Источник рода. - Елена Северная

тем более с юга стал подниматься ветер. И вовремя. Ветер, поначалу только игравший песком вконец раззадорился и устроил настоящую бурю. Песок стоял стеной, даже плотная стена колючих растений не спасала от попадания жалящих песчинок внутрь островка жизни. Оазис вырос вокруг небольшого водоема, закрытого деревьями с широкой кроной, как беседкой. Водоем подпитывал подземный источник с холодной водой. Женской половине разрешили помыться. Девушек было всего 3, я – четвертая и пожилая оборотница. Остальным запретили выходить из повозок. Вода была не просто холодной, она была ледяной. Мы присели на край пологого берега и с удовольствием плескали на грязные потные тела прозрачный дар оазиса. Мокрые короткие нижние рубашки ещё больше охлаждали разгоряченную кожу.

– Вы бы, девоньки, не особо плескались, а то ещё простуду подхватите, – ворчала оборотница, глядя как девушки обрызгивают друг друга.

Девушки принадлежали к одной расе – рослые и смуглые, вероятно – оборотни. Я против них бледная мелочь.

– Это та самая, которую в подарок везут? – нехорошо прищурясь, спросила одна из них Хадижу. – И что в ней такого? Бледная моль! – фыркнула и отвернулась.

Стало неуютно, и я отошла от них подальше. Здесь бережок поднимался над гладью водоема, и я уселась, болтая ногами в воздухе и зажмурив глаза. Поэтому и не заметила, как кто-то подкрался сзади и сильным пинком столкнул меня вниз, на самую глубину. Вода жестко приняла меня, скрутила ледяной судорогой и затянула в водоворот, чтобы выплюнуть где-то…где-то…в непонятном месте. Оно отдаленно напоминало источник жизни у демонов, такие же камни, только серые.

Меня выкинуло в небольшое озерко, вода в котором светилась нежным розовым цветом. Отплевываясь и откашливаясь, я по-собачьи поплыла к берегу, благо плыть было всего ничего. Выползла на берег и упала без сил.

– Ну наконец -то!

Прозвучал надо мной высокий женский голос. Я скосила глаза – и увидела красивую блондинку в очень откровенном наряде и с обручем на голове.

– Я думала, ты никогда не залезешь в воду.

– Да я и не залазила, меня столкнули, – прохрипела я и поняла – а тут тепло, даже очень.

Или это внутри меня огонь разгорается?

«Короче, соседка, мы попали. У тебя инициация начинается», – обрадовала меня Варя.

Вот тут я струхнула. Как же вылетело из головы, что сегодня полнолуние? Тело начала сотрясать крупная дрожь, а кожа превратилась в огненный полигон.

– О, как мы вовремя! – улыбнулась блондинка и щелкнула пальцами.

Полупрозрачными тенями вокруг меня заколыхались непонятные фигуры, прохладными призрачными ладонями объяли они мое тело, забирая жар и остатки воспаленного сознания…

Уже привычно летела вверх в черном «ничто», в центре невидимого урагана, сжалась в ожидании чего-нибудь пакостного – как же никуда ни вляпаться? Что-то давненько в моей жизни ничего не происходило. Опа! На голову шмякнулось тяжелое и теплое, надеюсь, это не то, о чем я подумала.

– Ринка-а-а-а! – радостно завопили сверху и мое лицо облобызали шершавым горячим языком.

– Рерх? Рерх! И-и-и-и! – не менее радостно завопила я и сжала в объятиях своего фамильяра – огненного элементаля в облике кота.

Еще полгода назад бывшее шикарное котейшество превратилось в тощего и облезлого.

– Рерх?! – я с изумлением повертела ставшее легким тельце по сравнению с прошлым весом. – Что с тобой?

– Так на голодном пайке сидел! – обиженно мяукнул фамильяр и потерся о плечо. – К тебе никак не пробиться было. Только сейчас смог.

– Ты где был? Почему такой голодный? – от радости совсем вылетело из головы – где мы.

– Ты это, дай пожрать, а? – он моляще уставился круглыми золотыми глазами. – А то я все лапы протяну прямо здесь и буду являться тебе каждую ночь в кошмарах, как живой укор совести.

Я приоткрыла рот и выпустила струю чистого магического огня. Фамильяр с жадностью глотал и на глазах становился все больше и толще. Наконец, он сыто икнул и закатил глаза.

– О-о-ох, не вздышусь!

Ураган стал стихать, движение вверх замедлилось. Значит – скоро назад.

– Рерх, миленький, как там наши? Можешь что-нибудь передать?

– Ты издеваешься? – взвился кот. Вздыбились не только шерсть, но и все вибрусы и когти выпустил на полную длину и вцепился в плечи. – Я полгода пробивался к тебе! Никуда не пойду! Только с тобой!

Я начала медленно падать.

– Рерх, умоляю, не показывайся! Я сейчас не в том положении, чтобы с фамильяром рядом показаться!

– Знаю я твое положение, – загадочно муркнул элементаль. – Мне оно на лапу. Не буду показываться, только ты не забывай о кормежке. Оголодал я.

Движение вниз стремительно набирало скорость. Я прижала кота к груди.

– Ты только никуда не уходи!

– Нет, теперь от ва-у-с ни на шаг, – он покрепче вжался и ласково потерся мохнатой головой.

Я хотела съерничать – чегой-то он меня на «Вы» стал величать, но тут грохнулась телом о твердь и сознание батутным прыжком вылетело в неизвестном направлении.

Пришла в себя от холода. Да, трясло знатно. Лежу на боку в позе эмбриона и трясусь мелкой дрожью. Девушка сидит рядом и держит в руках стакан с красной жидкостью.

– О, очнулась. Выпей, давай-ка!

Она приподняла мою голову и помогла проглотить редкостную гадость.

– Что это за дрянь?

– Эта дрянь поставит тебя на ноги в мгновение ока.

И правда, с каждой секундой, чувствовала себя все лучше и лучше.

– Спасибо! – от души поблагодарила свою спасительницу. – Если бы не Вы…

– Ага! Если бы не я, то гореть тебе ещё суток двое!

Она легко поднялась и потянулась, открывая аппетитные бедра.

– Сейчас я тебя обратно отправлю, почти в то же время, когда ты упала.

И я поняла, что разговариваю с представительницей пантеона.

– И держись подальше от этих змей! – она поморщилась. – Не смей никуда вмешиваться! Окрепнешь – ищи источник для оборотней. И чем скорее найдешь, тем лучше. Мы с тобой ещё встретимся!

Она улыбнулась и легко закинула меня в омут – ну и силища у неё! А с виду такая хрупкая!

Омут с радостью принял меня в свои ледяные объятия, чтобы выкинуть уже на другой стороне. Вытолкнул и на прощанье щелкнул судорогой по ноге. Я затрепыхалась, вынырнула и тут же была подхвачена сильными мужскими руками и завернута в теплое покрывало. Слабость накатила