Отдых с замурчательными осложнениями - Алиса Ганова

у нас будет большая семья — надо бы подыскать местечко.

— Стартуем!

Окрыленная, я готова была лететь куда угодно. Ведь если все получится, я, Карс, Лейн, мама, папа и Элька сможем жить вместе! Разве это не чудо?!

= 57 =

Сола

Мрамра невероятно красивая! Одна растительность с сине-изумрудной листвой и желтой почвой чего стоили. А голубые водные потоки?!

Я влюбилась в нее с первого взгляда, и, чтобы налюбоваться планетой, после прохождения процедуры опознания и дезинфекции корпуса «Нырка» на пограничном контроле, мы вместо того чтобы полететь в космопорт Арноба, стали медленно планировать над невероятными пейзажами.

Одна треть Мрамры всегда в белоснежных льдах, вторая в вечном тепле, богатая растительностью и городами, в пограничных районах — разброс температур на любой вкус. Каждый пояс по-своему привлекателен и хорош.

— Арноб в зоне предельного температурного минимума. Мрархам его климат холодноват, поэтому они спокойно относятся к соседству с косможителями. Покупают у них технологические новинки, интересные вещи, пытаются учиться, вести дела… Одним словом — выжимают пользу из их присутствия, — перечислял Лейн, уверяя меня, что семье здесь будет комфортно и безопасно.

Огромный, многоуровневый город косможителей и в самом деле кардинально отличался от небольших, каменных поселений мрархов — переливался яркими цветами посреди ледяного плато, и я спохватилась:

— Если в Арнобе холодно — как же вы жили рядом?

— Близко — но не так чтобы пешком дойти, — с улыбкой объяснился Карс. — Да и клан приноровился. Хочешь, покажем места, где мы с Лейном в детстве носились?

— Хочу! Очень хочу!

Перейдя на ручное управление, Карс взял новый курс. И уже скоро мы зависли над холмистой местностью, густо поросшей преогромной иссиня-темной растительностью с невероятным оттенком, меняющимся под разным углом обзора.

Неописуемо красиво. Мне не терпелось прикоснуться к этому чуду.

Трап опустился, открылся входной люк, и я, еще не выйдя из «Нырка», ощутила богатый, чудесный запах Мрамры!

— Тебе понравится, — Лейн взял меня под одну руку, Карс под другую, и мы вместе стали спускаться по трапу.

Они вели меня, как ребенка, потому что я не смотрела под ноги — вертела по сторонам головой и жадно вдыхала сладкий запах моего нового дома.

Но еще больший шок и восторг испытала, когда ступила на планетный грунт, поросший мягкой, нежной травой и цветами.

Упав на колени, я стала ползать от одного растения к другому, стараясь коснуться каждого, узнать и запомнить его запах, нежность лепестков…

— Малышка влюбилась в Мрамру, — улыбнулись мрархи. Опустились на колени рядом и стали срывать для меня необычайной красоты соцветия.

Но, кроме цветов, были и деревья — преогромные, мощные, величественные.

Не поднимаясь с колен, я задрала голову до предела, но так и не увидела их макушек.

— Спорим, у тебя чешутся коготки — залезть на самую высокую инсамру и порычать на все округу?

— Как вы догадались?

Мои мрархи рассмеялись.

— Начни покорять с малого, — легонько подтолкнули меня к относительно небольшому дереву, стоящему на отшибе от других растительных исполинов.

О, с каким упоением я гладила ствол инсамры — священного для мрархов дерева. Не жалея носа, прижималась к прохладной коре, испещренной глубокими бороздами, жадно вдыхала непередаваемо-терпкий запах дерева. Подумать только — всю жизнь прожить и не знать, что есть такая красота!

— Боишься? — мрархи обступили меня и попытались убедить, что взбираться не страшно. Но я не боялась. Почти.

— Нет, — покачала головой. — Просто жаль ранить ствол когтями.

Карс переглянулся с братом, и в его желто-зеленых глазищах загорелся озорной огонек.

— Видишь, борозды? — ткнул пальцем в кору. — Это мы с Лейном учились карабкаться.

— Мое первое дерево и Карса, — гордо сообщил Лейн, обняв меня со спины. — И твое первое, Малышка!

После их признаний я поспешила забраться на самую макушку инсамры. Карс и Лейн, желая подстраховать меня и разделить счастливый миг, карабкались вслед. А потом мы долго сидели на коротких, раскидистых ветвях и болтали о нашем детстве, всякой ерунде, смеялись, пока на пригорке не мелькнуло золотистое пятнышко.

Оно юрко прыгало в траве, то появляясь, то скрываясь, но уже скоро я поняла, что это мраршонок!

— Какой красивый!

Никогда не видела малышей мрархов, поэтому разглядывала его во все глаза, маленького, ладненького, хорошенького, мечтая о таком же. А малыш с любопытством меня, пока не заметил рядом со мной двух огромных мрархов. Из-за темных волос, хвостов и костюмов, удачно сливающихся с густой листвой, Карс и Лейн сразу не попались ему на глаза, а теперь, оказавшись совсем близко от нас, мраршонок пугался и пятился назад.

Не заметив ямы, споткнулся, упал, скатился кубарем, а потом вскочил и припустил от нас со всех ног.

Карс и Лейн хмуро переглянулись.

— Пора улетать, — лицо Карса, еще мгновение назад светившееся от счастья, омрачилось грустью. И Лейн уже не беззаботный, а сосредоточенный, напряженный.

Я приподнялась с ветки, чтобы начать спускаться, но Лейн положил ладонь на мое колено.

— Если тебе здесь нравится, останемся, — и снова многозначительно переглянулся с братом. Тот сжал губы, через силу кивнул и тоже опустился на место.

— Что с вами? Все хорошо? — я чувствовала смятение мрархов кожей, нутром. Волновалась, пыталась разговорить их, выяснить — что происходит, или хотя бы уговорить уйти, если нам угрожает опасность, однако Лейн отказывался уходить, а Карс угрюмо отмалчивался.

Я бы уговорила, но не успела — среди деревьев появился отряд мрархов, спешащих к нам. С десяток гостей были одеты ярко, красиво, и страшного в них ничего не было, однако напряженность моих мрархов нарастала с приближением золотистых незнакомцев.

— Опасности нет, — успокоил Лейн меня и, уверяя в искренности, накрыл мою руку горячей ладонью. — Максимум, что грозит — неделикатный разговор. Но он будет касаться лишь меня и Карса. На тебя они не посмеют даже косо посмотреть.

— Почему? — хотела узнать, что нужно пришедшим от нас, однако Лейн подумал, что я спрашиваю про себя. Нежно поглаживая мои пальцы, он опустил голову и с тоской пояснил:

— Потому что твой окрас — невероятно редкий, красивый. Ты, Малышка, особенная! — от его потухшего взгляда, наполненного отчаянием, у меня болезненно сжалось сердце.

— Но вы тоже редкие!

— Мы дефективные, — горестно вздохнул Карс и отвернулся.

Я уже хотела дернуть его за хвост, чтобы перестал говорить глупости, но отряд приблизился почти вплотную — пришлось сдержаться.

Странное поведение моих любимых мрархов поражало. Впервые вижу их такими подавленными и не понимаю, что происходит? Мы ведь могли бы юркнуть в «Нырок» и умчаться.

На всякий случай активировала защитную систему корабля, чтобы в случае неожиданного поворота