтобы у заказчика не оставалось сомнений — заказ выполнен. Я спрятал её на видном месте, сделав своей женой, и поселившись на землях Клана Блеквудов. Наша репутация была таковой, что проверять нас не стали. А если интересоваться моей семьёй — можно и жизни лишиться. Не люблю лишнего внимания. Выбора не было. Если бы не угроза, которая не призрачна и сегодня, то я бы раньше рассказалтебе о твоём происхождении, но это было весьма опасно.  Ты импульсивна и могла подставиться.