Месть дракону, или как вернуть истинную - Эйрена Космос

моих словах Дрейк был не просто зол – он был в ярости.

– Ты с ума сошла? Как ты собираешься сразиться с ним, если даже дракон в одиночку не может его победить?

– У меня преимущество. Во мне кровь правящей династии, и демон сам сказал, что я сильнее.

– Лилиан, не глупи! – воскликнул дракон и нервно запустил пятерню в свои волосы. – Этому учатся годами! И неужели ты думаешь, что тёмный раскроет все премудрости своей магии? Он не идиот и понимает, что при первой возможности ты на него нападёшь. Он не будет так подставляться.

– Не подумает, ведь я дала клятву.

– Что было очень опрометчиво с твоей стороны. И как ты собираешься избежать её?

Дрейк смотрел со злостью, но в уголках глаз я видела беспокойство. С одной стороны, меня обижало такое неверие в меня, но с другой, Дрейк был прав. Слишком самонадеянно полагаться на тёмную магию, о которой ровным счётом ничего не знаешь.

– Я ведь дала её как Лилиан Бейкер, – я посмотрела на дракона, думая, что он догадается.

– И? – на этот раз дракон проявил удивительную несообразительность.

– Мне надо стать Лилиан Стелларион...

Реакции Дрейка я ждала, затаив дыхание. Не думаю, что он мечтал таким образом услышать моё «да». И, если быть честной с самой собой, я согласилась стать женой дракона не только из-за клятвы.

Я хотела быть с ним. Быть его. Мы многое пережили, так что заслужили быть счастливыми. Осталось только победить великое зло, и мы это сделаем. Вместе.

– Дрейк… – я заглянула в глаза истинного.

И то, что я увидела, заставило моё сердце едва биться. Дрейк отвернулся, но я заметила в его взгляде обиду со смесью разочарования.

– Дрейк… – прошептала я в спину истинного.

Дракон ушёл, и звук захлопнувшейся за ним двери отозвался болью в моей душе.

Я была разбита. Хотя чего я ожидала? Что Дрейк примется меня обнимать, целовать, после того как я сказала, что хочу выйти за него замуж, только чтобы избежать смерти?

Всё пошло не так с самого начала. Не стоило мне давать эту глупую клятву.

Внезапно жгучая боль охватила мои руки. Они были увиты чёрной паутиной, которая всё дальше расползалась. Паника подступила к горлу.

Но вспомнив, что мне говорил демон, я прикрыла глаза и начала глубоко дышать. Попыталась думать о чём-то хорошем, приятном.

Я вспоминала наши вечерние посиделки с тётей. Как мы подолгу разговаривали, строили планы на будущее, мечтали.

Стало немного легче, боль утихала, и чернота постепенно рассеивалась.

Первое правило тёмной магии: эмоции всегда нужно держать под контролем. Малейшее эмоциональное потрясение – и магия выйдет из-под контроля.

Тёмный говорил, что магия похожа на искру, которая живёт в каждом демоне. Я, к счастью, не демон, но искру отыскать постаралась. Я звала её к себе, манила. И вот, словно пушистый зверёк, она прильнула ко мне.

Демон ошибся: говорил, что приручить магию будет сложно. Что она будет испытывать мою волю, пытаться подчинить. Но всё оказалось слишком легко.

Внезапно сердце заколотилось, и я ощутила удар такой силы, что, казалось, я дышу последние секунды в своей жизни.

Распахнув глаза, я увидела зелёный луг с полевыми цветами. Небо было кристально-чистое, и лёгкий вечерок приятно щекотал кожу.

Как я могла здесь оказаться? Ещё мгновение назад я была в крепости и налаживала контакт со своей тёмной стороной. Каким образом я смогла переместиться сюда?

И кстати, где я?

Вдруг я услышала завораживающий голос. Он влёк меня за собой. И я, как послушная овечка, пошла на его зов.

Голос принадлежал девочке, которая, будто меня не замечая, плела из цветов венок. Я не могла понять слов песни, ведь моё внимание всецело было сосредоточено на ней.

Хрупкая, словно веточка ивы, она сидела в траве и довольно улыбалась. Длинные, чёрные, как смола, волнистые волосы обрамляли её красивое лицо.

Я подошла ближе, но девочка не шелохнулась. Затем она резко подняла голову и пронзила меня взглядом.

– Я ждала тебя, Лилиан, – голос её будто обволакивал, сковывал.

– Кто ты? – мне было страшно, казалось, что передо мной не ребёнок, а что-то могущественное и страшное.

– Я – это ты, – я ничего не понимала, но увидела, что девочка направляется ко мне.

Неосознанно я отступила. Приблизившись, она протянула мне венок.

– Наклонись, – и это прозвучало не как просьба.

Против своего желания я выполнила её приказ. С ужасом я наблюдала, как венок надевается на мою голову.

Взглянув на девочку, я едва не закричала. Её глаза были угольно-чёрными, в них плескалось превосходство. Лицо незнакомки расплылось в оскале – так ребёнок не улыбается.

– Это оказалось легче, чем я думала, – голос утратил свою мелодичность и невинность.

Внутри всё похолодело. Так вот о чём говорил демон.

Голову сдавливало, словно тисками. Венок оказался орудием пыток.

– Подчинись! – раздалось в моей голове.

Не выдержав боли, я закричала.

– Не противься. Всё равно ты сломаешься, – вкрадчиво говорила девочка.

Хотя какая это девочка, это моя тёмная сторона.

Это я!

И я поняла, что эта моя вторая сторона была со мной всегда, просто сейчас её наконец-то освободили.

Превозмогая боль, я выпрямилась. Прямо посмотрела в лицо девочки, которая оказалась копией меня в детстве, за исключением волос и цвета глаз.

– Ты не сможешь меня подчинить, – я подошла к ней и, взяв за холодную руку, присела на корточки, чтобы наши глаза были на одном уровне. – Как и я тебя. Мы одно целое, так что придётся договариваться.

Я была готова ко всему. К мгновенной атаке, или к тому, что меня поджарят заживо. Но я застыла, как каменная статуя, когда детские ручки обняли меня за шею и, она доверчиво прижалась ко мне.

Что делать в подобной ситуации, я не знала, поэтому обняла её в ответ.

Внезапно я почувствовала тепло, которое нарастало, но уже не обжигало. Мы приняли друг друга.

Распахнув глаза, я сделала жадный глоток воздуха. Мой взгляд упёрся в потолок. Я была в своих покоях, в крепости.

Но тело было напряжено, а интуиция вопила об опасности.

– Не думал, что ты так легко подчинишь магию, – тишину разорвал голос демона.

Я подорвалась на кровати, как ужаленная, и уставилась на незваного гостя. Каждый раз, когда я на него смотрела, то испытывала массу эмоций, и все они сводились к одному: